— Вы… э-э… точно не хотите переодеться? — ковырял в зубах второй комиссар, юнец с прыщами. — У нас есть одеяло…

— Спасибо, — огрызнулась я. — После ползания по тоннелям и танца с шестьюдесятью семью змеехвостами мне как-то привычнее в рванине.

Не знаю почему, но эти комиссары не вызывали доверия. Да и в целом предстоящий суд не внушал оптимизма. Это я сначала на радостях согласилась пойти куда угодно, лишь бы подальше свалить от змеиного логова.

А посидев и успокоившись, поняла, что веселье еще не закончилось. К тому же мне отказали в просьбе встретиться с мужьями. Видите ли, еще нужно выяснить, кто имеет право на меня.

В смысле⁈ Какое такое право⁈ Я что, собственность? Вообще-то я тут женщина и мне решать, кто на что имеет право!

Я-то думала, в этом мире чистый матриархат, но, как оказалось, не всё так просто. С «бесхозными» женщинами или с женщинами с сомнительным происхождением закон суров. Предстоят судебные разбирательства, чтобы определить мою дальнейшую судьбу.

Летательный аппарат дернулся и пошел на снижение на площадку перед черными воротами из мрамора.

Мне помогли спуститься на землю и повели в высокое мрачное здание. Надпись на нем «Министерство по надзору за созданием семьи» светилась ядовито-зеленым, как плесень на гробовой доске.

Казалось бы, это место должно излучать любовь и счастье, а вместо этого нагоняло страх. Казалось, если я войду через эту дверь, то уже никогда не выйду обратно.

Замерев на крыльце, хотела повернуть назад, но мне преградили путь.

— Там нечего бояться. В министерстве вам обязательно помогут и избавят от проблем, — старший из комиссаров многозначительно посмотрел на мой живот.

— Угу, даже боюсь представить, каким образом… — недовольно хмыкнула я и, прикрыв живот в защитном жесте, все же вошла внутрь.

Обстановка в министерстве напоминала ЗАГС, смешанный со склепом.

Меня загнали в кабинет с табличкой «Случай №666-бис». Чиновник сморщенный, как сухофрукт, тыкал в меня ручкой. Если он выглядит так старо, то страшно представить, сколько ж ему лет.

— Беременна. Половая связь с четырьмя расами, — он осуждающе сощурил глаза.

— Если быть точнее, то с двумя, — поправила я. — С демонами тра… привязывалась не я, а с альфами у меня вообще никакого контакта не было. Если не считать, что их жена хотела заглянуть мне в черную дыру. Хотя это у нее все равно не получилось.

— Это мы проверим, — выслушав, хмыкнул старик. — А пока идет следствие, вам придется на время остановиться у нас.

Меня отвели в комнату на втором этаже, точнее в камеру временного содержания и заперли на замок. Дверь была массивная, дубовая с маленьким решетчатым окошком.

Зато обстановка в камере вполне уютная. Кровать с матрасом, постельным бельем и мягким пледом. Куча подушек, которыми можно обложиться с ног до головы. Обеденный стол, стул, даже кухонный гарнитур и посуда. А главное отдельный санузел с ванной и без зрителей. Да после семи месяцев жизни в окружении камней я готова остаться тут навсегда.

В камере было окно без решеток, с милыми занавесками и форточкой. Да уж, где логика?

Я скептически осмотрела своё новое жилище, потирая круглый живот.

— Ну надо же, — сказала вслух, — тюрьма для беременных выглядит уютнее, чем моя прошлая квартира.

Прошлась по комнате, проверяя каждый угол. Кухонный гарнитур оказался на удивление современным, с блестящими ручками и выдвижными ящиками.

— Может, они тут всех беременных так содержат? — размышляла я, открывая холодильник. — О, даже еда есть! Не тюрьма, а санаторий какой-то.

Подошла к окну, осторожно выглянула. Второй этаж, конечно, не так уж высоко, но падать всё равно не хотелось. Особенно в моем положении.

— Интересно, — усмехнулась я, — они правда думают, что беременная женщина не будет прыгать? Видимо, тут таких случаев ещё не было.

Решила осмотреть санузел. Ванная оказалась просторной, с мягкими полотенцами и даже какими-то косметическими средствами на полке.

