А я вот задумалась, имею ли я нужду в подобной работе?

— Я так поняла, вы знакомы с моей работой? — пригласив гостя во двор, я повела его за коровник, там организовали небольшой выпас для Геракла.

Он, посматривая на павлиньих кур, кивнул с улыбкой.

— Да, у господина Астахова телята очень хороши. Только мы лошадей разводим, конезавод у Сергея Алексеевича, — повторил направленность, но я и в первый раз расслышала.

Мы подошли к Гераклу, он как раз уплетал траву, которую для него накосили. Ел он очень много, и в загоне трава просто не успевала отрастать.

— Красавец! — восхитился Иван Аристархович.

— Цену вы знаете? — всё же решила взяться за дело, заодно проверить, просел основной дар или нет.

— Тысяча за три головы.

— Вас ввели в заблуждение, — я хмыкнула. — Астаховы — добрые друзья моей тётушки, поэтому я пошла на уступки. Для остальных полторы тысячи за три головы, за меньшее я не возьмусь.

— Госпожа, вы меня без ножа режете! — мужчина показательно схватился за сердце. — Я едва уговорил Сергея Алексеевича на такие траты… Будьте милостивы, Екатерина Фёдоровна!

— Если пришлось уговаривать, значит, не больно надо. Не смею вас задерживать, — быстрым шагом направилась к дому.

Меня никто не окрикнул. Кума с воза, как говорится… Не больно и надо!

Партнёр по делу не заставил ждать, а сразу пригласил в кабинет. Я уже хотела сама приехать на встречу, без Вероники, но решила соблюсти формальности, он всё же пожилой человек и имеет своё понятие о приличии.

Жаль, конечно, не было возможности совместить с примеркой, но плюс в том, что обсуждениям деталей можно будет уделить больше времени.

Эдуард Васильевич буквально светился, когда доставал коробки с духами, их было две, и это только образцы. Даже не знаю, сколько он сделал на продажу. В очередной раз порадовалась, что всё делается чужими руками.

Флаконы были расставлены по цветам, напомнив тем самым артефакт верификатора. Очень надеюсь, аналогия не привяжется. Хотя это просто показалось, видно у меня больная тема. Были разные оттенки, красные, бежевые и даже тёмные, как шоколад.

— Я в предвкушении, — с трудом спокойно сидела.

Пятьдесят видов. Несмотря на видимое разнообразие, я понимала, что парфюмер тщательно отбирал ароматы. Это я полностью доверила ему, иначе процесс сильно усложнился бы и затянулся. Потом, если возникнут какие-то идеи, поделюсь. А сейчас…

Рука потянулась именно к коричневому флакону, я предчувствовала, что там.

— Шоколад! — у меня аж голос дрогнул. — Как вам удалось убрать все остальные акценты?

— Несколько неожиданных добавок, — он почему-то посмотрел на Веронику, видно, не хотел открывать секрет при посторонних или совсем не желал об этом говорить. Мне, по сути, неважно, всё равно не смогу повторить. И вообще, это был риторический вопрос.

Запах был, как говорят в современном мире — унисекс. Шоколад — это вообще не про принадлежность, это про любовь к этому продукту и запаху. Он подойдёт любому возрасту и полу.

— Этот запах можно предложить, как базу. На одну руку нанести его, а на другую, вот этот, например, — взяла в руки оранжевый флакончик, там оказался десертный запах, словно ванильный кекс с клубникой. Почему-то представилась моя мелкая сестрица. Не знаю, покупают ли здесь духи для детей, но в современном мире это в порядке вещей. Нанесла его на одно запястье, а шоколад на другое и помахала руками.

Терпкий запах придал кексу глубину и очень необычную нотку с послевкусием. Почему-то напомнило Новый год.

— Главное, теперь донести эту идею покупателям, и мы продадим в два раза больше духов, — Эдуард Васильевич широко улыбнулся.

Я быстро перенюхала все образцы и приступили к дальнейшему обсуждению деталей мероприятия.

С пробниками проблем не возникло, Эдуард Васильевич знал, что от него требуется. Поэтому уже заказал вырубку картона нужной формы для крепления флакончика в упаковке. Коробочки и нужные пробирки с пробковыми затычками, нашлись в уже имеющемся аптечном ассортименте.

