— Как-то вы очень сгущаете краски, Илена, — вздохнула Даша. — Может быть, вы мне это объясните потом, а сейчас научите, как сделать, чтобы он гарантированно обратил внимание?
— Кто — он? — строго спросила я, накладывая ей тени.
— Я пока не знаю, — растерялась Даша.
— Так вот это и есть первая проблема. — Я принялась подводить ей губы. — Вы, Дарья Филипповна, должны для себя четко определить, чего вы хотите. И четко отбросить всех тех, кого не хотите. Если вам нужен легкий флирт, веселое времяпровождение и милые сюрпризы, то годится любой macho de cabrio творческой профессии — хоть криэйтер, хоть дизайнер. Если нужна финансовая независимость и свобода, бейте в старший топ-менеджмент из женатых давно и бесповоротно. Если же хотите долгих и спокойных отношений, я бы вам посоветовала целиться в менеджеров среднего звена — это пока ваш потолок. Ну а если вдруг хотите создать семейный проект — чего бы я вам никак не советовала в таком infant возрасте и с такими infant представлениями, — то искать ингредиенты надо вне офиса, не там, где работаете.
Я закончила подводить ей губы, и она тут же этим воспользовалась:
— Почему вне офиса?
— Это долго объяснять, поверьте на слово, Дарья Филипповна. Так будет гораздо меньше проблем и если семейный проект сложится, и если он не сложится. Но если уж вы собираетесь строить семейный проект с кем-то из офиса, то проследите, чтобы это был средненький менеджер без высоких амбиций и запредельного бабла, но с большим потенциалом. Тогда к тому времени, как у вас появится первая морщинка и третий любовник, он доползет до высокого директорского кресла.
— Я, наверно, не смогу стать такой стервой, — вздохнула Даша.
— Почему стервой? — обиделась я. — Запомните, Дарья Филипповна: стерва — это дурное несчастное существо, которое своими метаниями и неудовлетворенными страстями постоянно отравляет жизнь и себе, и своим близким. Настоящая женщина отличается от стервы тем, что метаний и страстей у нее даже больше, но она умеет удовлетворять их так, чтобы близкие ничего не подозревали, а оставались спокойны, довольны жизнью, чудесно украшали интерьер квартиры и единственное, чего боялись, — это потерять ее. В любом семейном проекте это можно заметить со стороны: если муж спокоен как platzhirsch, вальяжен, обласкан, сыт и доволен жизнью, даже если у него рога как у троллейбуса, значит, его хозяйка — по-настоящему умная женщина. А если несчастный, затюканный, униженный и издерганный ревностью — значит, идиотка и стерва. Неужели такие элементалии сегодня еще надо кому-то объяснять?
— Илена, а можно еще один вопрос. Только он глупый…
— Валяйте, — поморщилась я.
— А как узнать, изменяет ли тебе мужчина?
— Это не просто глупый вопрос, а поистине идиотский! Есть подозрение, что ваш мужчина изменяет вам с кем-то? Какие проблемы? Взяла его мобильник, перебила в записной книжке цифры ее номера на свой — и читай все SMS, какие он ей пишет!
— Потрясающе! — выдохнула Даша. — Если б мне такое пришло в голову раньше…
— Вы были бы уже замужем и вынашивали тройню? — Я закончила докрашивать ей лицо, развернула за плечи к зеркалу и кивнула: — Нравится?
— Нравится, — призналась Дарья, удивленно себя рассматривая. — Как так получилось?
— Этому не научишь в сортире клуба, вкус или есть, или его нет, — скромно ответила я. — Просто посмотрите на себя внимательно, Дарья, и запомните, что вам с вашим типом лица косметику надо накладывать именно так, именно здесь и именно в таких количествах. Дайте ваш смартфон. — Я взяла ее мобилку, сделала два снимка — профиль и анфас — и вернула ей: — Распечатайте на хорошем принтере и повесьте дома над зеркалом. А теперь вернемся, наконец, в зал, я и так уже потратила на вас ridiculous amount of time.
В зале творилась бубнилка. Микрофон на сцене плотно оккупировал очередной говорящий пиджак из нашего топ-менеджмента. В далеко отставленной руке он держал распахнутую папку, словно пытаясь тем самым подчеркнуть свою phenomenal дальнозоркость. То ли он проводил пердизиум, перечисляя успехи Корпорации, то ли пытался шутить по заготовленному сценарию, то ли объявлял какие-то призы — этого из зала было не разобрать, и даже планктон, который облепил сцену в десять слоев, вряд ли что-то понимал.
