Я же ударил ментально по водителям, и трое из шести не выдержали атаку, окоченев за рулём. Из-за чего второй, четвёртый и пятый грузовики потеряли управление и протаранили впереди идущие машины.

По кабине шестого я открыл огонь из пистоля. Огненный шар, копившийся в стволе полчаса, с лёгкостью снёс её. Грузовик заполыхал.

Через полминуты горел весь кузов.

В этот момент я вывел кабанчика из анабиоза. Он очнулся в темноте и закричал. Применяя свою простейшею магию земли, поросёнок пытался выбраться на поверхность.

Тонкий, истошный, пронзительный визг детёныша раздался на всю дорогу. И тут же в ответ послышался воинственный визг взрослых особей, спешащих на помощь.

Приближающийся магический фон альфа-самца действовал на всю округу.

— Огонь! — крикнул кто-то в колонне. — Охраняем груз!

Из третьей машины вышел самый сильный маг из присутствующих в караване. Сергеев. С ним двое на уровень слабее.

Один был огневиком, он поднял руки, между ладонями собрался огненный шар. Выстрел в лес, затем сразу ещё один. Второй, маг воздуха, тут же поставил над ними защитный купол.

Стрелять из пистоля я не мог. Револьвер с двадцати метров через лиственную завесу, выстрел гулкий. Не надо, чтобы сектанты и кабаны переключились на меня, пусть лучше сражаются друг с другом. Сосредоточусь на сектантах, вырубая одного за другим магией. Источник быстро начал проседать, потратив за минуту схватки половину. Но результат радовал: на моём счету уже было пятеро.

На дороге появились первые кабаны-разломщики, и сейчас они полностью оправдывали своё название.

Дорога вмиг покрылась множеством разломов.

У одного грузовика даже провалилась туда кабина.

Сергеев на дороге. Поднял руки. Между ладонями заструились красные потоки, словно от воды. Я раньше не видел такого ни разу, но в отчётах читал.

Магия крови.

Альфа был в это момент метрах в десяти от Сергеева. Земля под магом вспучилась.

Разлом.

Сектант в последнюю долю секунды отпрыгнул в сторону. Направил руки на самку рядом, заставив атаковать главаря стада.

Самка, усиленная магией Сергеева, не попала по вожаку, но прошла словно бульдозер по второму ЗИЛу, приминая кабину к земле.

Из машины кто-то заорал не своим голосом. Я помог, положил конец его страданиям.

Маг огня кинул фаербол в самку. Опалил шкуру, но та тут же покрылась каменной бронёй. Остальные кабаны-разломщики тоже воспользовались такой защитой.

Сергеев ещё пытался какое-то время воздействовать своей магией на кабанов, но тщетно. Он хоть и перехватывал управление над тварью, но она не могла нанести видимый урон своим сородичам. Больше вредила самим сектантам.

Ещё через минуту сектанты уже не могли противостоять тварям. Исход был предрешён ещё до того, как бой начался.

Стая добивала людей, превращая машины в груды металлолома.

Главарь понял, что груз ему не спасти, и начал спасаться сам. Он выхватил из кабины грузовика кожаный портфель и побежал в лес. Прыгнул через свежий разлом, как только альфа отвлёкся на мага-воздушника, прикрывающего начальника.

Сергеев вбежал в лес.

Я скатился с дуба.

Побежал по следу.

Чем дальше мы уходили от дороги, тем тише становилась схватка сзади. Сопротивляться кабанам-разломщикам было уже некому. Через сотню шагов был слышен лишь хруст веток под ногами.

Сергеев бежал быстро, по прямой. На северо-запад.

Я пытался воздействовать ментально, но тщетно: у него словно стоял какой-то блок, не дававший проникнуть.

В ста метрах от дороги он остановился и вытащил из чемодана свиток, активируя его.

Это был портал.

Если откроет, то уйдёт. Ищи его потом непонятно где.

Деревьев ещё было много, но шанса другого может не представиться. Выстрел.

Я не попал в Сергеева, но угодил антимагическим патроном в портал. Тот схлопнулся.

Сектант повернулся, и я тут же почувствовал давление.

Сергеев потянул руки.

В моей груди что-то сдвинулось, пистолет выпал из рук.

