Литмир - Электронная Библиотека
A
A

– На Грэйс Баттермир, разумеется!

Только теперь Дункан заметил Грэйс, покорно бредущую следом за Эммелайн по переполненной гостиной. Тут он совсем пал духом и растерянно переспросил:

– Грэйс Баттермир?

– Вот именно! – воскликнул в ответ Торнуайт. – Мои поздравления!

Дункан вздохнул с некоторым облегчением, заметив, что Эммслайн и Грэйс остановились поговорить с близнецами Брэмптон. Он получил передышку и попытался привести свои мысли в порядок перед встречей с Грэйс. Он отнюдь в питал к чей дурных чувств, но в то же время был убежден, что это совсем не та женщина с которой он мечтал бы соединить свою судьбу. И теперь, прислушиваясь к восторженным возгласам сестричек Брэмптон, благодаривших Эммелайн за приглашение на летнее празднество в Фэйрфеллз, он пожалел, что в свое время не отказался от этой чести. Если бы он только знал, каковы ее истинные намерения!

– Мужайся! – шутливо подбодрил его Торнуэйт. – Насколько мне известно, все шестеро Победителей прошлых турниров вполне счастливы в браке, и их союзы увенчаны появлением на свет не менее, двух десятков отпрысков. Ваше бракосочетание, несомненно, будет праздноваться с шумным весельем и сопровождаться пожеланиями многочисленного потомства.

– Ой, что-то мне стало нехорошо, – простонал Дункан. – Но почему именно Грэйс Баттермнр, это бесформенное чучело, не способное слова вымолвить в моем присутствии? Вот тебе все женщины нравятся, так растолкуй же мне, что хорошего я мог бы в ней найти?

Гарви Торнуэйт всем телом повернулся к Грэйс и снова вставил в глаз монокль, чтобы изучить ее повнимательней. С невольной улыбкой, к которой примешивалось беспокойство, Дункан наблюдал за тем, как великий знаток пристально оглядывает юную леди от заколотых на темени каштановых косичек до легких сандалий, открывавших для обозрения пальцы ног, затянутые в шелковые чулочки. Сам Дункан тоже принялся изучать бедную Грэйс. Она была на несколько дюймов ниже Эммелайн и рядом с нею казалась почти дурнушкой. Однако рассматривая девушку, Дункан, сам себе поражаясь, вынужден был признать, что на лицо Грэйс совсем недурна, хотя, по его мнению, унылая прическа никак не способствовала выявлению его тихой прелести. Глаза у нее были ясные, светло-голубые, но в них зачастую мелькало встревоженное выражение, как у испуганной маленькой птички, особенно, когда поблизости возникал Конистан.

Разглядывая белые юбки чудовищно мешковатого и уродливого платья, он вдруг заметил, что кроткая мисс Баттермир носит золотое колечко на среднем пальце левой ноги. Кольцо на ноге! Дункан почувствовал себя заинтригованным. Интересно, что представляет собою женщина украшающая золотыми кольцами пальцы на ногах? Он вспомнил, как при первой встрече, а было это больше года назад, почувствовал внезапную и необъяснимую симпатию к Грэйс, хотя обычно предпочитал флиртовать с молодыми леди, отличавшимися большей живостью. Но Грэйс излучала умиротворение и доброту, невольно вызывавшие его восхищение. Захваченный давно, казалось бы, забытыми воспоминаниями, Дункан вдруг задался вопросом: когда же именно он впервые решил для себя, что Грэйс Баттермир ему не пара? Наверное, подумал он с растущим беспокойством, все началось с намеков Конистана. Ему вспомнилось, что в разговоре с Гарви он не только выразил мнение брата вместо своего собственного, но даже воспользовался его выражениями. «Бесформенное чучело, – именно так назвал ее Конистан. – Ни внешности, ни состояния. Помимо всего прочего, должен тебе напомнить, что один из членов ее семейства запятнал имя нашего отца».

С тех пор Дункан и не предпринимал никаких усилий, чтобы получше узнать Грэйс. Как всегда, он последовал совету, а точнее предписанию Конистана. И лишь теперь ему пришло в голову спросить себя, насколько это было разумно.

