Подпитка оборвалась. Корвейн дернулся еще раз, но даже приподнять плечи уже не смог. Кожа побледнела, с губ сорвался хрип. Только ненависть в глазах осталась прежней.
Я посмотрел на кровь, которая продолжала растекаться по плитам, и положил ладонь ему на бок, рядом со стальным древком. Маны оставалось немного, но остановить кровотечение я мог. Леон вздрогнул от прикосновения и уставился на меня.
— Мертвым ты был бы жертвой, — сказал я, направляя остатки своей маны в рану. — А живой — улика.
Я выдернул копье и сразу стянул поврежденные ткани Малым восстановлением. Корвейн вскрикнул, попытался свернуться на боку, но я все еще удерживал его руку ногой. Кровь больше не текла. Остальные повреждения подождут.
— Стоп! Поединок окончен! — прогремел над ареной голос магистра Терена. — Победитель — Кассиус Орд!
Северное крыло вскочило с мест. Тоб размахивал обеими руками и что-то орал, но его голос тонул в общем грохоте. Я с трудом выпрямился и улыбнулся друзьям. Все-таки забрал первое место. Как и обещал.
Магистры Терен и Аурел уже оказались рядом.
— Немедленно отойди от моего племянника! — грозным голосом, едва не срываясь на крик, приказал Аурел Корвейн.
Я поднял руку на уровень его глаз. Между большим и указательным пальцами поблескивал окровавленный сердечник.
Аурел осекся. Посмотрел на артефакт, затем на Леона. Еще недавно он мог кричать на меня при всех, угрожать и требовать объяснений. Теперь объясняться придется его племяннику.
Я передал сердечник Терену, убрал ногу с руки Корвейна и отступил на шаг.
— Жить будет, — сообщил я. — Можете спросить, кто дал ему эту штуку.
Аурел сжал челюсти, но ко мне больше не полез. Вокруг стояли магистры, а с трибун за нами следила вся Латерна.
Терен поднес сердечник к глазам и внимательно рассмотрел.
— Это сердечник! Запрещенный для использования в дуэлях артефакт! — объявил он во всеуслышание. — На его корпусе виден знак мастерской Рейнаров!
Королевский инспектор, который уже тоже стоял рядом, как и многие другие важные люди, засвидетельствовал артефакт и забрал его у магистра Терена.
— Я изымаю его как вещественное доказательство, — прокомментировал он свой поступок. — Я требую руководство Латрны провести расследование и выяснить, кто снабдил им учащегося Корвейна.
Судьи, три магистра, лишь подтвердили, что Корвейн его использовал. Дядя Леона в этот момент едва волосы на голове не рвал, должно быть, получше многих знал, к чему все шло.
Леон остался жив. Его унесли на носилках прямо перед глазами всех тех, кто пришел, чтобы посмотреть на унижение лекаря. Они его так и не увидели. Аурел молча покинул основную арену, буркнув недовольно что-то про полное исключение Леона из общего рейтинга.
— Через час здесь состоится вручение награды! — сообщил всем магистр Терен.
* * *
— Касс, я тут подсчитал… Девяносто семь очков и, конечно, первое место за тобой.
— Да дай ты ему хоть отдышаться, — Гаррет постарался притормозить Тоба.
— Он сегодня первое место взял! Я еще тихо себя веду!
— Вот-вот, — поддержала Тоба Мира, — это было невероятно…
Даже просто сидеть на трибунах и ждать, после такого поединка, мне было непросто.
На основной арене для поединков тем временем вовсю кипела работа. Сразу после того, как с нее унесли Корвейна и один из магистров отремонтировал магией каменные плиты, работники принялись собирать разборный подиум. Светлое дерево местами было обито бархатом и украшено по периметру гербами факультетов.
Студенты-артефакторы подвешивали над трибунами гирлянды магических светильников. Они вспыхивали одна за одной и с наступлением вечера смотрелись особенно эффектно.
Откуда-то запахло свежей зеленью. Девушки с факультета ботаники несли огромные корзины с цветами. Они расставляли их на подиуме, рядом с ним и просто там, где считали нужным.
— О-о! — воскликнул Тоб. — Гаррет, я только что видел твою корзину.
— Да, здесь есть мои, — удивительно, но этим Гаррет будто гордился гораздо больше, чем победой над вирмом. Такой он здоровяк, миролюбивый и скромный.
