Литмир - Электронная Библиотека
A
A

У Элки в голове все откровенно перемешалось:

— Не мог же полицейский сообщить Альте о том, что мы к нему в гости собираемся! Никто, кроме нас троих, об этом не знал!

— Наоборот, Элла, все наоборот, — печально вздохнул Саша. — Сам Альте рассказал ему о нас. Старик-сутенер мог быть в некоторой дружбе с продажным полицейским. После нашего звонка он мог связаться с шефом полиции и поинтересоваться: что это за обнаглевшие русские, которые к нему на встречу напрашиваются? Шеф полиции Фатих Озил вынужден был доложить Альте всю информацию о нас. И тут же, не отходя от кассы, этот Фатих настучал о предстоящей встрече своему главному хозяину. Главный хозяин решил, что сутенер может наговорить лишнего, — и к нему на виллу прискакали головорезы. Вспомните, как этот упырь в погонах переживал и нервничал, когда я устроил допрос подставному убийце. И как настойчиво он навязывал нам этого убогого «как бы киллера» — только чтобы мы успокоились и расслабились.

— Тоже логично, тоже убедительно. — Женя усмехнулся: — Теперь у нас, выходит, два полноценных подозреваемых на роль стукача.

А Яман-то заметно расслабился, вон как вальяжно развалился на стуле.

— Ладно. — Для удобства рассуждений Евгений принялся ходить по кухне. — Оставим пока стукачей. У нас еще имеются аж целых две темных личности, которые замешаны во всей этой странной истории. Тип, который перерезал горло детективу и который, как мы с вами сообща решили, на наших глазах убил Альте. И еще недавно всплывший наркодилер, мрачный тип с палкой за спиной.

— Что за человек с палкой? — спросил Александр.

— Да есть такой… В Стамбуле мы нашли проститутку, которая видела нашу Машу. Видела ее в перевалочном пункте для доставленных в Стамбул девочек на продажу. Там нашу Машу удерживали насильно. И там ее купил невысокий турок, если верить слухам — наркоторговец. По словам проститутки, этот тип здорово похож на меня телосложением, чуть ли не копия. И еще она сказала, что тип носит за спиной палку. Палки за спиной нормальные люди обычно не носят. Значит…

— Меч, нож, кинжал, — задумчиво проговорил Александр.

— Вот именно, — кивнул Евгений. — И, вспоминая бойню в особняке Альте…

— …где твой супротивник выхватил нож из-за спины, — опять договорил за напарника Саша, — и убрал его тоже за спину. А еще телосложением он был похож на тебя…

— Это правда, — встряла в мужской разговор Элка. — Очень они фигурами похожи. Я все отлично тогда разглядела из фонтана. Но ведь тогда получается, что…

— …наркодилер и тот убийца с ножом — одно лицо, — закончил за нее Александр. — Однако такого не может быть. С чего бы это крутому и уважаемому среди местной братвы торговцу белой смертью лично бегать по Бодруму и ножиком махать? Так не бывает. Тут одно из трех: или он никакой не авторитет, или их все же двое, или мы имеем дело с сумасшедшим авторитетом, психом в законе. Я лично склоняюсь к последней версии.

— А я лично знаю только одно, — сказала Элка. — Что-то во всей этой истории не сходится. Не стыкуется.

Терминатор Александр вышел в соседнюю комнату, вернулся оттуда с ноутбуком, сдвинув посуду, поставил его на кухонный стол, открыл крышку и поводил пальцем по тачпаду. На экране ожила картинка. Потыркавшись по просторам Интернета, Шурик нашел нужную картинку и развернул ноут так, чтобы изображение было видно всем.

— Вот как выглядит тот нож. Длинный, прямой, на конце немного загнут. Ножны для него, соответственно, тоже довольно длинные, очень удобно носить за поясом, на спине. Они удобно прячутся под рубашкой, курткой или пиджаком.

Саша перещелкнул изображение. На экране появился нож в ножнах, заткнутый за широкий пояс национального костюма.

— Вот, видите? Такой же был у киллера, им-то он на наших глазах и перерезал горло старому сутенеру. Эта разновидность холодного оружия зовется таджикский кард. Оружие, к слову, легендарное, его создание приписывают самому Тамерлану. Распространены карды главным образом в Средней Азии, но проникли и в другие края.

