Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A
Песенка 1-я Вечерняя
Весел вечер за бутылкой
Искрометного вина,
Полон я любовью пылкой,
А Беккина уж пьяна!
К черту узы узких юбок,
Сладок тела зрелый плод!
Из бутона алых губок,
Как пчела, сосу я мед.
Смех Беккины все счастливей,
Поцелуи горячей,
И движенья торопливей,
И дыханье тяжелей…
Песенка 2-я Предрассветная
Стекла окон побелели
Пред Мадонною лампадка
Гаснет, выгорев до дна.
Разметавшись на постели,
Спит моя Беккина сладко,
Зноем ласк утомлена.
Мне ж не дремлется, не спится;
Впился в сердце жгучим жалом
Неутомный Купидон.
И чтоб больше не томиться,
Я – к устам припавши алым,
Прерываю милой сон!
Песенка 3-я Повседневная
Сидя на моих коленях,
Мне Беккина говорила:
«Что ты, милый, нос повесил?»
Отвечал я: «Нету денег!
Коль взяла б отца могила,
Стал бы счастлив я и весел!
Но надежд на это мало:
К жизни хрыч прилеплен плотно, –
И Амуру не слуга я!..»
Но Беккина хохотала,
Как ребенок, беззаботно,
Розы тела обнажая.
ПЕСЕНКА 4-я. РАЗЛУКА
О, час печали! Любовь умчали ручьи разлуки!
От жгучей муки, от яда скуки цветы завяли,
Мой дух распяли и сердце сжали мне злые руки.
О, боль разлуки! Рыданий звуки гортань разъяли!
Я проклинаю, я презираю свою кручину:
Я гордо стыну и сердце в льдину я превращаю,
Я замираю… Но вспоминаю опять Беккину,
Очей пучину… и грудь… и спину… И вновь рыдаю!
ноябрь, 1909, Москва
Danse Macabre
Звуки музыки смеются,
В рюмках искрится ликер,
И к устам уста влекутся,
И во взоре тонет взор.
Миг счастливый! Миг блаженный!
Хмель волнует мозг и кровь,
Я покорный, пьяный, пленный,
Твой – продажная любовь!
Рюмки сброшенной осколки
С юбкой взвившейся летят,
И на ярко-красном шелке
Капли винные дрожат.
И на жгучий мрамор тела
Опуская жадный взор,
Я бестрепетно и смело
Отдаюсь тебе, позор!
Свет неясный тихо льется
Из дрожащих канделябр,
За стеной канкан смеется,
Мы танцуем danse macabre!
Октябрь 1909
В амбаре
Под нами золотые зёрна,
В углах мышей смиренный писк,
А в наших душах непокорно
Возносит похоть жгучий диск.
Нам близок ад и близко небо,
Восторг наш хлещет за предел,
И дерзко вдавлен в груды хлеба
Единый слиток наших тел!
20 октября 1906, Москва
У ДАНТИСТКИ
Посв. А.М.У.
A me venga mal de dente
JacoponedaTodi
Сижу я в кресле, голову откинув.
В ее руке стальной пинцет блестит,
И тонкий запах девственных жасминов
Вокруг нее по комнате разлит.
Как будто червь мне злобно гложет челюсть,
Но – сквозь туман и огненную боль –
Ее движений замечаю прелесть
И черных кос сверкающую смоль.
Она – к моим губам приблизив руки, –
Вонзает в десны мне бесстрастно сталь:
И сладок мне укол, желанны муки,
И пытке злой отдать себя не жаль!
О, если б, крылья тяжкие раскинув,
Повисла надо мной навек болезнь,
И я впивал бы аромат жасминов,
И сердце пело бы признанья песнь!
7-10 января 1910 Москва, Арбат
В час разлуки
Посв. Вс.И.Попову
В час нежеланный, ненужной разлуки
Душу пронзила тоска.
Я целовал его белые руки,
Узкий рукав сюртука.
С трепетом сердца больного не сладил
И не удерживал слез;
Он мне задумчиво, ласково гладил
Пряди волнистых волос.
Остры, но сладки любовные муки!
Если бы вечно я мог
В час нежеланный, ненужной разлуки
Плакать у ласковых ног!
Январь 1908
Ночь Греха
Ночное солнце – страсть!
В. Брюсов
Полночный мрак разверз объятья,
И в душу грешная мечта
Льет яд запретного заклятья,
И манит думу нагота.
К теням, бесстыдным и красивым,
Прикован мой горящий взгляд,
И я лежу над черным срывом,
Безумной жаждою объят.
И вот над ложем исступлений,
Залитых заревом стыда,
Взошла участница радений –
Злой Извращенности звезда.
Бушует Страсть, горит пожаром,
Лик Одиночества сожжен,
И – предана ночным кошмарам,
Душа впивает жгучий сон…
…Рассвет заглянет бледнолицый
Под мой увянувший покров –
И буду я немой гробницей
Бесстыдных дум и чадных снов,
И буду я туманной тенью
Меж лиц и призраков бродить
И ночи ждать, чтоб наслажденью
И дух, и тело посвятить.
30-31 января 1906, Москва
6
{"b":"162197","o":1}