Песня за песней, какие-то повторялись и женщины уже начали подпевать, запомнив текст. Особо это дело не успокаивало, но, по крайней мере, отвлекало и убивало время. Получится ли уснуть в такую бурю, я не знала. Хотелось себя вымотать.

Не получилось. Но ночью буря всё же утихла, но ливень продолжал идти, затопляя водой всю округу.

Задумалась, а имею ли я право ехать на бал и веселиться, когда мои люди будут плакать от горя? Дело в том, что не так всё и просто. Я не могу просто так отказаться от посещения Губернаторского бала, никто не может несмотря на сословие. Причина должна быть очень веская. А в этой ситуации меня точно никто не поймёт.

Но есть и личные причины, почему я должна ехать, и даже камни с неба не могли мне мешать. Во-первых, мне нельзя потерять лояльность Льва Яковлевича, он мне нужен для подписания контракта с бароном Сухаревым. И эти договорённости помогут мне поддержать моих людей. Во-вторых, этот долбаный бал — этап в нашем с Яриком будущем. Я должна там быть королевой, безупречной и недосягаемой, как звезда, чтобы даже самые прожжённые сплетники не имели возможности зацепиться.

Так что, простите, мои дорогие, но мне придётся ехать на эту выставку возможностей и заткнуть за пояс этих породистых гадюк.

Забылась сном я уже глубокой ночью, когда ливень, казалось, стих, хотя, скорее всего, я вымоталась и сам мозг начал блокировать звуки.

Когда я проснулась, то увидела стену дождя за окном. По такой погоде я просто не смогу поехать на встречу с Ярославом без угрозы заболеть. На улице было очень холодно, я это прекрасно видела, потому что град местами не растаял.

Прости, любимый, но я не хочу ехать на бал с красным сопливым носом. Тогда я буду выглядеть не королевой, а жалкой, обиженной на жизнь провинциалкой.

Дождь стих только к обеду, и на фоне посветлевшего неба я увидела последствия урагана. Надев сапоги, пошла к оранжерее.

Ну что ж, град был крупный, и несколько стёкол разбилось, также я видела несколько с трещинами. Думаю, такая же картина и в теплице.

Сбитые ветки деревьев, побитые кустарники. Все системы для сбора масла, которые были снаружи, разлетелись по округе. Хорошо, что ёмкости закрытые, но их тоже не пощадило, видела, как минимум одну пробитую, часть вымыло из земли, и они лежали на боку.

Жаль, что сами бутоны роз сильно побило, так что здесь тоже убытки.

Ходить по земле было сложно, из-за обилия влаги ноги просто вязли, поэтому я вернулась во двор.

Увидела хмурого Прохора.

— Сильно плохо дело? — спросила, должна была спросить.

— Пока сложно сказать, но не так плачевно, как у других. Но убытки в любом случае есть, размеры видно будет через пару дней. Озимые полегли, сад сильно пострадал, яблоки ковром лежат. Но новые посевы, что вы обрабатывали, стоят. Подмыло кое-где, но урожай будет.

— Ну хоть что-то! А падалицу яблок хоть куда-то можно использовать?

— Да, решим, что же добру пропадать. Вы, барыня, не волнуйтесь так, всё управим. Люди привычные, не такое переживали. Нам, с Божьей помощью ещё повезло. Нам вас Бог послал! — Прохор улыбнулся. — И ещё. Нашу дорогу в город размыло, экипаж не проедет. Придётся кругом ехать, через Лукьяновку и на княжеский тракт. Так что на час раньше нужно выехать, иначе не успеем к поезду.

— Хорошо, — я вздохнула, настроения ехать совсем не было.

День тянулся, я уже не знала, чем себя занять. Позвала Веронику, мы ещё раз обговорили поездку. Она меня будет сопровождать до дома графа в Саратове, на сам бал я поеду с другой компаньонкой, потому что моя не подходит по статусу. Кого ко мне приставят, я не знала, да и неважно.

Моя помощница возьмёт с собой работу, чтобы не скучать.

— Попрошу для тебя доступа в графскую библиотеку. Может, что интересное найдёшь, — предложила я.

— Спасибо, это будет замечательно, — Вероника задумалась, крепко сжав губы, потом сморщив лоб, посмотрела на меня. — Не нравится мне идея с подменой компаньонки на бал. Понимаю, что это неизбежно, но будьте осмотрительны.

