Мефистофель Тогда мы ваше дело так поправим: У вас ведь зуб и глаз один на трех? Свершим мифологический подлог И вас троих как бы двумя объявим, А я бы взять тогда на время мог В свое распоряженье внешность третьей, Чтоб представлять вас с выгодою в свете. Другие Сговоримся с ним, Однако глаза с зубом не дадим. Мефистофель Венец картины в зубе ведь и глазе! Как быть тогда при этаком отказе? Одна из форкиад Зажмурь свой глаз один и выставь клык, И в профиль ты наш вылитый двойник, Как будто брат наш. Мефистофель Слишком много чести. Да будет так! Форкиады Мефистофель (уподобившись в профиль форкиаде) Без лести, Вот я. Хаоса сын новооткрытый! Форкиады Мы дочери его. Ты средь сестер. Мефистофель О, до чего я дожил! Вот позор! Меня все примут за гермафродита! Форкиады Ах, как мы все похорошели сразу: Теперь у нас два зуба и два глаза. Мефистофель Мне в этом виде лишь чертей пугать, А больше носу некуда казать. (Уходит.) Скалистые бухты Эгейского моря
Луна, остающаяся все время в зените. Сирены (расположившись кругом на утесах, играют на флейтах и поют) Как преступницы и лгуньи, Фессалийские колдуньи Низводили беззаконно Трон твой наземь с небосклона. Но спокойно, примиренно Посмотри на блеск затона И на белые буруны Разволнованной лагуны. Служим мы тебе усердно, Будь, луна, к нам милосердна. Нереиды и тритоны (в виде морских чудовищ) Вызовем трубой протяжной На простор равнины влажной Всех со дна, из глубины! Из пучины, бурей взрытой, Мы сюда, в залив укрытый, Песнями привлечены. Мы для праздника надели Перстни, цепи, ожерелья, Золотые пояса. Тут утопленниц каменья. Это – кораблекрушений Затонувшая краса. Это, демоны залива, Ваша страшная пожива. Моряки, ища причала, Разбивались здесь о скалы, Слыша ваши голоса. Сирены Знаем мы, что в синей зыби Нежится порода рыбья, Отливая чешуей. Но на нынешнем веселье Мы б увериться хотели, Что не рыбы вы душой. Нереиды и тритоны Прежде чем сюда приплыли, Это мы сообразили. Отплывем от этих глыб, В глубину нырнем проворно И докажем, что, бесспорно, Кровью мы теплее рыб. (Удаляются.) Сирены Исчезли вмиг. Попутным зефиром Уносит их К высоким кабирам. О них в Самофракии Предания всякие. Ходит молва: Сами себя производят, не зная, Кто они сами, Те божества. Месяц, над нами Останься всю ночь! Утро лучами Погонит нас прочь. Фалес (на берегу, Гомункулу) Я б мог свести тебя с охотой С Нереем, мы у края грота. Но он ужасный мизантроп, Ворчлив, упрям и твердолоб. Одно уже людское имя Рождает злобу в нелюдиме. Но будущность ему ясна, Вот оправданье ворчуна. Старик своим сужденьем строгим Нередко был полезен многим. Гомункул Заглянем все ж. Я не боюсь, Что сгасну или разобьюсь. Нерей Людской какой-то голос? Что за гость? О люди! В сердце будите вы злость! С богами вы желаете сравняться И над собой не можете подняться. Какой бы дивный я вкушал покой, Не будь мне жалко слабости людской! Напрасно проявлял я жалость эту, И пропадали зря мои советы. Фалес И все же нас ответом удостой, Мудрец пучины, старец водяной! Вот в образе людском огонь пред нами. Ждет от тебя совета это пламя. вернуться Форкиада – дочь Форкия, морского божества, одна из горгон; в образе форкиады участвует в этом действии Мефистофель. |
