— Заблудились, да, — сидя на ветке, проворчал большой фуркот, продолжая чистить лапы, одну за другой.
— Ты сказала «до ночного дождя». — Флинкс снова посмотрел на Тил. — Если ночью дождя не будет, можно найти путь по звездам.
Она снисходительно пояснила:
— Дождь идет каждую ночь.
— Бывают же исключения. Такого не может быть — чтобы непременно каждую ночь шел дождь.
Она улыбнулась:
— Дождь начинается в сумерках и заканчивается за час или два до рассвета. И так каждую ночь. Иногда в перерыве между дождем и восходом солнца удается увидеть звезды и луны, но это длится недолго. И то лишь в том случае, если у кого-то хватит храбрости или безрассудства добраться почти до самого верхнего яруса.
— Да, нелегко вам искать тут дорогу.
— Мы ходим туда и обратно, пытаемся найти хоть какие-то приметные признаки, но лес растет с такой скоростью, что за ночь стертая кора заживает, а сорванные листья отрастают прямо на глазах.
— Значит, ваша деревня, этот Дом-дерево, расположена где-то на третьем ярусе?
Флинкс задумался. Он мог бы сотню раз пролететь на шаттле над их общиной и не заметить ее в глубине зарослей. Не помогли бы и приборы, поскольку тут, без сомнения, все построено из местных природных материалов.
А что если жители растащили металл с корабля, который сел на эту планету давным-давно?
— Вы сумели бы найти дорогу домой от того места, где жили плохие небесные люди, когда они появились тут?
Тил вздрогнула, широко раскрыла глаза:
— Туда никто не ходит! Там еще живо зло; это ужасное, чудовищное место. Лес пока до конца не исцелился.
— Да, но, по крайней мере, вам известно, где это место находится. Если бы вы оказались там, то смогли бы найти дорогу домой?
Она бросила вопросительный взгляд на Саалахана, тот приоткрыл посоловелые глаза и презрительно фыркнул:
— Это далеко, но… да. Всем известна та дорога.
Как раз в этот момент Пип надумала слететь с плеча Флинкса. Карликовая драконша метнулась к Кисс и повисла перед ней, то высовывая, то снова пряча раздвоенный язычок. Сидящая рядом Туватем замерла, но не пыталась вмешаться. В восторге от происходящего, Кисс во все глаза смотрела на Пип. Потом с притворным испугом закрыла ладошками лицо, отвернулась и рассмеялась.
Удовольствие, которое испытывала девочка, окатило Флинкса, словно прохладный ливень. Он почувствовал и реакцию летучего змея, окрашенную в те же тона.
— Хватит! — С необыкновенным проворством Двелл подскочил к драконше сзади, широко раскинув руки.
Увы, его ладони схватили лишь пустой воздух. Пип поднялась еще на метр и зависла, громко жужжа сверкающими крыльями и разглядывая мальчика. Двелл сердито крикнул и подпрыгнул. Пип снова отлетела, на этот раз чуть в сторону.
Кисс, по-видимому, эта игра тоже понравилась. Вскоре в ней участвовали уже все трое — Пип порхала, а дети перескакивали с веток на лианы. Фуркоты наблюдали за происходящим со спокойным одобрением.
— Твой маленький друг хорошо понимает детей, — заметила Тил.
— Пип получает не меньше удовольствия, чем они. Я сейчас с ней играю гораздо реже, чем раньше.
Флинкса кольнула совесть — он-то в любой момент может вернуться домой, в отличие от своих новых друзей. У него есть прибор, который безошибочно выведет его к шаттлу, как только Флинкс того пожелает. Все, что от него при этом потребуется, это избежать назойливого внимания представителей местной флоры и фауны. Он уйдет, а эта семья останется здесь, и еще неизвестно, как сложится ее судьба. Тил пыталась не показывать страха, но не догадывалась, что Флинкс читает все ее эмоции, как раскрытую книгу. Она была обеспокоена и испугана.
Ясно, что, несмотря на все усилия фуркотов, эта семья вряд ли сможет добраться до своего дома без его помощи. И пусть ему почти ничего не известно о мире Тил, он, кажется, нашел способ выручить ее и ее детей.
— Думаю, я смогу помочь вам, Тил.
Она стояла, поглаживая тонкие лепестки черного цветка. Когда заговорила, он задрожал в ее руке.
— Как? Ты еще более чужой в этом мире, чем мы.