Все вип-столики, конечно, уже оказались заняты, а сотрудники попроще толкались у фуршетных кормушек. Впрочем, сидеть за столиком у меня не было никакого резона. Ловко расталкивая планктон и ежесекундно здороваясь, я прошлась по фуршетному ряду, покидав на тарелку ровно те продукты, которые не помешают беседе и не испортят фигуру. Даша перла за мной как танк, и от этого ее расталкивание планктона получалось неестественно грубоватым. На тарелку она кидала все то же самое — похоже, думала, что наши уроки хороших манер продолжаются. Мне не хотелось сейчас заниматься Дашей — предстояло то, ради чего стоило ждать подобных мероприятий: налаживать деловые контакты и непринужденно решать вопросы. У меня накопилось слишком много проблем, которые я мечтала переложить на чужие плечи, и много сфер, где я могла бы поработать, если удастся в них проникнуть. Кроме того, я надеялась окончательно закрыть вопрос Эльзы Мартыновны. И хотя совершенно не представляла, как и через кого это сделаю, чутье подсказывало, что вопрос Эльзы Мартыновны сегодня решится. Забегая вперед, скажу, что он действительно в тот день решился, но таким резким образом и так неожиданно, что я бы многое отдала, чтобы оставить его нерешенным.
— Илена. — Дарья подергала меня за рукав и зашептала в ухо: — Я все-таки очень прошу, научите меня, как правильно знакомиться.
— Dio santo! — вырвалось у меня. — Дарья, вы попали на бал! Развлекайтесь! У меня здесь дела, и нет времени на уроки ерунды!
— Ну пожалуйста, Илена! — В глазах Дарьи стояли слезы. — Мне это действительно очень важно!
И я сжалилась. В основном из-за того, что было жалко своего труда, если бы слезы из ее глаз действительно сейчас потекли.
— Хорошо, Дарья. Отойдем в сторонку, и слушайте меня внимательно. Я правильно понимаю, что вы пропустили между ушей все то, что я вам говорила? Вас не волнует ни выбор, ни планирование отношений, и ваша моральная девственность со всеми сопутствующими комплексами требует лишь одного: овладеть искусством праздничного пикапа? — Я строго подняла палец и покачала им перед ее носом. — Нет, я не задаю вопрос, я знаю ответ и лишь констатирую. Я преподнесу вам этот урок, если вы так хотите. Правил всего два, Дарья. Первое, что нужно сделать, это подойти к объекту и сообщить ему, что вы им интересуетесь.
— Как? Прямо так и сказать словами? — растерялась Дарья.
— Не обязательно словами. Можно жестами или взглядом. Или потрогать руками его. Или его одежду. Или как-то еще дать понять — тонко, но однозначно. Но если у вас проблема с грацией или креативом, то говорите прямыми словами. Подойдите и скажите. От вас что, убудет, Дарья? Думаете, он начнет вас презирать после этого? В конце концов, ваша молодость, Дарья, слишком коротка, чтобы прошляпить ситуации, о которых будете потом тоскливо вспоминать в хосписе.
— Он очень удивится.
— Разумеется, удивится! Для этого все и делается. Первое правило знакомства — удивить. Не удивив, вы не имеете никаких шансов.
— Как-то это очень по-мужски, — возразила Дарья.
— Ошибаетесь. — перебила я. — Запомните: все то, что я вам говорю — вообще все и всегда, — действует для обоих полов одинаково.
— Я как-то даже… — замялась Дарья, но я снова ее перебила:
— Это было первое правило. В принципе если ваш объект не избалован вниманием, то он уже ваш. Но зачем вам уцененный товар? Поэтому правило второе: сразу же после этого сообщите объекту, что он вашего интереса недостоин. Унизьте его. И вот после этого он точно ваш.
— Как это? — растерялась Даша.
— Тьфу, — разозлилась я. — Дарья, нельзя быть такой непонятливой! Вы пользуетесь тем, что вы у меня одна практикантка. Если бы у меня было сто стажеров, я бы вам поставила зачет в последнюю очередь. Что вам неясно? Первое правило: удивить. Сообщить, что объект вас привлекает, и вы рассматриваете его в гендерном ключе. Второе правило: еще раз удивить, сообщив, что он вас недостоин. Что тут неясного? Современные мужчины тупы, ленивы и закомплексованы, они не умеют добиваться леди. Женщины, впрочем, тоже. Поэтому надо дать ему шанс, сообщив, что леди положила на него глаз. Но чтобы козел не возгордился и не счел леди дешевкой, надо тут же, augenblick, дать ему по рогам, объяснив, что он ничтожество. Что тут неясного?