Пульс — резко вверх.

Кровь пошла быстрее.

По венам — тепло, потом жар.

Магия крови. Похоже, она работала по тем же принципам, что и ментальная.

— Инквизитор! — выкрикнул он, скривившись.

— Сергеев, — сквозь зубы выдавил я.

Переключил магию жизни на себя. Замедление пульса, поддержание давления, отвод тепла через кожу.

Работает. Но жрёт источник ещё сильнее, чем на атаках.

А в нём и так уже меньше четверти.

Понял, что единственный выход, это револьвер. А тот валяется на земле. Расслабил мышцы ног, заставляя тело упасть.

Внутри всё горело.

Температура тела зашкаливала.

Картинка перед глазами плыла.

В груди — кипит. Тромбы в сосудах. Я чувствовал, как они начали расти — мелкие, в венах под ключицей, потом в лёгочной артерии.

Минута. Может, две. Потом — всё.

Я направлял всё, что было в источнике, на самолечение, пытаясь перекрыть этим эффект от враждебной магии.

Смог нащупать на земле пистолет. Поднял его и выстрелил.

Первая — мимо в дерево рядом.

Вторая — в плечо.

Третья опять в ствол. Щепки.

Сергеев осел на колено. Его магия начала таять.

Зрение возвратилось.

В груди у меня перестало гореть.

Подошёл ближе, руки на его голову.

Внутри замешательство. Сергеев не мог собраться. Не мог понять, почему защита от ментальной магии не работает. И тут же страх. Сергеев понимает, что это его последние секунды, так как татуировка уже выпустила яд и поглощает его.

Всё, пустота.

Тишина.

Я постоял ещё какое-то время, прислушиваясь к себе, стало лучше. Сел на корточки. Расстегнул куртку, потом рубашку, огладывая быстро чернеющее тело.

Татуировка на груди — три щупальца, из-за этого такое быстрое распространение яда. Выходит, чем она больше, тем смерть быстрее и меньше времени для допроса.

Хотя как допросить, когда внутри стоит блок, равный тому, что поставила мне Софья Михайловна, пряча от посторонних тайны императорской семьи?

Поднял с земли чемодан сектанта.

Интересно, что он так хотел спасти?

Открыл.

Внутри пачка документов, записная книжка в чёрной обложке, карта с пометками, личный дневник с заметками, судя по началу.

Забрал с собой и не спеша пошёл к дороге.

Когда я вышел из леса, на тракте уже почти не было движения.

Стая разломников, разнеся в клочья три из шести грузовиков, поняла, что машины не живые. Альфа собрал своё стадо, изрядно подкрепившееся мясом сектантов, и увёл его обратно в лес. На дороге трупов практически не осталось, лишь фрагменты тел и следы многочисленных копыт.

Две уцелевшие машины сейчас лежали на боку. Кузовы вскрыты, тенты сорваны. Шестая ещё горела, дымя жидким чёрным.

Захар сидел на поваленном стволе дерева у обочины. Целый. В руке лом. На щеке — кровавая полоса, видно, дело дошло до рукопашной.

— Ну как? — спросил он, не вставая.

— Главарь мёртв, — я приподнял портфель с документами. — Ну и куда без трофеев.

Захар поднял голову.

— А тут, видимо, все, кого кабаны не сожрали, почернели от своих татуировок и сдохли.

Прошёлся магией, выискивая живое вокруг. И удивился, что один из сектантов уцелел. Это был водитель четвёртого грузовика, во время атаки я отправил его в отключку. Он выжил, так как остался в кабине и не шевелился.

Мы с Захаром подошли к кабине и вызволили мага. Мужчина подсвечивался красным. Сосуществование. И, судя по тому, что я видел внутри, за тело шла ожесточённая схватка между прежним владельцем тела и подселенцем.

Хотел было допросить попаданца, но опоздал. Парень справился сам.

Вот те раз! Впервые на моей памяти такое.

— Имя?

— Иван. Иван Лопатин, из Чусового. Каменщик. Магия земли, третий уровень.

Дали воды. Усадили на траву под дерево, пока занимались уничтожением оставшихся артефактов.

— Захар, надо поскорее заканчивать тут и ехать назад в четвёртый сектор.