Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Ален Буватье, комиссар, с которым они виделись накануне, проявил любезность и даже сочувствие. В обществе коллег Ари всегда чувствовал себя неуверенно. Вот уже несколько лет его не раз подводила его репутация. В службе госбезопасности он прослыл чем-то вроде гадкого утенка.

В 1992 году Ари с отличием окончил полицейскую школу. Несчастье с отцом выбило его из колеи, и, поддавшись порыву, он в качестве гражданского полицейского вступил в ряды сил безопасности ООН, чтобы принять участие в миссии по демилитаризации Хорватии. Там он много повидал. Слишком много для своих лет. После года, проведенного им в загребском аду, госбезопасность забрала к себе этого многообещающего новобранца, к тому же сына полицейского. В 1995 году он пережил час славы, когда прежний глава госбезопасности, следуя курсу тогдашнего правительства, поставил во главу угла борьбу с сектами. Ари, проявившему себя одним из самых блестящих аналитиков своего поколения, подкованному в эзотеризме, поручили создать пресловутую «группу по борьбе с изуверскими сектами». Он был на хорошем счету у начальства, слыл восходящим светилом госбезопасности и быстро получил звание майора. Но после столь идиллического начала смена правительства привела к смене приоритетов. Беспорядки в пригородах, выдвинув на первый план борьбу с городской преступностью, потеснили проблему сектантства. Однако Ари никогда не сомневался, что некий высокопоставленный чиновник уступил нажиму ведущих сект Франции и принудил госбезопасность сбавить обороты в расследованиях, касающихся этого деликатного вопроса. Вне себя от ярости, он едва не нарушил свой долг и позволил кое-каким сведениям просочиться в скандальный сатирический журнал «Канар аншене». Поднялась шумиха, и начальство спустило собак на Ари.

Тем не менее Маккензи был слишком ценным кадром, чтобы центральное управление решилось с ним расстаться, к тому же он пользовался уважением и поддержкой некоторых своих руководителей. Во Франции не нашлось бы другого такого специалиста по сектам и всему с ними связанному: мистицизму, оккультизму…

Из-за допущенной им профессиональной ошибки Ари лишили всех сотрудников, так что от отдела остался он один. Он знал, что со дня на день отдел закроют. В спецслужбах наступило время перемен. Ни для кого не было тайной, что в ближайшем будущем госбезопасность сольют с управлением безопасности территорий, куда входят собственно контрразведка, антитеррористические подразделения, госохрана и другие ведомства. Уже сейчас они вместе занимали новое помещение. Ари не сомневался, что его группа — если теперь, когда он остался один, ее можно назвать группой, — после слияния будет распущена.

А пока он не тяготился работой в одиночку, такое положение дел развязывало ему руки.

Вот почему Ари Маккензи прославился на всю полицию: его репутация смутьяна госбезопасности, прошедшего войну в Хорватии, у одних вызывала восхищение, у других — недоверие. По-видимому, молодой комиссар принадлежал к первой категории. Он снял показания, не давя на Ари.

— Когда месье Казо назначил вам встречу?

Ари рассказал о телефонном звонке Поля. Комиссар слушал его внимательно, делая пометки. Допрос продолжался больше часа, когда наконец он задал последний вопрос:

— Вы знакомы с Моной Сафран?

— Только с сегодняшнего дня.

— Она вам звонила?

— Мы с ней встретились.

— Вам не доводилось раньше слышать о ней?

— Нет.

— Удивительно… Вы называете месье Казо одним из своих ближайших друзей и при этом не знакомы с его душеприказчицей.

— Меня это тоже удивило.

— Хорошо. У меня больше нет вопросов…

— Вы не могли бы сообщать мне о ходе расследования?

— Я сделаю все, что в моих силах, Маккензи. Но не ждите слишком многого. Сами знаете, как это бывает…

— У вас есть зацепки?

— Нет. Еще слишком рано. Пока могу сказать вам только одно: месье Казо скончался около семнадцати часов, убийца… опустошил его череп. Полностью.

