Шокировало людей еще и то, что я, как они только узнали, не калека и вполне себе могу пользоваться маной. Много было разных разговоров и перешептываний…
Дед подошел ко мне одновременно с Лиарой. Они оба хотели взять меня под руку, но я жестом отказался. Мне хватало сил, чтобы держаться и сохранять равновесие. Суровый отец Лиары тоже подошел к нам.
Он криво усмехнулся и обратился ко мне без прежнего презрения в голосе:
— Похоже, старый Орд не соврал насчет волчьей породы. Есть в тебе все-таки что-то от отца, Кассиус. Бумаги подписаны.
А это означало, что формальная часть церемонии уже завершена. Как только мы с Лиарой закончим обучение в академии, так сразу станем законными супругами.
Дед, не слушая меня, все-таки позвал штатных целителей. И, пока те осматривали мою рану, попутно залечивая, он объявил, что церемония закончена.
* * *
Следующим утром делегация Вельгардов, как и другие немногие гости, что оставались на ночлег, покинули наш дом. Со своей невестой Лиарой я не прощался. Мы еще встретимся и очень-очень скоро.
Вместе с дедом мы стояли у окна на втором этаже поместья и смотрели, как последние кареты Вельгардов выезжали со двора. Ту карету, у которой вчера сломалась ось и вылетело колесо, по распоряжению деда починили за ночь. А вместо строптивого вороного коня дед выдал дорогим гостям нового — послушного из родовой конюшни.
После всего случившегося связь между домом Ордов и Вельгардов, несмотря на выходки Радана и других родственников, только укрепилась.
Альдарион сделал шаг в мою сторону и, почесав щетину на лице, спросил:
— Ты не изменил своего решения о котором сказал мне вчера?
— Нет, — ответил я. — Я все еще намерен поступить в Академию и сделаю это.
Дед тяжело вздохнул, будто сдерживая порыв прочитать мне воспитательную лекцию. Еще спустя вдох он все-таки заговорил о том, что лежало на душе:
— Касс, ты целитель… Я видел, на что ты способен. Но в Академии привыкли распоряжаться целителями, как и во всем королевстве. Готов каждый день объяснять, почему с тобой так не выйдет?
— Я не собираюсь теряться в тени боевых магов, такой путь не для меня.
— О, как заговорил, — не без гордости в голосе Альдарион чуть улыбнулся.
— Дед, ну ты даешь, — сказал я ему с теплой улыбкой. — Ты же видел не хуже других, что случилось с Кайреном.
— До сих пор не знаю, как ты это сделал, но с более подготовленным противником может и не выйти, — он пожал плечами и посмотрел на меня так, как смотрят только близкие люди. А еще в его взгляде читался неозвученный вопрос.
— Хорошая попытка, — усмехнулся я.
— Ладно тебе, — хмыкнул Альдарион, — попытаться стоило… Я не собираюсь читать тебе нотаций, просто хочу напомнить: «Побереги спину, внук…». В Академии не будут рады такому целителю, это я тебе гарантирую.
— Разумеется, но ведь так только интереснее! Нет?
— Проклятье, никогда не понимал причуд крови… — озадаченно нахмурился дед. — Почему ты стал напоминать мне моего сына только сейчас?..
Частично я понимал волнения Альдариона, но вместе с тем не был с ним согласен. Королевская Академия Латерны мне нужна, чтобы посмотреть, как изменился мир, пока я был в древней темнице.
Но, что еще важнее, я дико жаждал увидеть, что стало с теми, кто заточил меня во мраке. Хотя шанс того, что спустя две тысячи лет хоть кто-то из них жив, ничтожно мал.
— Через несколько дней отправишься в Академию, — сказал дед. — Я подготовлю рекомендательное письмо.
* * *
Поместье дома Рейнаров. В просторной светлой зале, за большим темным дубовым столом, к которому были приставлены мягкие высокие кресла, находились трое.
— Еще раз тебе говорю, Отроф, — лениво сквозь зубы процедил Ольдор, отец погибшего на Суде поединком Кайрена. — Мы не можем отомстить напрямую.
— Да, кузен, повзрослей, тебе уже давно не двадцать, — почти безэмоционально, но колко подметила меланхоличная Сарфа, что с наслаждением курила дамскую сигару.