— У нас курды с такими ходят, — напомнил о себе полупрощенный переводчик Яман. — Это, конечно, незаконно, но для некоторых людей законы не писаны.

— Что за курды? И почему им не писан? Они у вас VIP-персоны, что ли? Элита? — Элка, честно говоря, при всем своем уме все равно оставалась женщиной. Нормальной полноценной женщиной, то есть топографический кретинизм в полный рост. Да чего там врать — она право-лево до сих пор путала! А уж про политическую историю даже говорить страшно! Нет такого файла в девичьей красивой головушке. Поэтому, кто такие курды и какие у них отношения с внешним миром, до этого момента ей было не то чтобы фиолетово, она вообще о таких ребятах никогда не слышала.

— Ох, Ёлочка, что ж ты на уроках географии-то делала? — горестно вздохнул Саша.

— Спала. Или записки мальчикам про любовь писала. Я уже в те годы догадывалась, что беззащитное человечество будет спасено Интернетом и навигаторами!

— Курды — крупнейшее национальное меньшинство, их около сорока миллионов человек, — с профессорским видом принялся вещать местный житель Яман. — Древняя нация — но при этом своей государственной территории не имеют. Представители этой национальности живут по всему миру, но больше всего их в Турции — около двадцати двух миллионов. У нас их иногда называют «горными турками». А еще они очень большая головная боль для нашего государства. — Яман колоритно нахмурился и гордо вздернул шикарный турецкий «рубильник». — У нас от них проблем не меньше, чем у вас от чеченцев. А то и больше. И не только у нас. От курдского сепаратизма страдают Сирия, Иран с Ираком. Это и терроризм, и подрывная деятельность, и наркотики. У рядового гражданина Турции — у меня, например, — такой тесак за спиной редко можно увидеть. Практически никогда! А ребята из курдских группировок за подобным делом были замечены. У них такие ножи передаются от дедов отцам, а от отцов к детям. Преемственность поколений, гордость рода. Воин без подобного ножа — не воин, а не пойми что. У каждого курдского рода на клинке вырезан свой узор. Как у шотландцев — у каждого рода свой узор килта… Словом, я намекаю, что этот ваш мрачный наркодилер наверняка из этих неспокойных людей. Я совершенно серьезно говорю: в горах, на юго-востоке страны, есть буквально военные поселения, жители которых в наше время разгуливают с винтовками и ножами! Они там живут продажей оружия, работорговлей, наркотрафиком. Своя жизнь, свои устои. И головорез ваш на девяносто процентов из этих будет. Все сходится: излюбленное оружие курдов, наркотики, все боятся вашего типа с ножом…

— Вот, смотрите.

Оказывается, пока Яман договаривал свой монолог, Женька достал из кармана ручку и на клочке бумаги быстро что-то нарисовал. И сейчас выложил перед всеми свой рисунок — нечто, отдаленно смахивающее на зубастый полумесяц.

— Вот что было на том клинке, каким у меня махали перед носом.

Элка знала, что маленький телохранитель хорошо рисует. Знала также, что память у обоих бодигардов тренированная. Не знала она другое — что Женька запомнил узор на клинке.

— Замечательно, — сказал Александр. — Только кто нам расскажет, какому курдскому роду эта красота принадлежит?

— Я знаю, кто, — вдруг заявил Яман и вытянул указующий перст…

Глава 38

Все четверо смотрели на азартного малолетнего уборщика, а он, уже очухавшийся после оплеухи Александра, — на них.

— Угадайте с трех раз, кто он по национальности? — Яман хитро прищурил глаз.

— Неужели? — проговорила Элка.

— Вот именно, — торжествующе произнес переводчик. — Натуральный курд. Я это сразу, едва его увидел, заподозрил, а потом по выговору понял. Я с ним как-то переговорил. Его семья перебралась в курортные края совсем недавно. А до этого они жили далеко отсюда, в горах. Накопили деньжат, переехали в цивилизованные края. Не в последнюю очередь за тем, чтобы его вот, дурачка этого, в люди вывести. Чтобы он не наркотики по тропам таскал, а зарабатывал на жизнь честным трудом. Потом и учиться хотели определить. А мы его сейчас в тюрьму сдадим — и ничего он не добьется, ни в какие люди уже не выйдет. И родня его очень и очень расстроится, так сильно расстроится, что ай-ай…

61
{"b":"191352","o":1}