Паша кивнул в сторону закрытой двери кабинета.

- Коля сейчас на КТ.

Я наконец позволила себе выдохнуть и опустилась на скамью. Он сел рядом.

- Я рада, что ты был с ним, – сказала негромко.

Паша посмотрел на меня, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то такое, от чего мне стало не по себе. Он протянул руку, намереваясь взять мою ладонь в свою, но я тут же убрала её. Его пальцы замерли на полпути.

Паша нахмурился, опустил руку и отвёл взгляд. Я некоторое время смотрела перед собой, а потом вдруг сказала:

- Мне сегодня подарили цветы.

Паша медленно повернул голову. Я сразу заметила, как напряглось его лицо.

- Я увидела этот букет и поняла одну вещь, – продолжила я. – Я хотела, чтобы он был не от тебя.

Он ничего не ответил. Просто смотрел на меня, и я почти физически ощущала, как сам воздух между нами стал тяжелее. Я повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза.

- Если ты ещё на что-то надеешься, Паш, то не стоит. Дальше я хочу идти без тебя, как шла эти два года. И это окончательно.

Он опустил взгляд в пол. Несколько секунд молчал, будто пытался принять услышанное, а потом тихо произнёс:

- Но я же люблю тебя.

Я покачала головой.

- А вот я тебя больше не люблю.

Слова прозвучали спокойно и твёрдо. Я говорила это – и ничего внутри больше не екало.

Немного помолчав, я добавила:

- Если честно, я не верю в твои внезапно проснувшиеся ко мне чувства, Паш. Ты сейчас уязвим и ранен. Тебе хочется вернуться туда, где тебе было хорошо и безопасно. Проще говоря – удобно.

Он поднял на меня взгляд, явно готовый возразить, но я не позволила себя прервать.

- Извини, но я совсем не хочу возвращаться туда, где я только и жила, что твоими интересами. Такого больше не будет, а ты ждёшь от меня именно этого, Паш. Хочешь, чтобы всё было как раньше. Но как раньше уже не будет, потому что всё изменилось. Я изменилась. Мои к тебе чувства изменились.

Он медленно покачал головой.

- Нет, Веснушка. Я вовсе не жду, что ты будешь относиться ко мне, как раньше. Я просто хочу быть рядом.

- Так будь, – сказала я просто. – Будь рядом с теми, кому ты нужен. С сыновьями. Но не со мной, потому что я больше в тебе не нуждаюсь.

Паша снова опустил глаза. Он долго ничего не говорил, а потом просто кивнул, словно наконец принимая своё поражение. Не стал спорить, не попытался переубедить меня, не попросил дать ему ещё один шанс. Просто кивнул и замолчал.

И от этого я испытала не разочарование, а облегчение.

Мы сидели рядом и теперь были теми, кем и должны были оставаться – просто родителями своих детей.

Наконец дверь кабинета открылась и Коля шагнул в коридор. Он прихрамывал, но выглядел настолько бодрым, что я едва не рассмеялась. В руках он держал несколько листов, которыми тут же принялся размахивать.

- Мам, всё нормально! У меня всего лишь надрыв, – бодро объявил он.

Я подошла к сыну и крепко его обняла.

- Господи, Коля… Я так испугалась!

- Мам, ну правда, ничего страшного, – заверил он. – Врач сказал, что просто надо беречь ногу и делать всё, что здесь написано.

Он снова потряс листами, словно это были самые важные документы на свете. Я улыбнулась, а потом посмотрела на Пашу.

- Думаю, тебе стоит поскорее вернуть машину соседу. А потом можешь зайти в гости, если захочешь.

Коля тут же активно закивал.

- Да, пап… приходи.

Я посмотрела на сына и почувствовала, как внутри что-то мягко дрогнуло. Вот так все и должно быть. Паша не должен возвращаться в мою жизнь, но должен оставаться важной частью жизни наших детей.

Пока мы шли до машины, Коля во всех подробностях рассказывал, как подвернул ногу и как Паша тащил его на себе. Отец и сейчас помогал сыну идти, осторожно придерживал его под локоть, следил, чтобы тот не наступал лишний раз на больную ногу. Когда мы оказались у машины, Паша помог Коле сесть и отступил. Я нырнула на свое водительское место и быстро завела двигатель. Но перед тем, как тронуться с места, немного подумала и открыла на телефоне сообщения…

Несколько секунд я смотрела на экран, а потом нашла нужный контакт и написала: «Боюсь, со свиданием придётся подождать. Сын повредил ногу».