Она даже не приехала вчера на похороны Кайрена. Куда больше ее заботило, что после его глупой выходки нужно немного поработать — очистить и отшлифовать репутацию рода.
— Этот щенок… Как его? Кассиус. Теперь под прямой защитой Королевской Хартии, — недовольно проговорил Ольдор, массируя виски. — На всем пути и на землях Академии. Открыто напасть на него — значит бросить вызов Короне.
— Вот-вот, — Сарфа взмахнула сигарой, с чьего кончика сорвалась легкая дымка. — Не стоит наш любимый Кайрен того… Не стоит, при всем уважении.
— Ты хоть кого-нибудь способна любить? — грубо спросил Отроф, брат Ольдора и соответственно дядя Кайрена. — Бесчувственная, холодная…
— … расчетливая и счастливая в почти беззаботной жизни, — ехидно ответила Сарфа, на ее лице сверкнула острая улыбка. У нее всегда поднималось настроение, когда она думала о том, что так и не завела детей.
— Отроф, я безумно любил сына… Ты знаешь. И я чту его память, но месть — не повод подставлять под удар весь наш род, — нехотя признал Ольдор. Он подумал и продолжил: — Я отправлю весточку в Латерну. Прямой удар не наш вариант, но там есть старшекурсники, официальные дуэли и контракты…
— … из которых слабый целитель может не вернуться, как это часто бывает. — Продолжила фразу Сарфа и добавила: — Для правдоподобности даже героически погибнуть.
— Героически? Что⁈ Какой вздор! — Отроф ударил кулаком по столу, он всегда был одним из самых эмоциональных Рейнаров.
— Гордыня тебя погубит, брат… — выдохнул Ольдор.
— Наш великий дом — вот о чем нужно думать в первую очередь, — холодно ответила Сарфа, затянувшись сигарой. — Даже если этого целителя похоронят в орденах, те, кому надо, сделают правильные выводы.
— Она права. Жажда мести не должна дурманить голову, — проговорил вслух Ольдор, будто напоминая сам себе об этом.
Ольдор проглотил ещё одну пилюлю. Последние дни только лекарство помогало ему сохранять спокойствие.
Глава 5
Город для сильных
После нескольких не самых насыщенных дней я наконец-то прибыл в столицу. По дороге даже не было на что посмотреть, если только любоваться редкими деревнями, одним небольшим городком и природными пейзажами.
Природа, пожалуй, единственное, что не изменилось за проведенные мной века в темнице. А вот города да, особенно столица. Изменились люди, и особенно магия, а вернее, ее применение и распространенность.
Въезжая в город, я видел грузовые платформы. Они бесшумно и быстро скользили над каналами. Левитировали, ведь ни веревок, ни лошадей, ни каких-либо механизмов, что могли их двигать, я не приметил. Можно было услышать только нечто вроде вибрации в воздухе, когда платформы нагружали.
На одном из перекрестков, ближе к центру города, патрульный в сером плаще лениво поднял руку. Он погасил инерцию сорвавшейся с креплений повозки, и она мягко остановилась, никому не причинив вреда. Возница облегченно выдохнул, а патрульный спокойно пошел дальше.
Выше, над черепичными крышами многоэтажных домов, кружили грифоны. Гордые животные с широкими крыльями рассекали воздух, отбрасывая тени на крыши и стены домов. На грифонах иногда можно было увидеть парней и девушек в узнаваемой форме учебных отрядов.
Мое плечо после дуэли полностью затянулось и больше не напоминало о себе легкой болью. Восстановленный канал понемногу наполнял Ядро маной. Каждую каплю магической силы приходилось беречь. Я немного расходовал ее только на поддержание тонуса.
Немногим позже я стоял у ворот Академии. Здания возвышались над городской застройкой, как заснеженные горы над равниной. Арки, шпили и витражи, оправленные в серебро и золото.
Отдельные корпуса и башни соединялись изящными мостами. В солнечном свете бежевый камень напоминал медовый цвет, а флаги на шпилях развевались так сильно, словно их направляла магия.
Людей у центрального входа собралось много и разных: работники, студенты, те, кто только планировал поступить, и многие другие. А там, где много людей, там и много взаимодействия между ними.