«Да будет, как ты говоришь, повелитель!» -

Так Арджуна Кришну почтил, и воитель

Карну поразил бесподобной стрелою,

Как демона - Индра, окутанный мглою,

Осыпал он стрелами кары и мести

Карну с лошадьми и возницею вместе.

И стрелы, как облако черного цвета,

Внезапно закрыли все стороны света.

Карна, крепкогрудый и широкоплечий,

Облитый калеными стрелами в сече,

Казался горой, где листва трепетала,

Где тихо дрожали побеги сандала,

Где шумно цвели на вершинах и скалах

Деревья со множеством листиков алых,

Где ветви вздымала свои карникара

С цветами, что были краснее пожара.

Карна, сонмом стрел обладавший когда-то,

Сверкал, словно солнце во время заката,

Лучи его - острые стрелы, и близко

Сверканье его красноватого диска.

Но стрелы Карны, что, казалось, как змеи

Огромные, жалили злее и злее, -

Погибли от стрел сына Кунти, как тучей

Закрывших весь мир своей тьмою летучей.

Карна, свою боль, на мгновенье развеяв,

Метнул двадцать стрел - двадцать яростных змеев:

Двенадцать вонзил в сына Кунти, а восемь -

В премудрого Кришну, чей ум превозносим.

Из лука, что грозно гремел, потрясая

Окрестность, как Индры стрела громовая,

Задумал направить сын Кунти правдивый

Стрелу, что сравнима с оружием Шивы.

Но Кала, невидимый, сильноголосый,

Воскликнул: «Твоей колесницы колеса

Поглотит земля, о Карна, ибо скоро

Придет твоя смерть, кауравов опора!»

(Теленок жреца был Карною случайно

Когда-то убит; рассердясь чрезвычайно,

Карну проклял брахман: «Твоя колесница

Да в землю во время войны погрузится!»)

И то колесо колесницы, что слева,

Земля начала поглощать, ибо гнева

Святого должно было слово свершиться,

И стала раскачиваться колесница!

Не так ли священное дерево в храме

Дрожит на дворе всей листвой и цветами?

Карна всем своим существом удрученным

Забыл об оружии, Рамой врученном.

Его одолела в сраженье усталость, -

Меж тем колесница землей поглощалась.

Оружье, врученное Рамой, забыто,

Стрела со змеиною пастью разбита,

Дрожит колесница, подвластна проклятью, -

И вот, окруженный поникшею ратью,

Карна пред соратниками и врагами

Стал жаловаться, потрясая руками;

«Гласят мудрецы: «Будет дхармой поддержан,

Кто дхарме - Закону и Долгу - привержен».

Ничто меня, верного ей, не порочит,

Но дхарма в несчастье помочь мне не хочет!»

Ослаблен, он так говорил о Законе.

Шатались его колесничий и кони.

Он стал неуверенным в каждом движенье,

И дхарму - свой Долг - порицал он в сраженье!

Метнул три стрелы в сына Кунти, а следом -

Семь новых направил, подверженных бедам,

И стал он смеяться, узрев свою меткость.

Но Арджуна выбрал семнадцать на редкость

Ужасных, пылающих, змееподобных,

И выпустил их, уничтожить способных.

Карну поразив, наземь рухнули стрелы.

Карна содрогнулся, но, стойкий и смелый,

Стал снова уверенным в действиях мужем, -

Стал действовать Рамой врученным оружьем.

Но Арджуна тоже родился для битвы!

Заклял он стихами священной молитвы

Сбой лук, что в сраженье разил супостата, -

Оружье, врученное Индрой когда-то, -

И стрел своих ливень обрушил жестокий:

Так Индра дождей низвергает потоки, -

И пред колесницей Карны засверкали

Те стрелы, соперничавшие в накале.

Карна не смутился пред мощью железной, -

Разбил их и сделал их мощь бесполезной.

Сын Кунти услышал от Кришны-провидца:

«Сын Радхи, - смотри, - твоих стрел не страшится.

Оружие Брахмы теперь примени ты!»

Священными мантрами лук знаменитый

Сын Кунти заклял, - и стрела за стрелою

Облили Карну дождевою струею.

Но скорость и стрелы Карны развивали, -

И сына Панду тетиву разорвали.

Потом тетиву, ударяя, как плетью,

Они разорвали вторую и третью,

Четвертую с пятой, шестую, седьмую,

Восьмую, - летели они не вслепую,

Девятую тоже с десятою вместе!

Запасом в сто стрел обладая для мести,

Не думал сын Радхи, презревший обманы,

Что сотней тетив обладает Багряный.

А тот, будто смертному радуясь бою,

Одну тетиву натянув за другою,

Карну обливал сонмом стрел с остриями,

Одетыми в злато и мечущих пламя,

Карна разбивал тетиву, но тугую

Натягивал Арджуна быстро другую.

Дивился Карна быстроте этой смены:

Так витязь не действует обыкновенный!

Но все же, воитель с отважной душою,

Карна превосходства достиг над Левшою.

Тогда крикнул Арджуне Кришна-возничий:

«Ты видишь ли, Завоеватель Добычи,

Что враг превзошел тебя яростью злою?

Срази же его наилучшей стрелою!»

Сын Кунти решил, что врага беспощадно

Сразит он стрелой, изготовленной ладно

Из горной скалы, - чтобы в сердце вонзилась!

Но тут, наконец, колесом погрузилась

В суровую землю Карны колесница, -

А смерть над Карною спешит разразиться!

Тогда, со своей соскочив колесницы,

Ее приподнять порешил сын возницы.

Двумя колесо обхватил он руками,

И землю обширную, с материками

Семью, с родниками, с травою густою,

Приподнял на уровень он, высотою

В четыре перста. И, от ярости плача,

Он крикнул: «Постигла меня неудача,

Помедли, о Арджуна Багрянолицый,

Дай вытащить мне колесо колесницы!

По воле богов оно в прахе увязло, -

Коварств и предательств не делай мне на зло!

Отшельник, и брахман - блюститель науки,

И воин, сложивший почтительно руки,