Ответ пришёл почти мгновенно:

«Буду считать это обещанием».

Я невольно улыбнулась и набрала:

«Это оно и есть. До встречи».

Отправив сообщение, я открыла навигатор и наконец вывернула на дорогу.

Я смотрела на впереди идущие машины, светофоры, полосы, но думала совсем о другом.

О том, что впереди у меня было что-то совершенно новое. И я этого действительно хотела.

От этой мысли на душе стало спокойно и светло.

Будто там всё наконец встало на свои места.

Эпилог

Год спустя

Ещё один год жизни пролетел почти незаметно.

Год, за который многое в моей жизни изменилось. Больше, чем я мог надеяться.

По субботам мы с мальчишками теперь ездили в парк кататься на велосипедах. Это стало нашей маленькой традицией в тёплое время года. Сначала они просто соглашались ехать со мной, потом начали сами напоминать о субботних прогулках, а теперь я уже точно знал – если утром выглянет солнце, Коля обязательно заявит, что сидеть дома – это настоящее преступление.

В тот день мы проехали несколько кругов по парку, устроили гонку, в которой я, разумеется, позволил обоим сыновьям меня обогнать, а потом остановились возле небольшого пруда.

Мальчишки оставили велосипеды рядом со скамьёй и отправились к палатке за хот-догами, а я остался ждать их, вытянув ноги и наслаждаясь солнцем и видом воды.

Иногда счастье бывает очень простым.

– Паша? – раздался вдруг рядом голос.

Я поднял голову.

Передо мной стояла Светка – подруга Алины. Та самая, что, сама того не зная, открыла мне на все глаза.

Внутри всё неприятно сжалось.

Я не хотел с ней разговаривать. Наверное, потому, что её появление сразу напомнило мне о той жизни, которую я давно пытался оставить позади. О той женщине, ради которой я предал всех, кто меня действительно любил. О той лжи, в которую я поверил, как последний идиот.

Но Светка уже подошла ближе и, похоже, уходить не собиралась.

– Привет, – сказала она с улыбкой. – Как дела?

– Нормально, – ответил я коротко.

Она кивнула, огляделась, а потом снова посмотрела на меня.

– С мальчишками гуляете?

– Да.

– Вот это они вымахали! Вы, кажется, теперь часто вместе?

Я пожал плечами.

– Да, как оно и должно быть.

Светка улыбнулась, но почему-то эта улыбка показалась мне неловкой.

Несколько секунд она молчала, а потом вдруг спросила:

– А ты знаешь про Алину?

Я сразу понял, что не хочу ничего слышать. Вообще ничего. Даже её имени.

– Нет, – сказал ей прямо. – И знать не хочу, Свет.

Но она словно не услышала.

– У неё всё-таки обнаружили то самое.

Я замер.

В голове промелькнула мысль - слова, которые я бросил Алине, уходя, все же сбылись?

Мне стало как-то не по себе.

Я уже не испытывал ни злости, ни желания злорадствовать. Ощущал лишь какую-то тяжёлую, почти безразличную усталость.

Алина меня жестоко обманула.

Выманила у меня деньги, заставила поверить в то, чего тогда не существовало, разрушила мою семью и забрала у меня два года жизни.

А теперь то, чем она когда-то пугала меня, всё-таки стало правдой.

Выходит, что деньги, которые она получила и ради которых врала, счастья ей всё равно не принесли.

Я посмотрел на Светку.

– Мне это неинтересно, – сказал я твёрдо.

Она открыла рот, словно собиралась что-то добавить, но я уже поднялся со скамьи.

– Извини, мне нужно к сыновьям.

Развернувшись, я пошёл к палатке.

Мальчишки уже стояли в очереди и, заметив меня, тут же начали махать руками.

– Пап! Иди сюда!

Я улыбнулся.

– Иду.

Через несколько минут мы получили свои хот-доги и снова устроились на скамейке.