Я не оборачиваюсь и за ним не бегу — хрен с ней с визиткой, потом выброшу, — но слышу, как он садится в машину и уезжает. И только когда машина сворачивает, решаюсь посмотреть, кто такой этот наглый красавчик и как его зовут. Лезу в карман и достаю плотный прямоугольник из дорогой бумаги, а к нему прилипла сложенная пополам иностранная купюра! Разворачиваю… Пятьсот евро! Я ахаю от изумления и застываю. До профилактория рукой подать, всего несколько шагов, но ноги отказываются двигаться — я в полном ступоре и не знаю, что делать, как поступить. Куда бежать, к кому обратиться за советом?! Пятьсот евро — это сколько в рублях?! Сумасшедшие деньги! Пятьдесят тысяч?! Да моё пальто даже новое столько не стоило! Наверное, банкнота случайно оказалась у него в кармане и зацепилась, когда он засовывал мне визитку! Это какое-то недоразумение! Нужно срочно вернуть её, пока он не хватился!

Переворачиваю картонку и читаю: «Генеральный директор компании “Рипресса” Евгений Конте». Ниже указан номер телефона и адрес электронной почты. Руки начинают дрожать, выдавая моё волнение. «Рипресса» — это же та самая компания, которая выкупила наш профилакторий! Неужели я только что умудрилась поссориться с новым владельцем и испортить себе репутацию в самом начале? Убейте меня кто-нибудь прямо сейчас!

Конечно, я не решаюсь так сразу набрать номер — сначала надо всё хорошенько обдумать. Бегу в свой кабинет, озираясь по сторонам, мелкими перебежками, стараясь остаться незамеченной. Хорошо, что пришла раньше! Профилакторий только просыпается.

Теперь у меня нет никаких сомнений в том, куда именно ехал Евгений Конте. Разумеется, в свои новые владения! Стоянка у нас не у центральных ворот, а с торца, и он наверняка направлялся туда.

Все мысли о семейных проблемах, о вечернем мероприятии, о чёрствости Андрея, о надвигающемся кризисе в наших отношениях улетучиваются как по волшебству. Теперь я занята только одним — прокручиваю в голове нашу перепалку с владельцем профилактория, каждое его слово, каждую свою фразу, каждый жест. Переодеваюсь в рабочий костюм и сажусь за свой стол, нервно нажимаю на кнопку включения компьютера.

Интересно, он надолго приехал, этот Евгений Конте? Или просто всё проинспектирует и уедет обратно? Мне же нужно сходить в столовую до завтрака, проверить санитарные нормы, поговорить с поварами! Вдруг я там с ним столкнусь? Как я ему в глаза посмотрю после всего случившегося? Ещё и эти проклятые пятьсот евро, которые жгут мне карман!

Ещё мне сегодня нужно составить меню на следующую неделю, посчитать, сколько человек будет на общем столе, а сколько на пятом и девятом, ещё раз сходить в кухню проверить соблюдение норм хранения продуктов, а я вместо этого как заворожённая набираю в поисковике «Евгений Конте»…

Компьютер выдаёт мне «Эухенио Конте». Ну конечно! Наш новый владелец — итальянец. Наполовину. По отцу — итальянец, с горячим южным темпераментом, а мать у него русская. Оказывается, родом тоже из этих мест. Так вот почему его занесло в нашу глушь!

Скольжу взглядом по строчкам биографии на экране, жадно вчитываясь в каждую деталь. Так-так, ему тоже сорок три года! Значит, мой ровесник. Не женат и не был… Ну это, конечно, могло бы показаться странным, если бы он был русским, но я слышала, что итальянские мужчины женятся поздно, долго живут с родителями и вообще очень ценят свободу. Учился там-то, работал там-то, состояние такое-то — так, это неинтересно, слишком сухо и официально. Перехожу на вкладку с фотографиями, словно надеясь увидеть что-то личное, настоящее. Сглатываю слюну, не в силах отвести взгляда от экрана. Хорош! Просто глаз не оторвать, даже придраться не к чему — идеален! И от этого моя миссия по возвращению денег становится ещё сложнее, и я не понимаю, почему меня это так волнует.

Теоретически, можно было бы перевести пятьдесят тысяч рублей по номеру телефона, указанному на визитке, но… Это если бы они были у меня на счету. Деньгами в нашей семье занимается муж. Я зарплату скидываю ему, а он мне переводит нужную сумму, когда потребуется.

Дилемма.

Ведь ещё раз встречаться с новым боссом, особенно здесь, на работе, мне совсем не хочется! Я надеюсь, что Конте скоро уедет обратно в свою солнечную Италию, а пока я смогу ни разу не попасться ему на глаза.