Я, конечно, тормознула с названиями и привезла только сегодня. Но парфюмер успокоил, что всё готово для печати, осталось только набрать названия, и в типографии напечатают этикетки, и брошюры. Список был длинный, я не знала, сколько будет видов духов. Особо не мудрила: шоколадная феерия, клубничное утро, мистическая роза и всё в таком духе. Это был очень интересный этап, к которому мы подключили и Веронику.

А вот с актёрами вышла проблема. Местный театр сейчас на гастролях. Но здесь помог ещё один старинный друг, Рудольф Маркович. Когда Эдуард Васильевич поведал о проблеме, он предложил своих официантов.

— «Официанты не допустят излишней театральщины. Актёры не способны угодить клиенту, а мои люди этим живут», — парфюмер пересказал слава ресторатора.

Я согласилась, его правда, о таком и не подумала бы. Вот что значит профессионалы — зрят в корень. Лучше, чем можно пожелать. А костюмы без проблем возьмём в аренду в театре. Жаль кареты не будет для полной картины, но не беда, главное не пешком будут ходить наши курьеры.

Начать рассылку решили ближе к обеду. «Господа уже проснуться, позавтракают и успеют немного проголодаться. На это состояние предвкушения отлично лягут предлагаемые вкусные запахи». Кстати, это тоже предложил ресторатор. Я уже обожаю этого человека, который видит возможности во всём. Не удивлюсь, что это он послал того мужика к нашей лавке и перекупил приоритет в продаже кур.

Хотя мог быть и сам хозяин. Ведь старинный друг это не обязательно старый, вполне достаточно и двадцати — тридцати лет дружбы.

О последующих злоключениях, которых обошли меня стороной, Эдуард Васильевич рассказывал уже с грустным смехом.

— Простите, Екатерина Фёдоровна, но я сразу рассказал Рудольфу Марковичу о нашей затее. И когда я в расстроенных чувствах зашёл к нему в ресторан, чтобы опрокинуть стопочку и закусить, друг встретил меня с улыбкой и глубокой поддержкой. Он знал, где возникнут проблемы, и заранее их решил. Друг не любит навязываться. Просто он знает, что я люблю сам решать свои проблемы, но здесь не получилось. Возникла проблема с изготовлением витрины. Была задержка в поставке стекла и срочный заказ не получилось вклинить. Но Рудольф Маркович нашёл подходящую витрину в одной кондитерской и уговорил хозяина отдать её. Даже не знаю, что он ему предложил взамен, уж точно не деньги.

— Возможно, теперь сладости из этой кондитерской неожиданно появиться на столах ресторана.

— Я тоже об этом подумал. Но я не люблю быть должен. Но дело в том, что Рудольф не возьмёт денег, — парфюмер ухмыльнулся. Прекрасно понимала, что взвалила всё на партнёра, поэтому решила снять с него часть бремени.

— Я с ним чуть позже рассчитаюсь. Это же ему из Устиновки кур поставляют? — хозяин кабинета кивнул. — Постараюсь сделать гусей и свиней такими же сочными и нежными. К нему отправится первая партия.

Эдуард Васильевич широко улыбнулся, видно с облегчением. Преференции всегда и везде стоят дороже денег.

Последний вопрос встал с продавцом.

Парфюмер уверял, что внучка справится, но я всё же настояла, чтобы друг дал в аренду на несколько дней пару официантов, мужчину и женщину, для разных клиентов. Лучше тех же, что будут развозить пробники накануне релиза. Они уже будут знакомы с ассортиментом и втюхать смогут с улыбкой.

Управились мы довольно быстро, меньше трёх часов ушло. Поэтому попросила Прохора завезти нас в торговые ряды, хоть посмотреть своими глазами, что твориться в лавке.

Всё было отлично. По сути, торговали там только деревенские, из моих товаров была клубника, которая продолжала плодить в оранжерее и уже на открытом грунте. Да, цена упала, потому что появилась конкуренция, но они не могли сравниться вкусом с моими сортами, поэтому распродавалось всё.

Бочка тоже с утра наполнялась. Люди привыкли к такой достопримечательности и расстраивались, когда не доставалось водицы. Сюда бы пластиковую тару, вот бы развернулись. Но не всё так плохо, нашлось несколько клиентов, которые раз в неделю покупали бочонки воды с обменом на пустую бочку. Да, невеликие деньги, но копейка рубль бережёт.