— И всех тут так балуют или только меня? — хмыкнула я. — А может это просто ловушка, чтобы заключенный не буянил и не пытался сбежать?

Сев на кровать, попыталась собраться с мыслями.

— Так, — размышляла вслух, — нужно придумать план действий. Нельзя просто сидеть и ждать, пока они решат мою судьбу. У меня есть права! Ну, по крайней мере, должны быть.

Нужно потребовать себе адвоката и узнать какие у меня права, еще связаться с Эмилем и выяснить, что за следствие они затеяли.

В дверь постучали.

— Кто там? — настороженно спросила я.

— Доставка обеда, — послышался женский голос, затем щелкнул замок и дверь открылась. На пороге появилась молодая женщина в форменной одежде, держа поднос с едой.

«Ну что ж, — подумала я, вставая, — по крайней мере, кормят тут хорошо. А там посмотрим, что можно сделать».

— Приятного аппетита, — улыбнулась она, ставя поднос на стол.

— Спасибо, — ответила я, внимательно наблюдая за её реакцией. Но женщина лишь кивнула и вышла, закрыв за собой дверь.

Вздохнув, я присела за стол. Кажется, придется задержаться. Но я не сдамся так просто.

В животе зашевелился малыш, словно поддерживая мои решительные мысли.

— Да, — улыбнулась я, поглаживая живот, — мы справимся. Вместе мы сила. Главное решить все проблемы до твоего рождения. Боюсь тогда желающих заполучить женщину с дочкой может стать куда больше.

… Так, стоп! Почему обед мне принесла женщина⁈

Пару дней меня не беспокоили, только кормили четыре раза в день, как на убой. Порции были такие, что я начала подозревать — они пытаются откормить меня до размеров дирижабля!

Каждый прием пищи сопровождался мысленным подсчетом калорий и обещанием себе начать диету сразу после спасения.

Женщина больше не появлялась, а еду приносил парнишка лет двадцати, краснеющий при каждом моем взгляде. Он был настолько застенчивым, что даже поднос дрожал в его руках, когда он ставил его на столик.

Было очень интересно, что за женщина ко мне приходила и куда подевалась. Ну не привиделась же она мне! Хотя после всего, что со мной случилось, я уже ни в чем не была уверена. Может, я вообще сплю и вижу самый безумный и долгий сон в своей жизни?

Ожидание дальнейшей судьбы было хуже самого трешового случая, что со мной приключился в этом мире. Лучше б сразу сказали все как есть, а не томили неведением!

На третий день после обеда за мной наконец-то пришли.

— Зина, прошу вас пройти на допрос, — в камеру вошел плечистый детина все в той же серой униформе. Он старательно отводил от меня взгляд и явно стеснялся. Видать, неженатый еще, бедняга. А когда наши глаза встретились, его щеки предательски порозовели.

— Пытать будете? — испуганно пискнула я, вжавшись в стену. Ну а что, кто его знает, как они поступают с бесхозными женщинами в этом сумасшедшем мире! Может, у них тут свои средневековые методы допроса?

— Что вы⁈ — воскликнул комиссар, испугавшись еще больше меня. — Как можно⁈ Мы же не изверги какие! Хотя некоторые коллеги, говорят, любят поиздеваться над заключенными… шучу-шучу!

Хоть физически причинять боль мне не планировали, но идти на допрос было все равно волнительно. Может, они морально запытают до смерти⁈ А что, я читала про такие методы допроса, что в итоге человек сам себе придумывает несуществующие преступления!

Кабинет, в который меня привели, мало напоминал допросную или пыточную. Обычный офис: стол, стулья, стеллажи с папками и прочая канцелярская мишура. Даже как-то обидно — я-то ожидала чего-то эпичного! Может, тут еще кофе есть?

— Случай №666-бис: беременная, десять официальных мужей, один внебрачный наг, — монотонным голосом пробормотал все тот же сморщенный чиновник местного пошива, водя пальцем по строчкам.

— Семь официальных мужей и один внебрачный наг, — поправила его я, гордо выпятив подбородок. — Та троица рогатых не в счет, я с ними не спала, — про мужа из другого мира решила промолчать на всякий случай. Кто знает, как они отреагируют!