Когда все было готово, арена вовсе перестала выглядеть так, будто на ней проходили самые значимые поединки. Гирлянды горели ровным светом, букеты радовали глаз, а на подиум уже поднимались магистры, в том числе и Терен.
— Победителем поединка за первое место объявляется… — магистр Терен запрокинул фирменную чашку, жест ему будто заменил барабанную дробь, а затем громко выдал, что услышали все. — Кассиус Орд!
— Ура! Да! — горластым медведем Гаррет взревел громче всех.
— Да! Да! — поддержал его Тоб, который едва не кинулся в пляс. — Я богат! Я бо-гат! Ну то есть… Кассиус победил! Ура!
Не рассмеяться в этот момент было сложно.
— Ура! Касс! Касс! — выкрикнула Мира.
— Касс! — внезапно, в числе первых, ее поддержал Фабиан Мерц.
Спустя несколько ударов сердца мое имя скандировали все трибуны. Северное крыло, другие факультеты, «Северная партия», даже кто-то из «белых башен» «снизошел до такой пошлости», как несколько раз крикнуть мое имя.
— Я куплю кузницу… Нет! Нет! Я куплю кусок земли и открою зоопарк! Нет! Я куплю водяную мельницу и…
— Тише-тише, Тоб, — Мира приобняла его. — Нужно все хорошо обдумать, не торопись.
— Учащийся Кассиус Орд, приглашаю вас на сцену для вручения награды! — громко объявил магистр Терен.
— Дойдешь? — спросили мои друзья почти в один голос.
— Дойду, — кивнул я и потопал к сцене.
Я шел между трибун и все смотрели на меня. Наверное, это был один из моих первых моментов триумфа в новом мире. Впрочем, меня подобные вещи мало волновали. Гораздо ценнее то, что я выиграл и то, что столько негодяев были поставлены на место.
Поднявшись на подиум, я посмотрел в ложу магистров и преподавателей. Селена сидела там обособленно, но когда мы встретились взглядами, она робко улыбнулась. Неуверенно, сдержано, так, будто за долгие годы несколько разучилась это делать и теперь стеснялась.
А затем я поднял взгляд выше. Не сразу, но я смог найти в галерее закрытого потока Лиару. Она, встретившись со мной взглядом, не смогла сдержать улыбки. А затем отвернулась в сторону, но не от меня, а от своей свиты. Чуть позже я почувствовал, как камень связи в кармане чуть затрясся и потеплел.
— Первый в рейтинге на конец месяца… Кассиус Орд! Примите мои искренние поздравления! — магистр Терен пожал мне руку и вручил флакон с эссенцией из сердца титана.
Зрители на трибунах взорвались овациями. Я смотрел на радующихся друзей, на приз в руках и был доволен.
* * *
В одну из следующих ночей, в тренировочной комнате, я начал с медитации. Убедившись, что с организмом всё просто отлично, я немного размялся, разогнал ману по Ядру и Каналам, а затем начал самое интересное.
Флакон с эссенцией из Сердца Титана сверкал оранжевыми искорками в красной густой жидкости. Недолго думая, я откупорил добротную пробку и разом выпил содержимое флакона.
Вкус у такого рода эссенций всегда особенный. Сами по себе они безвкусные, но вот их магическая составляющая… Это сложно передать словами, но я почувствовал вкус силы титана, почувствовал вкус ликования того, кто смог его одолеть. И это невероятные ощущения.
С помощью переполнявшей меня силы я начал перестраивать тело. Я менял его для того, чтобы в полной мере использовать древний метод боевого разгона.
По сути, я уже частично использовал его, когда выбил ударом кулака Корвейна из исполинских доспехов. И тогда я очень рисковал, а ведь усилил только руку. Но теперь, после изменений, я смогу использовать Формулу полноценно, не только без риска, но и для всего тела.
Стоило мне чуть продвинуться, как кровь в жилах забурлила. Сердце принялось бешено колотиться. Эссенция из Сердца Титана побежала по каналам. Она пробила рубцы еще в двух.
В этот раз я выбрал каналы, что тянулись по обе стороны шеи, поднимаясь к голове, и там они разветвлялись. Эти каналы позволят мне обострять зрение, слух, скорость восприятия и тонкое ощущение маны.