16 Я и молодой и старик, я столь же глуп, сколь и мудр, Нет мне забот о других, я только и забочусь о других, Я и мать и отец равно, я и мужчина, и малый ребенок, Я жесткой набивкой набит, я мягкой набит набивкой, Много народов в Народе моем, величайшие народы и самые малые, Я и северянин и южанин, я беспечный и радушный садовод, живущий у реки Окони [118], Янки-промышленник, я пробиваю себе в жизни дорогу, у меня самые гибкие в мире суставы и самые крепкие в мире суставы, Я кентуккиец, иду по долине Элкхорна [119]в сапогах из оленьей кожи, я житель Луизианы или Джорджии, Я лодочник, пробираюсь по озеру, или по заливу, или вдоль морских берегов, я гужер, я бэджер, я бэкай, [120]Я — дома на канадских лыжах, или в чаще кустарника, или с рыбаками Ньюфаундленда, Я — дома на ледоходных судах, я мчусь с остальными под парусом. Я — дома на вермонтских холмах, и в мэнских лесах, и на ранчо Техаса. Я калифорнийцам товарищ и жителям свободного Северо-Запада, они такие дюжие, рослые, и мне это любо, Я товарищ плотовщикам и угольщикам, всем, кто пожимает мне руку, кто делит со мною еду и питье, Я ученик средь невежд, я учитель мудрейших, Я новичок начинающий, но у меня опыт мириады веков, Я всех цветов и всех каст, все веры и все ранги — мои, Я фермер, джентльмен, мастеровой, матрос, механик, квакер [121], Я арестант, сутенер, буян, адвокат, священник, врач. Я готов подавить в себе все, что угодно, только не свою многоликость, Я вдыхаю в себя воздух, но оставляю его и другим, Я не чванный, я на своем месте. (Моль и рыбья икра на своем месте, Яркие солнца, которые вижу, и темные солнца, которых не вижу, — на своем месте, Осязаемое на своем месте, и неосязаемое на своем месте.) 17 Это поистине мысли всех людей, во все времена, во всех странах, они родились не только во мне, Если они не твои, а только мои, они ничто или почти ничто, Если они не загадка и не разгадка загадки, они ничто, Если они не столь же близки мне, сколь далеки от меня, они ничто. Это трава, что повсюду растет, где есть земля и вода, Это воздух, для всех одинаковый, омывающий шар земной. 18 С шумной музыкой иду я, с барабанами и трубами, Не одним лишь победителям я играю мои марши, но и тем, кто побежден. Ты слыхал, что хорошо победить и покорить? Говорю тебе, что пасть — это так же хорошо; Я стучу и барабаню, прославляю мертвецов, О, трубите мои трубы, веселее и звончей. Слава тем, кто побежден! Слава тем, у кого боевые суда потонули в морях! И тем, кто сами потонули в морях! И всем полководцам, проигравшим сражение, и всем побежденным героям, И несметным безвестным героям, как и прославленным, слава! 19 Это стол, накрытый для всех, это пища для тех, кто по-настоящему голоден, Для злых и для добрых равно, я назначил свидание всем, Я никого не обижу, никого не оставлю за дверью, Вор, паразит и содержанка — это и для вас приглашение, Раб с толстыми губами приглашен, сифилитик приглашен; Не будет различия меж ними и всеми другими. Вот — робкое пожатие руки, вот — развевание и запах волос, Вот — прикосновение моих губ к твоим, вот — страстный, призывный шепот. Вот высоты и бездонные глубины, в них отражено мое лицо, Я погружаюсь в раздумье и возникаю опять. По-твоему, я притворщик, и у меня затаенные цели? Ты прав, они есть у меня, так же как у апрельских дождей и у слюды на откосе скалы. Тебе кажется, что я жажду тебя удивить? Удивляет ли свет дневной? или горихвостка, поющая в лесу спозаранку? Разве я больше удивляю, чем они? В этот час я с тобой говорю по секрету, Этого я никому не сказал бы, тебе одному говорю. 20 Эй, кто идет? пылкий, бесстыдный, непостижимый, голый, Как добываю я силу из мяса, которое ем? Что такое человек? и что я? и что вы? Все, что я называю моим, вы замените своим, Иначе незачем вам и слушать меня. Я не хнычу слюнявым хныком, как хнычут другие, Будто месяцы пусты, а земля — это грязь и навоз. Жалобы и рабья покорность — в одной упаковке с аптечным порошком для больных, условности — для дальней родни, Я ношу мою шляпу, как вздумаю, и в комнате и на улице. Отчего бы я стал молиться? и благоговеть, и обрядничать? Исследовав земные пласты, все до волоска изучив, посоветовавшись с докторами и сделав самый точный подсчет, Я нахожу, что нет мяса милей и дороже, чем у меня на костях. Во всех людях я вижу себя, ни один из них не больше меня и не меньше даже на ячменное зерно, И добрые и злые слова, которые я говорю о себе, я говорю и о них. Я знаю, я прочен и крепок, Все предметы вселенной, сливаясь воедино, стекаются отовсюду ко мне, Все они — письма ко мне, и я должен проникнуть в их смысл. Я знаю, что я бессмертен, Я знаю, моя орбита не может быть измерена циркулем плотника, Я не исчезну, как исчезает огнистый зигзаг, который горящею палочкой чертят мальчишки в потемках. Я знаю, что я властелин, Я не стану беспокоить мою душу, чтобы она за себя заступилась или разъяснила себя, Я вижу, что законы природы никогда не просят извинений (В конце концов я веду себя не более заносчиво, чем отвес, по которому я строю мой дом). Я таков, каков я есть, и не жалуюсь; Если об этом не знает никто во вселенной, я доволен, Если знают все до одного, я доволен. Та вселенная, которая знает об этом, для меня она больше всех, и эта вселенная — Я, И добьюсь ли я победы сегодня, или через десять тысяч, или через десять миллионов лет, Я спокойно приму ее сегодня, и так же спокойно я могу подождать. Мои ноги крепко вделаны в пазы гранита, Я смеюсь над тем, что зовется у вас распадом, И я знаю безмерность времен. вернуться На американском жаргоне «гужер»— житель штата Индиана; «бэджер»— житель штата Висконсин; «бэкай»(правильнее — «бак-ай») — уроженец штата Огайо. вернуться Квакер(англ. «трясущийся», «дрожащий») — член христианской протестантской секты, возникшей в Англии в период английской буржуазной революции. Квакеры отвергали официальную церковную организацию, внешнюю пышность и обрядность. Часть квакеров, в связи с преследованием их в Англии, переселилась в США в 60-х годах XVII в. Эта секта отличалась известной религиозной терпимостью: «каждый может по-своему проявлять в себе бога». От квакеров-предков, выходцев из Англии и Дании, выводил Уитмен собственную независимость взглядов и свободу суждений. |
