Рапорт Дарьи
В офис я заявилась только к полудню — Дарья Филипповна уже успела мне отправить несколько SMS, одно трагичнее другого, но я велела ей осваивать офисное пространство самостоятельно. Ей это удалось: я застала ее в буфете левого крыла, весело беседующей с какими-то незнакомыми секретухами о зарплатах, что вообще в Корпорации не приветствовалось. Я так и сказала, после чего секретухи быстро попрощались и очистили буфет. Сходив за кофе, я вернулась к столику и вопросительно посмотрела на Дашу.
— Я написала рапорт! — заговорщицки сообщила Даша, залезла в сумочку и потащила оттуда трубку распечатки, скованной степлером.
— Рапорт об увольнении из учеников Илены Сквоттер? — поинтересовалась я.
— Да нет же! — заулыбалась Даша, протягивая мне трубочку. — Рапорт о нашей поездке!
Я отпила кофе, развернула трубочку в прямой лист, разгладила, а затем сложила пополам и прижала к столу ладонью.
— Если это рапорт об увольнении из учеников — я его приму, — сухо объяснила я. — Если же вы, Дарья Филипповна, хотите остаться в учениках, то есть еще одно правило: в офисном бизнесе никогда не надо делать то, чего не требуется. Понятно?
Улыбка сползла с лица Даши.
— Понятно, — кивнула она уныло.
Я в три рывка разорвала рапорт и не поленилась выйти из-за столика, чтобы бросить его в урну.
— Вторая просьба. — продолжила я, вернувшись. — Стереть этот рапорт из компьютера. Вам, Даша, он не нужен. Мне он не нужен тоже. А если вдруг найдутся те, кому он действительно нужен, то это не порадует ни вас, ни меня. Понимаете?
— Там же нет ничего такого… — плаксиво пробормотала Даша.
Я не удостоила ее ответом, лишь продолжила пить кофе.
— Вы сегодня очень злая, Илена, — сообщила Даша, поджав губки.
— Да, — согласилась я.
— А почему?
— По многим причинам. Например, потому, что наша поездка не удалась.
— Почему не удалась? — искренне изумилась Даша.
— Потому что я не получила никакой информации.
Даша многозначительно улыбнулась, и это меня насторожило.
— Выкладывайте, Даша, — попросила я. — Что у вас?
— Откуда вы знаете? — растерялась она.
— Выкладывайте, выкладывайте.
— Как, прямо здесь? — растерялась она еще больше. — Люди кругом…
— Да, прямо здесь.
Я рассчитывала, что она сейчас расскажет мне что-то такое, что я упустила. Но она полезла в сумку и вынула маленький яркий предмет, сжав его в кулаке.
— Есть, короче, тут такая тема… — озорно начала Даша, подмигивая мне.
— Фу, Дарья, — поморщилась я. — Что за vulgarite, Дарья? Где вы нахватались этого obscene жаргона? «Есть тема…» Запомните, Дарья: выражение «тема» употребляют только дворовые stoners и прочий rap-электорат с IQ low-middle-класса. А мы, рыцари офисов, говорим не «тема», а «история». И если вам кажется, что это мелочь, то на таких мелочах и строится современный российский офисный business, из которого человек с повадками rap-электората быстро изгоняется тряпками для протирки проекторов. Чаще, конечно, в переносном смысле. Ясно? А теперь спрячьте обратно свою тревожную интригу и давайте действительно выйдем отсюда на живую природу, лишенную камер видеонаблюдения. Пойдемте с вами, Дарья, на бизнес-ланч. Я покажу одно неплохое кафе.
Мы вышли из офиса и вскоре уже шли по шумной улице, ничем не выделяясь в потоке таких же офисных мидиенеток-профурсеток.
— Итак, что у вас за история? — На ходу я требовательно протянула руку ладонью вверх.
Дарья порылась в сумочке и положила мне на ладонь оранжевый брелок, похожий на широкую зажигалку.
— WTF? — спросила я.
— Прибор, которым он превращал воду в пиво! — прошептала Даша, наклонившись ко мне.
— Как? — удивилась я.
— Не знаю, — вздохнула Даша. — Но что же это еще может быть?
Я внимательно рассмотрела брелок. Больше всего он напоминал memory-stick. Но только у него не оказалось разъема, что, конечно, меняло дело. Зато имелся небольшой экранчик. Второй моей мыслью было — алкометр. Впрочем, опишу эту thingie подробнее.
