Тишина. Только после этого кобольд толкнул дверь и вошёл внутрь. Перед ними предстала картина довольно странная, но не предвещавшая ничего, кроме беды. На полу разлилась приличная лужа, а прямо перед ними, прислонившись спиной к шкафу и закинув ноги на перевёрнутую тумбу, лежал дэг. В черном плаще и кожаных доспехах. На поясе кинжалы, за спиной меч. Ни то, ни другое он не достал. Он находился то ли без сознания, то ли убит.

Окно раскрыто настежь. Вода вязковатой зелёной жижой в ванной бурлила, как суп в котле. В розовой пене оно смотрелось как реально сказочный ведьминский суп. Стоял приятный сладковатый запах, отдающий мятой и травами. Шани знала толк в благовониях. Несколько небольших пузырьков разбиты и валялись около печки, в луже.

Варн вскинул руку в предупреждающем жесте и зашёл внутрь, Экс за ним.

— Чую остатки магии, — произнёс красный, медленно продвигаясь в сторону окна. — Она всегда оставляет следы.

— Мёртв, — констатировал Варн, бегло осмотрев тело дэга. — Видимых повреждений не вижу. Похоже его магией шандарахнуло.

— Они проникли через окно, тут следы когтей, — ответил ему товарищ, осматривая короткий подоконник. — И он был не один.

— Значит Шани похитили? — сделал за всех вывод Снот и сам испугался того, что сказал.

— Нужно осмотреть улицу, — сказал белый и решительным шагом отправился вниз.

Гоблины всей толпой бежали вниз впереди него. Экс чуть задержался в ванной, изучая следы. Он старался особо ничего не двигать, полагая, что Тэси разберётся с уликами и следами лучше него.

Выбежав наружу, гоблины вдруг остановились на входе, устроив пробку. Лидеру пришлось проталкиваться через них. Вскоре и он увидел то, что привлекло внимание остальных. На табличке, что Хама повесила в день отравления: «Закрыто по техническим причинам. Извините!», которая висела здесь до сих пор, в ожидании когда все придут в форму, появилась приписка красными, похожими на кровь чернилами. Гоблины, как и Варн, читать не умели, так что нужно было звать кого-то.

— Что тут случилось? — спросила выходящая из ремесленной зоны Фаэли в руках с кмкими-то записями.

— Нам бы нужна твоя помощь, — позвал её белый.

Подойдя к открытой двери, девушка оторвала табличку и несколько раз пробегая глазами по надписи, всё больше менялась в личике. На нём выступил сначала страх, а затем и гнев.

— Чего там написано, Фаи? Не томи! — позвал один из гоблинов.

— «Ваша сучка у нас. Прекратите производство. Отзовите свою заявку на участие в конкурсе фестиваля. Иначе будем высылать девчонку по частям ежедневно», — прочитала волшебница. — Написано на гномьем. Подписи нет.

— Срочный общий сбор! — приказал Варн. — Фаэли, найди Киллат пожалуйста.

— Хорошо, — отозвалась девушка и тут же отправилась в город.

Гоблины разбежались по пивоварне, собрать тех, кто был в разных её частях.

— Действовать нужно быстро и уже сегодня, — констатировал Экс, забирая из рук белого записку с посланием.

— Да, я тоже боюсь, — согласился Варн.

— За Шани?

— Нет, — криво усмехнулся лидер. — Я больше опасаюсь за тех идиотов, что решили умыкнуть самое непредсказуемое и смертоносное существо с нашей пивоварни. В надежде на то, что это как-то на нас повлияет.

— Ты действительно за неё не волнуешься? — удивилась подошедшая Арикс, на её мордашке читалось огромное беспокойство и переживание.

— Переживаю, конечно, — ответил Варн с улыбкой, в голосе чувствовалось тепло и участие. — Но она взрослая девочка, которая может за себя постоять. Я верю в неё. А мы постараемся ей помочь насколько сможем…

Она снова стояла отдельно от своего тела и никак не могла понять как так получилось. Голова кружилась, перед глазами плыл туман. Над телом девушки в красивом синем платье озабоченно склонились уже знакомые фигуры Астрид и Элиниэль. Чуть в стороне мялся с ноги на ногу Варн и у закрытой двери стоял гном Герон, прислонившись к косяку.

