Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Кроме того, эти чужие корабли, видимо, в состоянии узнавать, что делается в материальном космосе, находясь вне его. Орешек, оказавшийся не по зубам земной науке, разгрызли другие. Увы, слабым утешением было узнать, что преграда преодолима и что решение действительно существует.

Тот корабль, который дважды подстерег его в пространстве, оказался поблизости не случайно. Он поджидал там намеренно, вытянув свои магнитные щупальца, и нетрудно представить себе, чем бы все кончилось, если бы ему, Картеру, не удалось ускользнуть. Возможно, это был сторожевой корабль, один из целой флотилии патрульных, часовых неба, охраняющих планету от чужаков и умеющих возникать из гиперпространства в нужном месте с точностью, недостижимой для земных кораблей.

Он подумал, что теперь втройне важно избежать плена и доставить информацию домой. Можно, правда, насобирать кучу подробностей о потенциальном противнике, которые пригодятся Земле. Где находится материнская планета? Когда они начали завоевывать космос, насколько продвинулись? Каковы их ресурсы в кораблях и людях? Подчинили ли они уже другие расы? К какой форме жизни те относятся, где их родина, способны ли они восстать?

Нет, все это потом. Земля пошлет десять, сто, тысячу разведчиков, они раскопают эту информацию. Но Картер должен вернуться домой, и тогда Земля получит надежные сведения о конкурентах; противнику же останутся смутные подозрения. И если Земля узнает, пусть даже неточно, где находится база противника, то у последнего не будет ни малейшего представления, где искать Землю.

Остается лишь испытать телепатическую мощь противника и тогда можно отправляться восвояси.

5

Пользуясь темнотой, он двинулся на север, к джунглям. Днем идти гораздо опаснее. Шпиону путешествовать лучше всего тогда, когда чужие глаза видят плохо, а чужой разум спит. Каждый шаг на ярд приближал его к кораблю, к полной свободе.

Внезапно его пронзила мысль, что он может навеки увязнуть на этой планете, что пока он бегает, как крыса в лабиринте, его корабль обнаружен и захвачен. Он остановился, достал радиокомпас и сверил курс. Прибор по-прежнему работал исправно, и Картер перевел Дух.

Выбранный маршрут пролегал вдоль той окраины города, где он еще не был.

Знание местности приносилось в жертву, но задача того стоила: а вдруг он узнает что-нибудь еще? Вдобавок на юге его могли продолжать искать, а здесь риск был меньше. Хитрая лиса никогда не возвращается по своим следам в руки охотнику.

Когда рассвело, двигаться стало опасно. Он был вынужден красться, словно беглый преступник, прижимаясь к заборам, спускаясь в канавы, прячась в кусты и перелески, подальше от тех, кто мог случайно обнаружить его телепатически или увидеть издалека. Дважды он забирался в укрытия и там мучился сомнениями, идти дальше при дневном свете или залечь в каком-нибудь укромном месте и дождаться ночи. Но оба раза нетерпение заставляло его продолжать путь.

Счастье еще, думал он, что ему попалась периферийная планета. Ее неоспоримый плюс — малочисленность населения.

На материнской планете, переполненной любопытными телепатами, он не остался бы на свободе и пяти минут. Его мгновенно схватили бы за шиворот и без труда вытряхнули бы из мозгов все, что там есть.

Обойдя одинокую ферму, вокруг которой расхаживало несколько человек, Картер перебежал дорогу, поднялся на поросший деревьями холм и сверился по радиокомпасу. Прибор показывал на противоположную сторону долины. Спустившись вниз, он обнаружил еще одну дорогу, а за ней, в долине — большой поселок.

Его внимание сразу привлекло здание, стоявшее не дальше трех четвертей мили. Это была школа с площадкой для игр, по которой носились сотни две детей.

Что-нибудь в этом роде ему и требовалось; хватало и укрытий, позволявших незаметно подойти ближе. Раньше рисковать было опасно, но теперь под рукой находились две сотни подопытных кроликов, и ни один не представлял ни малейшей опасности.

Перебегая от дерева к дереву, от куста к кусту, он остановился там, где его не могли обнаружить с дороги. У него не было возможности следить за теми, кто мог подойти сзади, и одновременно проводить свой эксперимент. Но Картер все же решил рискнуть.