9

Когда около полудня Ари подходил к своему номеру, чтобы забрать вещи, он заметил, что дверь приоткрыта. Может, там горничная?.. Осторожно, кончиками пальцев, он толкнул дверь.

Постель еще не убрана, ставни опущены. Он шагнул вперед и увидел свою сумку, вывернутую на пол. В полутьме Ари бесшумно подкрался к ванной. Сердце бешено колотилось, когда он заглядывал внутрь. Никого.

Переведя дух, он включил свет. Все перевернуто вверх дном. Матрас приподняли, все шкафы открыли и второпях обыскали. По всей видимости, за несколько минут до его прихода.

Не медля он схватил сумку, кое-как запихнул вещи обратно и бросился к стойке хозяина.

— Уезжаете?

— Кто-нибудь входил в мой номер?

Хозяин гостиницы вытаращил глаза:

— Простите?

— Кто-нибудь заходил ко мне в номер в мое отсутствие?

— Нет, месье, не думаю. Вы кого-то ждали?

— Вы никого не видели?

— Нет. Что-то не так, месье?

— Нет-нет. Держите. — Ари быстро протянул ему кредитку. — Я бы хотел расплатиться.

Расплачиваясь, он поглядывал на улицу. Что, если его гость где-то неподалеку?

Выйдя из гостиницы и никого не заметив, он направился к Реймскому вокзалу, находившемуся, если он не ошибался, в двух-трех улицах отсюда. По приезде он взял такси, но небольшая прогулка на зимнем холоде ему не повредит. Ари никогда не был большим любителем пеших прогулок. По правде говоря, он их просто не выносил. Но случались и исключения: он не из тех, кто любит упиваться своим горем, и при первых же признаках депрессии готов поступиться правилом и развеять тоску ходьбой.

Он пошел по улочке, собираясь перейти на другую сторону, но едва ступил на мостовую, как услышал визг шин. От удивления он замер на месте и тут заметил машину, мчавшуюся прямо на него. Он колебался всего какую-то долю секунды. Может быть, лишнюю долю. Прыгнуть вперед или отступить? Когда он выбрал второе, от машины его отделяло не больше десятка метров. Снова взвизгнули шины. Заднюю часть седана на скользкой дороге слегка занесло. Ари отскочил в сторону, ударился спиной о капот какой-то машины и мгновенно перевалился через нее. Послышался страшный грохот, затем сильный толчок, звон разбитого стекла и треск сминаемого железа. Мир вокруг Ари завертелся. Его подбросило в воздух, потом с силой швырнуло на землю, и острая боль пронзила бедро. Он тут же выпрямился и увидел уносящийся прочь коричневый седан. Несомненно, это была та же машина, которая накануне так резко сорвалась с места, когда он увидел ее из окна гостиницы. Он не успел разобрать номер, только заметил, что он немецкий. Машина скрылась на соседней улице.

Ари передохнул, привалившись к разбитой машине, потом позвонил в дверь гостиницы. Наверняка это тот же тип, который обыскал его номер. Кто-то хотел его убрать или просто припугнуть. Чтобы он не расследовал убийство Поля…

К нему подбежал встревоженный шумом хозяин гостиницы.

— Вы в порядке? — испуганно выпалил он.

— Да-да, ничего страшного, — ответил Ари, ощупывая бедро.

— Что случилось?

— Сам не знаю. Какой-то водила не справился с управлением…

— Вы номер запомнили?

— Нет.

— Подождите здесь, я вызову полицию.

Но Ари не хотелось снова давать показания. Сейчас он думал об одном: вернуться в Париж и собраться с мыслями. Нет смысла торчать здесь дольше. Полицейские сами договорятся с хозяином. Он заправил рубашку в брюки и захромал вниз по улице.

Через сорок пять минут он уже сидел в парижском поезде. Прижавшись лбом к стеклу, наблюдал, как тает на горизонте город коронаций, и старался не думать о бедре, которое болело все сильнее.

Чем дальше от Реймса уносил его поезд, тем труднее Ари было поверить, что он больше никогда не увидит Поля. Похоже, только теперь до него доходила страшная реальность.

5
{"b":"133705","o":1}