— Нет, человек. — Тот, что свисал с лианы, с комической серьезностью разглядывал Флинкса.
— Нет. — Сидящий на ветке не обращал ни малейшего внимания на Пип, с шипением летавшую прямо у него над головой. — Только посмотри, Мумадим, — тяжелая лапа махнула в сторону Флинкса, продолжавшего неуклонно подниматься к распахнутой пасти, — посмотри, какой он высокий. И этот рыжий мех. — А глаза зеленые. Как и должно быть.
— Нет, не человек, — упорствовал второй.
— Говорю тебе, Туватем, никем другим он не может быть. — Первый наклонился поближе, и в ноздри Флинкса ударил густой, чуть затхлый, но нельзя сказать, чтобы совсем неприятный запах. — Все остальное у него как у человека.
— Посмотри на его ноги, — посоветовал второй. — Похожи на обрубки. Нет, не человек.
— Может, он их повредил.
У Флинкса не было времени раздумывать, что не так с его ногами и волосами. До темной скользкой пасти оставалось не больше метра. Острые реснички изогнулись в предвкушении.
— Давай спасем его, а потом будем решать. — Мумадим без видимых усилий закачался на своей лиане.
— Стоит ли? Он не человек, — Туватем была неумолима.
Все, в чем Флинкс нуждался, это в слове «спасем».
— Послушайте, я не знаю, кто вы такие и откуда знаете мой язык, но, похоже, вы способны понять меня. По любым меркам я человек, и если вы в состоянии помочь, то позже я дам любые объяснения, какие вам потребуются.
— Он умеет говорить. — Мумадим самодовольно изогнул нижнюю губу, прикрыв ею верхнюю. — Как же — не человек?
— Нет!
— Разве нельзя продолжить этот спор позже? — Флинкс барахтался, пытаясь вырваться.
Тот, кого звали Мумадимом, выпятил нижнюю челюсть, еще больше обнажив устрашающие клыки.
— И в его словах есть смысл!
Туватем погладила лапой мохнатую морду и почти по-человечески пожала плечами.
— Ну, может быть, получеловек.
Мумадим удовлетворенно фыркнул. Слегка отодвинувшись, он замахнулся мощной когтистой лапой. Флинкс вздрогнул, но удар предназначался не ему. Острые когти срезали несколько побегов над его головой. Флинкс опустился на несколько сантиметров и снова повис.
— Давай, давай, не останавливайся! Я человек. Более того — я человек, прибывший издалека.
— Видишь? — Мумадим оглянулся. — Он человек из дальнего племени.
— Похоже на то, — нехотя согласилась Туватем. — Но очень глупый.
К своему удивлению, Флинкс обнаружил, что существа не только разумны, но и излучают эмоции, достаточно сильные, чтобы он мог их почувствовать. Возможно, эти существа, дикие и ребячливые, несравненно более развиты, чем все, с кем он до сих пор сталкивался на этой планете.
Но откуда они знают язык Содружества?
Демонстрируя удивительное проворство, скептически настроенная Туватем покинула свою ветку и устроилась на другой, неподалеку от Мумадима. Вместе они методично рассекали побеги, не обращая внимания на то, что Флинкса при этом мотало из стороны в сторону.
Пара усиков потянулась к Туватем, и Флинкс предостерегающе закричал. Тут же последовал жестокий контрудар когтями передней лапы, и усики были разорваны в клочья. Истекая клейким соком, куски побегов летели вниз, в зеленые глубины.
В конце концов растение-хищник не выдержало пытки и освободило добычу. Как только это произошло, Флинкс решил от всего сердца поблагодарить спасителей. Однако вот беда — он тут же полетел вниз, тщась ухватиться за ветки и лианы. Пип с беспомощным шипеньем понеслась следом.
Сидя наверху, спасители Флинкса с интересом следили за его падением.
— Если он и человек, то меньше чем наполовину, — заметила Туватем. — Даже цепляться за ветки не умеет.
Флинкс все еще был достаточно близко, чтобы услышать эти слова. У него вырвался громкий крик, когда он ударился о что-то неподатливое, но сравнительно мягкое. В голове зашумело. Он почувствовал, что его приподняли и перенесли на твердую поверхность. Пип тут же опустилась ему на плечо и ласково лизнула щеку.
