Глава 16
Алая Нить
Леон Корвейн шагнул навстречу вирму, пока остальные пятились от выскочившей из клетки твари. Зверь оказался здоровенным, острые когти скребли пол, хвост едва помещался в проходе. Леон прикинул, сколько стали понадобится, чтобы раскроить эту бронированную тушу, и с предвкушением хрустнул шеей.
Леон даже пожалел, что Селена ушла. Хотелось бы посмотреть на её лицо, когда с такой тварью разберётся первокурсник. Хотя и без магистра зрителей хватало.
Вокруг кричали, толкались, мешали друг другу отступать. Леон поморщился. Столько боевых магов в одном помещении, а ударить некому. Зато на занятиях каждый второй рвался продемонстрировать свой дар.
Первое место в табеле досталось ему трудом и талантом. За него приходилось биться и снова и снова отрабатывать заклинания. Леон прекрасно знал, на что способен, и сейчас даже обрадовался возможности показать это остальным. Пусть посмотрят. Особенно тот лекарь, который уже собрался потеснить его с первой строчки.
Корвейн поднял руку, но один из учеников его опередил. Парень остановился среди бегущих товарищей и приготовил заклинание. Леон невольно задержал взгляд на его руках. Что ж, хоть кто-то здесь соображает.
Огненные серпы ударили вирма в бок и погасли. Тварь даже не замедлилась, а пластины на её панцире заметно утолщились. Маг огня отступил, чуть не споткнувшись о собственную ногу.
Леон раздражённо выдохнул. И чего тот ожидал с таким слабым ударом? Панцирь поглощал магию ниже порога, об этом уже все уши прожужжали. Нужно пробить его сразу, вложить достаточно силы. А этот только разозлил зверя.
Корвейн оглядел учеников и заметил Кассиуса. Лекарь стоял рядом со своими приятелями и, кажется, даже усмехнулся, когда огненные серпы погасли. Всё-то ему было смешно. На занятиях спорил с магистрами, теперь ещё и за первое место взялся. Сорок седьмого ему, видите ли, мало.
Леон усмехнулся в ответ. Посмотрим, что Орд запоёт, когда придётся благодарить его за спасение. При всех, перед теми самыми приятелями, которые так верят в своего лекаря. От этой мысли Корвейн и вовсе повеселел. Уж он-то потом обязательно напомнит Кассиусу, кто сегодня разобрался с вирмом.
— Уйди с глаз, слабак! — Леон жестко крикнул на парня с магией огня и поднял обе руки. — Все уйдите! Я покажу, как нужно бить!
* * *
Леон запрыгнул на парту. Он взмахнул руками и в этот же момент ударил по разъяренному вирму целой серией боевых заклинаний.
Острые стальные лезвия просвистели по воздуху.
Вытянутые иглы, размером с гвоздь, прошили его почти бесшумно.
Огромные и тяжелые стальные диски, полетели следом, сверкая в лучах магических светильников.
Вот только вирм плевать на все это хотел. Он охотнее подставлял панцирь под магические удары и впитывал ману от атак. Его панцирь рос и укреплялся прямо у нас на глазах.
Леон бил куда сильнее того парня с огненными серпами, да и заклинания выпускал одно за другим, почти без задержки. Первое место он явно занимал по делу. Вот только ни один удар пока не пробил панцирь. Вирм охотно поглощал всё, что в него летело, а Корвейн продолжал тратить на него ману.
Ах да, еще мы воочию увидели то, что рассказывала магистр Селена. Если вливать в вирма слишком много магического урона, то вырастает и укрепляется не только его панцирь, но и он сам. Удивительная тварюшка.
— Это… — даже Гаррет побледнел, не в силах подобрать слов.
— Леон, остановись! — крикнул я, видя, что тот продолжает атаковать его всем своим арсеналом. — Ты только кормишь его!
— Да что ты знаешь, «расходник»⁈ — с возмущением огрызнулся он. — Нужно просто посильнее ударить! Я убью его и всех спасу! Вы еще благодарить меня будете…
— Леон, не надо! Это же вирм, а они… — Бракс как-то не слишком уверенно попытался остановить его, но осекся на полуслове.