Приборчик был не мелкий, но и не громоздкий. При этом довольно старый. Причем не той физической старостью, которая кроет поверхность морщинами царапин, а пластиковые углы — сединой потертостей. Брелок был стар морально — в нем чувствовалась та дизайнерская старость, которая отличает контуры авто позапрошлого года от фотки на рекламной странице в глянце последнего месяца. Я не разбираюсь в авто и привела это просто как пример, надеясь, что разбираетесь вы. Просто один мой друг очень convincingly рассказывал, как безнадежно стареет любой дизайн каждые два года, и учил меня это чувствовать в контурах нотиков и мобилок. В брелке это чувствовалось. Маленький утопленный экранчик с тикающим временем (ненавижу 12-часовое отображение) делал его похожим на карманный будильник. А две каплевидные кнопки наводили на мысль о термометре. Впрочем, если это был алкометр, я не нашла, куда дуть. Разве что дуть предлагалось в гнездо для подзарядки, но шизофреники в отличие от дебилов в промышленном дизайне не задерживаются, а идут клеить коробочки.
— И как это работает? — тихо спросила я.
— Не знаю, — покачала головой Даша.
Я хмыкнула.
— Ладно. Тогда другой вопрос: откуда это?
— Оттуда. — Даша заговорщицки кивнула назад. — Из Ельца!
Я удивилась настолько, что даже остановилась посреди тротуара.
— Почему я об этом узнаю только сейчас? Вы, Дарья Филипповна, планировали открыть свой пивной заводик, но не смогли разобраться с прибором?
Даша вспыхнула и очень обиделась:
— Да я с самого начала хотела показать! А вы: в «Макдоналдсе» — молчи, в купе — люди, в Москве — я, мол, устала и еду домой, до завтра, Дарья…
— Хорошо, но все же: откуда это?
— Это было в том чемодане.
Брови мои удивленно поползли вверх, я буквально чувствовала, как их аккуратно выщипанный контур двигается в небо.
— Дарья, вы что, украли эту штучку из чемодана?
Она открыла рот и некоторое время смотрела на меня непонимающе.
— Ну… взяла, — смутилась она.
— Украли, — уточнила я. — Я, значит, беру у старушек расписку, что ничего не пропало, а вы за моей спиной воруете?
— Илена, ну… как же… — Она явно не ожидала такого вопроса. — Бабки не видели, честно!
— Дарья, запомните, пожалуйста, одну вещь на всю жизнь — если хотите, чтобы она оказалась у вас долгой, счастливой и по возможности не в федеральном розыске. Мы — не воры. Мы — авантюристы! Это очень большая разница, поверьте. Хотя ее мало кто ценит в нашей стране, где Фемида не просто слепая, но еще и глухая, тупая, самоуверенная, патологически жадная и настолько больная на всю голову, что у нее на глазах не повязка, а сползшие бинты.
— Послушайте, Илена! — взвилась Даша. — Но ведь вы сами при мне выгребли из кошелька все деньги этого Кутузова и взяли себе! А теперь говорите мне, будто…
— Нет, — я покачала головой, — вам так показалось, Дарья. Я не воровала денег у Кутузова.
— Ну, я понимаю, конечно, что ему они были не нужны, но ведь и приборчик этот, который превращает воду, ему уже…
Я помахала приборчиком у ее носа.
— Дарья, я не желаю общаться с ворами. Понятно? И не надо мне рассказывать, будто я вас учила воровать — это ставит под сомнение все мои педагогические таланты и заставляет думать, что я совершенно напрасно взяла вас в ученики. Я понятно излагаю? Вы делаете дикие вещи и имеете наглость рассказывать, будто научились этому от меня!
Дарья обиженно молчала.
— Закроем пока эту тему, — смягчилась я и снова двинулась вперед по тротуару. — Последний вопрос: почему вы решили, что эта штука превращает воду в пиво?
— Ну а что же это еще, по-вашему? — удивилась Даша.
— Это мы сейчас выясним.
Я понажимала кнопки — по экранчику забегали длинные как змеи цифры. Они пробегали короткими стайками и казались смутно знакомы — definitely, я видела что-то похожее в интернете. Но вот где? Цифры повторялись.