Тряся головой, чтобы прийти в чувство, Флинкс повернулся и оказался лицом клипу с существом, которое оттащило его. Во многом оно было схоже с теми двумя, которые освободили Флинкса, одновременно рассуждая, можно ли считать его представителем человеческого рода. Но разница в размерах бросалась в глаза. Это существо было гораздо крупнее спасителей Флинкса, почти с белого медведя, все еще обитающего на заповедных холодных островах северного полушария Земли.
Все остальное было на месте — шесть ног, массивные когти, три глаза, двойные клыки, — но лоб выше и выражение лица умнее. Те, которые спасли Флинкса, оказались опасными противниками для хищного растения; этот же выглядел гораздо страшнее их.
Три глаза изучали Флинкса, голова была наклонена вправо. В этой позе незнакомец очень напоминал любопытного пса, и все же не возникало сомнений, что это существо гораздо умнее собаки. Хотя бы потому, что его эмоциональный спектр был несравненно сложнее.
Существо фыркнуло, обдав Флинкса теплым, влажным и едким воздухом. Пип тут же расправила крылья, но Флинкс протянул руку, удерживая ее.
— Успокойся, малышка. Я думаю, это друзья. Если только меня спасли не для того, чтобы приготовить еду.
— Ты умеешь готовить? — прорычал зеленый монстр.
Сюрреалистическая картинка, решил Флинкс.
— Я не это имел в виду. Ты друг?
— Наверно, — проворчало существо. — Ты разумный, я разумный. Все разумные существа друзья.
Флинкс не собирался оспаривать эту точку зрения. Сверху спустились те, что были поменьше. Для таких плотно сбитых созданий они двигались с потрясающим проворством. У Флинкса мелькнула мысль, что его спасители — дети третьего, взрослого существа. Они вели себя как семья. Но кто они такие?
Ответ не заставил себя долго ждать, но пришел из совершенно неожиданного источника.
— Мумадим, Туватем, как вам не стыдно! Будьте полюбезнее с новым человеком.
— Слышала? — Мумадим игриво пихнул в бок свою подругу. — Я же говорил, что он человек!
— На три четверти, — с явной неохотой признала Туватем.
Шорох ветвей за спиной Флинкса заставил его обернуться. Он полагал, что после того, как мохнатые существа заговорили с ним, его уже ничем не удивишь. Как выяснилось, он ошибался.
Совсем неподалеку стояли женщина и двое детей, с любопытством разглядывая странного гостя. Эмоциональная волна, исходящая от спасителей Флинкса, настолько удивила и заинтересовала его, что он не почувствовал совсем рядом источник человеческих чувств!
Как только он переключился на них, в голове у него все смешалось от таких знакомых и все же других эмоций. Здесь и любопытство, и тревога, и настороженность. Как обычно, эмоции детей, не осложненные жизненным опытом, были менее интенсивны. Кроме того, все трое излучали ту самую внутреннюю теплоту, которую Флинкс ощутил, как только впервые ступил на эту землю.
На всех троих было по чуть-чуть одежды, сшитой из темно-зеленой материи; у каждого — плащ и рюкзак из того же материала, а также пояс, сделанный из чего-то более плотного и темного. В довершение всего, к плащу на спине женщины была пристегнута зеленая трубка.
Женщина подошла к Флинксу без страха, хотя, может быть, тут сыграло роль присутствие массивного существа. Судя по ее словам, обращенным к мохначам поменьше, все шестеро путешествовали вместе.
— Спасибо, что подхватил его, Саалахан. Он мог серьезно пострадать.
Гигант усмехнулся:
— Очень странный человек. Очень странный и очень неуклюжий.
Молодая женщина перевела взгляд на Флинкса. Она была хорошо сложена, но очень невысока ростом, а дети казались и вовсе крошечными.
— Почему ты не ухватился за лиану, когда Мумадим и Туватем освободили тебя?
Понимая, что, в общем-то, упрекнуть ему себя не в чем, Флинкс, тем не менее, покраснел.
— Я пытался…
Она задумчиво кивнула и протянула Флинксу руку:
— Я Тил.
Он рассчитывал обменяться с ней рукопожатием. Вместо этого она потерла свою ладонь о его. Хорошо хоть, что он вовремя вспомнил о существовании такого приветствия и воздержался от неуместных жестов.