Тем не менее мысль о тайных планах Эммелайн, стоявших за приглашением его на рыцарский турнир в Фэйрфеллз, заставила Дункана просто содрогнуться от ужаса. У него вовсе не было намерения жениться на ком бы то ни было, даже если бы он считал мисс Баттермир самой обворожительной женщиной в Соединенном Королевстве. Черт побери, его вполне устраивала холостяцкая жизнь, и он не имел ни малейшей охоты затягивать на шее брачную петлю!

Гарви прервал его размышления, ответив наконец на вопрос о том, чем же хороша мисс Баттермир.

– К твоему сведению, она отличается редкостной красотой, я такой почти никогда не встре-чал. Кожа у нее изумительная, без единого изъяна. С места мне не сойти, если она не окажется бархатистой на ощупь. А взгляни на цвет лица! Какая белизна, какой нежный румянец на щеках! Да она просто бесподобна! К тому же у нее чудесная улыбка. Правда, я думаю, ей следовало бы улыбаться чаще.

Он наклонился ближе к Дункану и прошептал:

– Быть может, ты заставишь ее это сделать.

3

Но встревоженному выражению в голубых глазах Дункана Эммелайн догадалась, что произошло нечто непредвиденное. Похоже, Конистану все же удалось каким-то образом, скорее всего угрозами, выведать правду у сводного брата. Чувствуя себя уязвленной и рассерженной, девушка усилием воли подавила в глубине души приступ раздражения и решила при первом же удобном случае излить свой гнев на самого Конистана. Поэтому к Дун кану она повернулась с самой солнечной из своих улыбок и сердечно пожала ему руку.

– Мисс Пенрит, – сказал он, пожимая пальчики, затянутые в перчатку, и чопорно кланяясь. – Вы ведь знакомы с Гарви Торнуэйтом, не правда ли?

Заливаясь звонким смехом, Эммелайн заверила его, что они с Торни – большие друзья, и, протянув Гарви руку, которую тот с жаром по-целовал, спросила:

– Но ради всего святого, скажите, в какой глуши вы себя похоронили на столь долгий срок? С тех пор, как мы с вами в последний раз танцевали, миновала целая вечность! – Она перевела взгляд на Дункана и с грудным смешком добавила:

– Месяца полтора назад на королевском балу Торни так страшно напился, что во время кадрили наступил на шлейф Эмили Каупер, порвал его, а сам свалился замертво. Можете себе представить, что мне пришлось пережить! Вот смеху-то было!

Грэйс вновь мысленно помянула своего папеньку, и Эммелайн не без удивления заметила выражение недовольства, промелькнувшее в го-лубых глазах Дункана по завершении ее скандального повествования. Это лишь укрепило ее во мнении, что Грэйс и Дункан просто созданы друг для друга.

Вновь переведя взгляд на Гарви, она молниеносно сменила тему разговора.

– Надеюсь, вы собираетесь присоединиться к нам этим летом в Фэйрфеллз? Мне хотелось бы увидеть вас в кольчуге и броне. Должна признаться, вид мужчин в полном рыцарском облачении волнует меня до глубины души!

– В таком случае я положительно обязан принять участие в вашем маленьком увеселении! – живо откликнулся Гарви.

Он все еще продолжал сжимать ее руку и, казалось, ни за что не хотел ее отпускать, в то же время охватывая томным взором стройную фигуру девушки. Когда этот взгляд остановился на ее груди, задержавшись на ней неприлично долго, Эммелайн выдернула руку и сердито шлепнула его веером по густой каштановой шевелюре.

Ничуть не обидевшись, Гарви весело улыбнулся ей и даже подмигнул с сочувственным и заговорщическим видом.

– Если у вас остался незанятый танец, – сказал он, – буду счастлив, если вы запишете его за мной.

Эммелайн не замедлила с ответом, свято блюдя интересы Грэйс:

– Но тогда пусть Дункан будет четвертым. Мисс Баттермир только что жаловалась мне, как трудно найти хорошего партнера для кадрили.

Она взглянула на Дункана, ясно давая понять, что ему следует пригласить Грэйс на танец, и не обращая при этом ни малейшего внимания на невнятные протесты подруги.

Дункан уже собирался ответить согласием, когда у него над ухом раздался хорошо знакомый, звучный и властный голос:

– До чего же многообещающая у вас подбирается компания! Я настаиваю, чтобы мне позволили занять вакантное место. – Раскланявшись со всеми по очереди, кроме Эммелайн, он добавил:

4
{"b":"14171","o":1}