— Хорошо, душенька. Ты же знаешь, я никому не доверяю, так что, если меня намеренно захотят унизить, я сумею повернуть в свою пользу. Ты у меня лучшая и если увижу отклонение от идеала, то сразу заподозрю неладное, — я улыбнулась.

— Ой, скажете, Екатерина Фёдоровна, в краску меня вгоняете.

— Как есть, дорогуша. Ты по манерам любую знатную особу заткнёшь за пояс, обо мне вообще молчу, — я рассмеялась.

— Вам и не нужны эти фальшивые манеры. У вас сама кость благородная. Иногда вы очень странно говорите, много непонятного и порой пугающего, но всегда ваши речи наделены особой силой. Так что, даже если вы пуститесь в пляс по залу вместо вальса, все примут за данность и присоединяться.

Я расхохоталась.

— Утрирую, конечно, но вы правда способны влиять на окружение… — компаньонка смотрела на меня, словно ища ответы на тысячи вопросов.

Хмыкнув, я решила всё-таки поделиться своими достижениями, тем более две служанки уже знают. А Веронике я больше доверяю, чем им.

— У меня грань Разума открылась.

— А-а! — девушка аж рот открыла.

— Скорее всего, то, что ты описываешь — это её влияние.

Я давно заметила, ещё до управления роем, что люди сильно лояльны ко мне, словно на них что-то влияет. Раньше я списывала эту особенность на свою привлекательность и обаяние, но с недавних пор заподозрила другое.

— Я назвала эту грань, вернее, способность — аурой власти. К сожалению, я пока не научилась её контролировать.

— Так вы маг Разума? Это же великолепная новость!

— Пока неполноценный… Но об этом никто не должен знать, особенно моя семья. Я сама всё расскажу, когда придёт время.

— Вы боитесь, что вас начнут принуждать выйти замуж за наследника нужного государству рода? — Вероника задала вопрос, от которого мне стало не по себе.

Может, этого и боится Ярослав, что меня просто заберут у него? Я же не раз слышала про охоту за девушками — магами Разума, но никак не примеряла это обстоятельство на себя. И шутка, что даже замухрышка из деревни с даром Разума может выйти замуж за принца, совсем не шутка… А тут целая баронесса. Да меня рвать начнут!

Здрасти, приехали! Как меня будут принуждать, даже знать не хочу, но не сомневаюсь, найдут способ. Теперь я понимаю, почему Ярик доводил себя до истощения. Мой ангел борется за меня изо всех сил. А я, дура, себя жалела! Бедная Катя, страдает, переживает…

До отъезда было ещё больше трёх часов, и я, выпроводив Веронику, села просматривать записи по Разуму, вдруг мы что-то упускаем?

Выехали мы ещё раньше запланированного, я не могла не заехать в деревню. Ехали очень медленно, грунтовку местами размыло.

Центральная улица деревни выглядела пугающе чистой, здесь шёл поток воды и направлялся он в сторону озера. Скорее всего, там тоже придётся устранять последствия урагана.

Староста был на месте, вернее, работал.

— Здравия желаю, Екатерина Фёдоровна! — мужчина выдавил улыбку.

— Здравствуй, Степан Иванович! Давай рассказывай без прикрас.

Слушала и всё больше унывала. Потоком снесло дом несчастного Пашки — сироты, что стоял с краю деревне, он оказался прямо на пути потока, шедшего по главной улице. Не совсем, конечно, уничтожило, но жить там невозможно. Его с семьёй разместили в одном из домов. Я распорядилась, как устранят последствия, начать строительство дома за мой счёт.

Снесло несколько заборов, где-то крыша в домах и сараях прохудились, вымыло часть урожая. Староста подтвердил, что посевы с моим зерном уже начали подниматься, так что выстояли по большей степени. Что с остальным пока не знают. Будут стараться спасти хоть часть.

В сторону озера снесло много мусора. Ждут, пока вода чуть уйдёт, не пройти туда.

— Родник цел? — не хотелось опять тратить время на его восстановление.

— Да, всё нормально, чуть камни сдвинуло, но уже поправили. Озеро поднялось немного, но если не повторится ураган, то вода быстро уйдёт.