Прямо хоть беги в салон красоты и срочно меняй причёску, как советовал Андрей. Но не для вечернего мероприятия, а чтобы Конте меня не узнал!

Раздаётся короткий стук в дверь, и она открывается. Я вздрагиваю от неожиданности, и сердце чуть не выпрыгивает из груди.

— Привет, Лен, ты сегодня рано! — В кабинет влетает Вера, старшая медсестра, моя подруга. — Викторовна сказала, что ты уже пришла, самая первая.

Вере сорок пять, мы отлично ладим, и я всегда рада её видеть. Тихонько выдыхаю, унимая дрожь, и расслабляюсь, радуясь, что это не Конте.

— Привет, Вер. Да, решила сегодня прогуляться пешком, подышать свежим воздухом, вышла из дома пораньше, и получилось, что я трудоголик, — улыбаюсь и шучу, стараясь скрыть тревогу.

Пальто висит в шкафу, и я искренне надеюсь, что когда оно высохнет, я смогу хотя бы немного очистить его щёткой, чтобы оно не выглядело так ужасно. Естественно, я не собираюсь рассказывать о падении в лужу — это моя маленькая тайна, которую я никому не открою.

— И правильно сделала! Я тоже пришла пораньше, но мне Елизавета вечером позвонила, попросила помочь. Представляешь, наш новый владелец изъявил желание сегодня всё посмотреть, лично проверить, — тараторит Вера без умолку, не давая мне вставить и слова. — Беги в столовую, глянь, чтобы там не было ни соринки, чтобы всё блестело и чтобы повара все были в колпаках и чистой форме, а то босс, говорят, очень строгий.

И я с ужасом понимаю, что не смогу отсидеться в кабинете, отгородившись от внешнего мира, как планировала. Придётся выходить в люди, рискуя столкнуться с Евгением Конте лицом к лицу.

— Да ты же знаешь, что у меня там всегда полный порядок, всё блестит, как у кота… В общем, идеальная чистота, — всё же пытаюсь избежать неминуемой катастрофы, оттянуть неизбежное, надеясь на чудо.

Я не знаю почему так остро реагирую на то, что умудрилась поссориться с новым владельцем профилактория, но почему-то меня трясёт от этой мысли.

— Бережёного, Лен, бог бережёт, — философски изрекает Вера. — Кто знает, что у него на уме, у этого итальянца. Вдруг ему что-то не понравится, и он нас всех уволит? Лиза упомянула, что у этого Конте большие планы на наше унылое лечебное заведение, он собирается сделать из него конфетку, — добавляет она, и я чувствую, как внутри меня нарастает паника.

Встаю из-за стола, обречённо вздыхая.

— Иду-иду, — сообщаю уныло, словно меня пригласили на казнь.

Вера мчится дальше осматривать владения, а я, оставшись одна, перекладываю пятьсот евро из кармана пальто в карман рабочей формы. Выхожу в коридор, прислушиваюсь, стараясь уловить хоть какой-то звук. Тишина, словно все вымерли. Крадусь вдоль стеночки в столовую, стараясь быть незаметной.

Ну и что? Закон подлости как всегда не дремлет! Именно когда я прохожу мимо лифта, он открывается и из него выходит Конте в сопровождении нашей управляющей — Елизаветы Романовны.

— А вот и наша Леночка! — радостно восклицает Лиза. — Елена Сергеевна — диетическая медсестра нашего профилактория. Настоящий профессионал! Познакомьтесь, Евгений, — представляет она меня новому владельцу. — Лена, а это Евгений — наш новый большой босс, теперь он будет всем здесь командовать. Представляешь, он хочет запустить эксклюзивные программы для похудения! Это выведет нас на международный уровень! Покажи ему нашу столовую, проведи экскурсию, будь добра, — добавляет Лиза, подталкивая меня в спину, и я понимаю, что деваться некуда, придётся изображать радушие.

К счастью, я всё же вспоминаю, что давно взрослая женщина, а не истеричная девчонка, и не срываюсь в бегство, как бы ни хотелось. Более того, я сохраняю на лице дружелюбное выражение, словно ничего не произошло, словно я не ругалась с этим мужчиной всего час назад. Тем более Конте никак не показывает, что узнал меня, не выдаёт себя ни единым жестом и не требует вернуть деньги. Может, он меня не узнал? Всё же на мне сейчас медицинская шапочка, скрывающая волосы, нет грязного пальто, и выгляжу я совсем по-другому.