Он остановился в двенадцати сотнях ярдов от игровой площадки, понаблюдал немного за снующими малышами, и то, что увидел, ему не понравилось. Они носились с такой же неуемной энергией, как и любая компания земных ребятишек, но их дикому столпотворению не было аккомпанемента. Они бегали, прыгали, кривлялись и колотили друг друга, но все это в полном молчании. Вполне возможно, они и производили адский шум, но воспринимался он мозгом, а не ушами.

Он еще некоторое время изучал их, пытаясь найти хоть одного кричащего. Тщетно. Исключений из правила не было: если из двухсот детей все до единого телепаты, значит, телепатами должна быть вся раса.

Сосредоточившись, чтобы определить, сколько из них и как быстро среагируют, он послал, как умел, сильный мысленный сигнал.

«Я БЕГЛЕЦ! ВЫ МЕНЯ СЛЫШИТЕ! Я БЕГЛЕЦ!»

Отклика не последовало. Он подошел на пятьдесят ярдов и позвал опять. Ничего не случилось. Возможно, они слишком увлеклись игрой и не слышали странный зов. Но нет, десяток детишек сидели на стенке, болтая ногами и явно ни о чем не думая.

«Я БЕГЛЕЦ. МЕНЯ ИЩУТ. ВЫ СЛЫШИТЕ? ВЫ СЛЫШИТЕ?»

Еще ближе, и еще. Когда до них осталась тысяча ярдов, его услышали. Около сорока ребятишек одновременно повернули головы в его сторону; видеть его они не могли, но были уверены, что он там. Через долю секунды все остальные повели себя точно так же, они откликнулись на мысли первых. Двести пар юных глаз искали беглеца. Демонстрация впечатляла.

Картер быстро отступил назад, оценивая результаты своего эксперимента.

Все до единого. Все до единого — и почти за тысячу ярдов. Отступая, он продолжал следить за ними, боясь, как бы они всей толпой не бросились за ним.

Они и не подумали. Не двигаясь, они молча наблюдали за ним. Ему и в голову не пришло, что две сотни детей-телепатов, зовущих на помощь, не менее опасны, чем двести детских голосов, кричащих «пожар!».

Пересекая долину, он начал подниматься на противоположный склон, оглядываясь на поселок. Дети все еще стояли на месте, глядя в сторону его последнего убежища. И целый батальон дюжих взрослых бежал к тому же месту. У некоторых в руках было оружие, напоминавшее скорострельные винтовки.

На дороге, которую он недавно пересек, стояли большой грузовик и два легковых автомобиля; из них выпрыгивали люди, человек десять, которые явно прибыли за ним и уже направлялись в его сторону. Им не было нужды искать его мысленно, они его видели. Охота началась. Если требовались еще какие-либо доказательства, то вот они — большая группа из поселка сменила курс явно по указке этих десяти.

Он рванулся вверх по склону, словно перепуганный заяц, бросился в чащу и возблагодарил судьбу за такое укрытие. Его ноги заработали в темпе, который был непосилен любому охотнику. Теперь уже не было смысла петлять или возвращаться на свой след, чтобы запутать погоню. Бесполезно играть в прятки среди деревьев, если преследователи видят сквозь любое препятствие на тысячу ярдов. Самая верная тактика — бежать к кораблю, сохраняя дистанцию, гарантирующую недоступность его мыслей. Пока он держится хоть на шаг дальше зоны досягаемости телепатов, они будут терять время на поиск его следов.

Вниз по склону, через другую долину, на этот раз пустую. Вверх по заросшему склону следующего холма. На удобной обзорной площадке он остановился, чтобы сверить радиокомпас, и оглянулся на охотников. Когда первый из них показался из-за деревьев на противоположной стороне, Картер снова помчался со всех ног, зная теперь, что выигрывает почти милю.

Два часа Картер поддерживал этот убийственный темп, борясь с искушением выбрать более легкий путь в обход холмов; следуя точно по стрелке радиокомпаса, он преодолевал подъемы, снова спускался, пересекал долины. Последний спуск среди громадных деревьев, и он оказался на краю широкой плоской равнины, откуда виднелся маленький городок, а за ним — джунгли.

129
{"b":"123188","o":1}