Леон взмахнул руками, и с разных концов аудитории к нему полетели железки. Он быстро собирал их в стальные копья. Куски металла сплавлялись, вытягивались, заострялись. Даже сейчас, когда вокруг орали и метались перепуганные ученики, Корвейн управлялся с металлом без малейшей заминки.
Копья одно за другим поднимались перед ним. Леон дождался, пока сформируется последнее, подался вперёд и разом швырнул их в тварь.
Они ударили почти одновременно. Грохот на миг заглушил крики учеников.
Вот только панцирь выдержал. Сталь ломалась о него и со звоном сыпалась на пол. Вирм поглотил ману, костяные пластины снова утолщились, а за ними выросла и сама тварь.
Одно радовало — железа, созданная природой для кислотно-магического газа у вирма, благодаря дому Морланд, не работала. Иначе бы мы уже все отправились к праотцам. Тварь лишь могла спускать через жерло лишнюю ману и выпускать вонючую струйку.
— Оу! А! — выпалил Леон, заикаясь, когда вирм резко развернулся и побежал прямо на него. Он сносил парты с такой легкостью, будто те не были сделаны из тяжелых пород древесины и укреплены сталью.
Леон застыл, и на его лице промелькнул весь спектр эмоций. От осознания до полного ужаса своей беспомощности. Он испугался, как щенок, который почуял в ближайших кустах огромного волка. С той лишь разницей, что Леон прекрасно видел подросшую его же стараниями тварь, которая теперь могла легко перекусить поперек.
— Леон испугался?.. — встревоженно прошептала одна из дежурных. — Он же первый… Он же должен… А?..
— О боги, нам точно конец, — обреченно выдохнул еще кто-то из учеников, готовясь прощаться с жизнью.
Каким-то чудом Корвейн все-таки взял себя в руки и так быстро, как только смог, обратился к силе своей магии.
Обломки металла оторвались от пола с громким звоном. Петли, болтики, уголки с хрустом вырвало из парт и мебели. Все они, ударяясь друг о друга в воздухе, сплавлялись в единую массу и неслись к Леону.
Воздух рассекли отблески стали. Несколько мотков толстой ленты с лязгом обвили Корвейна спиралью. И вот уже над ним с Браксом сомкнулся стальной купол, глухо ударив о каменный пол.
Леон так спешил, что от небрежности едва не разрубил сталью руку Бракса. Гладко бритый здоровяк едва успел отдернуть ладонь от смыкающихся листов стали.
Вирм с грохотом обрушился на купол. Сталь застонала, задрожала, сдвинулась с места, громко скрипнув о камень, но выдержала. Осталась довольно глубокая, но не сквозная вмятина.
— Я выдержу! — прозвучал голос Леона из купола, в котором он не забыл сделать несколько отверстий для воздуха. — Найдите магистра!
— А мы… А мы⁈ — загнанным зверем заорал во всю глотку один из учеников. Он, судя по затравленному взгляду, больше прочих верил в силу и непогрешимость того, кто занимал первое место.
— Каждый сам за себя! — крикнул парень, который стоял рядом со стеллажом.
Гаррет переглянулся с Тобом, а я с Мирой. Пока вирм безуспешно долбил стальной купол, все двадцать дежурных учеников успели, кажется, трижды разочароваться в Корвейне, что гордо занимал первое место рейтинга. Первое по силе, но, видимо, не по смелости.
— Слушайте меня, если хотите жить! — громко, но не переходя на крик, сказал я.
План по выживанию уже рождался у меня в голове. Оставалось взять на себя лидерство, вдохновить всех этих перепугавшихся бедолаг, чтобы совместными усилиями выбраться из ловушки.
— Мы все умрем! Да он же сожрет нас! — паниковал один худой парень, хватаясь за голову.
Гаррет резко схватил его за воротник и выписал звонкую, но не самую болезненную пощечину.
— Успокойся, — грозно сказал он.
И парень замолчал. Пришел в себя. Он все еще был жутко перепуган, но теперь хотя бы не орал, подталкивая тем самым остальных к всеобщей панике. Я благодарно кивнул Гаррету.
Вирм, все еще заинтересованный в том, какой на вкус наследник рода Корвейнов, продолжал долбиться в стальной купол. Что-то мне подсказывало, что скоро ему надоест. Но это только часть беды.