На простом деревянном стуле сидел уже не молодой мужчина. Он почёсывал узловатой жилистой мозолистой рукой короткую бороду на подбородке и усы, сильно тронутые сединой. На его смуглом, испещрённом морщинами и шрамами лице читалось глубокое раздумье. Гэларца в нём выдавал прямой нос и овальное треугольное лицо с высокими скулами.

— А я говорил, что это не очень ненадёжно и опасно, — ворчал гном в сторонке. — Проводить такие эксперименты на основании ваших домыслов и экспериментов…

— Я думаю это потому, что в человеке не было магической искры, — не слушая ворчания от двери говорила Астрид. — У неё же есть дар. И тут должен быть.

— Согласна, — ответила магичка, осматривая лежащее на полу тело с помощью магического сканера (над трупом висел начертанный в воздухе магический круг). — Она как будто выжжена изнутри. Этого я не предусмотрела.

— Но кто же знал, что в ней магический дар вообще сохраниться после такого?

— Мира, спасибо, что была рядом, — благодарно произнёс Варн, стоящий недалеко от гэларца. Рядом с ним молча и, старясь ничем не выделяться, стояли Экс и Сик.

Девушка не ответила.

— Теперь нужно искать другой сосуд, — пожала плечами Астрид. — Только на этот раз вдумчиво и проверяя.

— Хорошо, я пошлю отряд, — хрипло прозвучал голос мужчины. — Только вот и Мира засветилась. С тобой тоже надо что-то делать. Я не готов сейчас напрямую бодаться с НИМИ. Тебе нужно исчезнуть.

До этого момента со стороны казалось, что он вообще не слушает разговор, его глубоко посаженные карие глаза слишком усталы и задумчивы.

Ответом от Миры снова оказалось молчание.

— Кезон, у тебя есть какие-то идеи?

— Да, — коротко ответил командующий. — Варн, ты с ребятами вроде давно хотел уйти на покой. Так вот, у тебя выпал такой шанс. Забирайте с собой принцессу и идите на все четыре стороны.

— Но она…, — начал белый неуверенно.

— Я позабочусь об этом, не думай о том, что от тебя не зависит. Твоя задача не дать ей пропасть в этом большом мире. Если что, можете мне написать. Идите собираться. Завтра утром что б вас тут не было.

— Хорошо, — хором отозвались кобольды и стайкой убежали из комнаты.

Гэларец выудил из поясной сумки свиток и протянул его в сторону гнома.

— Держи инструкции. Бери с собой свою зазнобу и на выход из лагеря прямо сейчас. Альфа возьмите, а то ему уж больно весело.

При упоминании неугомонного неумолкающего едкого полурослика Герон схватился за голову. Весь его вид кричал: «Ну за что мне такое наказание!». Астрид взяла его под руку и покинула помещение. За дверью было слышно, как она его успокаивает.

— А вот с вами я хочу поговорить отдельно, — повернулся Трегинт к оставшимся.

— Какое-то особое поручение? — спросила эльфийка, убирая сканер и опуская руки.

— Да…

Шани пришла в себя в самый интересный момент сна и тут же зажмурила глаза от боли. Она могла поклясться, что так сильно её не били даже в замке отца, в детстве, за её довольно смелые проделки. Однажды она немножко подправила герб на карете одного из приехавших к ним в гости герцогов, посчитав что птичкам нужны глазки и пёрышки, а цветочки не так нарисованы. Тот посчитал это оскорблением и…

Девушка от воспоминаний чуть снова не заснула, но боль заставила сознание вернуться обратно. Едва разлепив от спёкшейся крови глаза, она осмотрела помещение. Оказалось довольно тепло, в печке потрескивал огонь. Ни полурослика, ни его стражи не было. Вернее был один — храпел на единственной кровати.

Принцесса довольно улыбнулась разбитыми губами…

Полурослик пинком разбудил лежащую в позе эмбриона на куче соломы пленницу. Ему приказали её лишь несколько дней попридержать, а затем убить, присылать в город отдельные её части. Но пытки доставляли ему удовольствие. Прошло уже несколько дней, от заказчика не пришло никаких дополнительных указаний. И прежде чем отправить красотку на тот свет, он решил дать своим парням порезвиться с ней напоследок. Они давно на неё слюни пускали.