Флинкс дотронулся до путевода:
— Эта штука показывает, где находится мой шаттл… моя летающая лодка. А вон там, наверху, — показал он на небо, — меня ждет большой небесный корабль. Он знает, где находится место посадки плохих небесных людей. С его помощью я могу добраться туда. Если Саалахан прав, то оттуда вы найдете дорогу домой.
Тил очень хотелось поверить, что так и будет.
— Эта серая коробочка покажет тебе дорогу? — спросила она, и Флинкс кивнул. — Если ты ошибешься, мы заблудимся еще больше.
Флинкс улыбнулся:
— Вы и так заблудились. Какая разница, больше или меньше?
— Попробуй объяснить это человеку, — прошептал Саалахан Мумадиму.
— Мы всегда сможем вернуться сюда, — продолжал Флинкс. — Неужели ты думаешь, что я решился бы бродить по этому лесу, не будучи уверен, что в любой момент найду дорогу обратно?
— Ну, не знаю… — Голос Тил звучал неуверенно.
— Ты наверняка знаешь, сколько дней назад вы покинули Дом-дерево, — сказал Флинкс, и она медленно кивнула. — Дай мне столько же дней, чтобы найти дорогу. Если за это время мы не найдем то место, где жили плохие небесные люди, то вернемся сюда. — Он сильно топнул по ветке.
— Не делай этого! — Испуганная Тил уперла ладонь ему в грудь. Ее взгляд заметался по сторонам. Фуркоты тут же пробудились от полудремы.
— Что такое? В чем проблема? — обеспокоился Флинкс.
— Глупый небесный человек, — Мумадим потянулся и зевнул. — Лучше бы ты побыстрее учился.
Флинкс резко повернулся к нему:
— Что все это значит?
— Когда ты стучишь по ветке, вот как сейчас, — торопливо объяснила Тил, — то посылаешь вибрации. Обитатели леса очень чувствительны к таким вещам. К примеру, ты можешь привлечь чаннока.
— Не знаю, кто это такой, но, в общем, понимаю, что ты хочешь сказать.
Мумадим прав: Флинкс тут ничего не знает. Тем более надо постараться, чтобы эта семья как можно скорее оказалась дома.
А по пути он будет учиться. Просто обязан. Нельзя, чтобы Тил, ее дети и фуркоты нянчились с ним, как с младенцем.
— Туда? — указала она.
— Подожди немного. Я должен убедиться, что направление выбрано верно. И, честно говоря, мне нужно немного посидеть. Я весь день на ногах.
— Ты не был на ногах, когда грипл схватил тебя, — поддела его Туватем.
Смущенно улыбаясь, Флинкс принялся искать ровное голое местечко. Только убедившись, что оно достаточно прочное и оттуда не торчат ни зубы, ни клыки, ни что-либо еще, способное изорвать ему штаны, он осторожно уселся, скрестив ноги, и начал работать с прибором. Пип мягко опустилась ему на правое бедро и с любопытством посмотрела на мерцающий экран.
Тил тоже подошла поближе, детей же больше интересовала игра. Фуркоты, не теряя времени, задремали.
Флинкс чувствовал любопытство Тил. Она представляла собой клубок контрастов: с виду уверенная и полностью владеет собой, а в душе — смятение и страх. Все вполне естественно, учитывая ситуацию. Тил думала в первую очередь о детях — нельзя допустить, чтобы они запаниковали.
К его облегчению, «Учитель» откликнулся сразу через коммуникатор шаттла. Кораблю потребовалось всего несколько мгновений, чтобы наметить самый быстрый путь. К сожалению, он воспринимал местность плоско, не учитывал спусков и подъемов, которых по дороге наверняка будет предостаточно.
Ожидая ответа, Флинкс чувствовал, как его окутывает непостижимая темно-зеленая теплота. Под ее воздействием его восприимчивость ослабевала, но зато эта теплота исключительно укрепляла дух. Она проникала повсюду, и в ней было что-то неуловимое, что-то несравненно более мощное, чем просто экзотические запахи, которыми была перенасыщена здешняя атмосфера. Однако изучение этого феномена можно отложить на потом; сначала нужно помочь этим людям.
«Учитель» выполнил команду Флинкса, обозначив нужное направление стрелкой на экране путевода. Все, что требовалось от путников, это двигаться туда, куда указывает стрелка. Корабль будет следить за их продвижением и при необходимости корректировать курс.