— Разрешите представить баронессе Милославской Екатерине Фёдоровне мою внучку Светлану Игоревну, — представил хозяин подошедшую к нам девушку примерно моего возраста, она поклонилась.

Я осмотрелась и стала без стеснения ходить вдоль витрин.

— А покажите ваши изделия, — обратилась к Эдуарду Васильевичу.

— Я больше экспериментирую, пока не найду аромат, который хотел бы сделать своей визитной карточкой. Но вот… — он подошёл к витрине и указал на разноцветные флаконы. — Постоянные клиенты и клиентки любят мои эксперименты и заглядывают в надежде найти свой аромат.

Да, я знаю такую категорию покупателей, вечно ищут что-то. Они не возвращаются в магазин, где торгуют известными брендами и ассортимент не меняется годами, они любят текучку. Поэтому являлись постоянными клиентами отделов, где делали ароматы на заказ, смешивая разные виды парфюмерных основ и масел. Сейчас в прежнем мире это невозможно, из-за строгих правил продажи, но существуют частные мастерские, типа парфюмерных кутюрье. Вот я здесь такое же хотела сделать для себя. А сейчас мне подсунули готовую площадку.

Я стала нюхать ароматы. Да, были неплохие, одним я даже занюхалась, чтобы понять букет. Но потом нюх притупился, и я с удивлением увидела в руке Светланы коробочку с кофе. С улыбкой кивнула и понюхала.

Появились покупатели, продавец ушла к ним, а я продолжила экскурсию.

Я видела, что Эдуард Васильевич как на иголках и явно хочет что-то спросить. Повернув к нему голову, я сделала вопросительное лицо, мол, говорите уже!

— Екатерина Фёдоровна, милости прошу. Можно к вам сегодня наведаться, я же не усну. Я понимаю, время уже позднее для визитов… — на его просьбу я не удержалась и рассмеялась, чем привлекла внимание покупателей и вызвала недоумённые взгляды.

— Конечно, уважаемый Эдуард Васильевич, поедемте.

— Сейчас я возьму экипаж, — он пулей выбежал из магазина, что было удивительно для его возраста, явно за шестьдесят.

Мы вышли и стали ждать его у своего экипажа. Он подъехал очень быстро, и сам сидел на козлах. Я указала жестом, чтобы следовал за нами, а сами забрались в повозку.

По пути домой я не могла унять улыбку, со своим новым знакомством я вытянула настоящий джекпот. Главное, чтобы он согласился на мои условия, а они будут очень жёсткими.

Если до встречи с Ярославом я просто продала бы масло, заработав при этом приличные деньги, то сейчас мне нужно имя. Я понимала, что это будет сложно, мне придётся самой искать клиентов, организовать магазин и продавать свои творения. Но с Эдуардом Васильевичем мой путь значительно сократится.

Что мне даст имя на этикетке? Да хоть какую-то, но статусность. Обо мне начнут говорить, я буду ассоциироваться с модной тенденцией. Да, я уверена, что мои ароматы понравятся, реакция господина Соболева очень показательная.

За думами я и не заметила, как мы доехали. Извозчик-лакей в очередной раз помог нам выйти из экипажа и, низко поклонившись, уехал. Эдуард Васильевич очень внимательным взглядом проводил повозку, она ему знакома, да и не спутаешь, там герб на двери. Что он обо мне подумал — загадка, но спрашивать точно не буду. И так скоро пойдут разнообразные слухи.

Я отдала сумочку вышедшей нас встречать Даше, отпустила Веронику, а сама повела гостя в оранжерею. Мужчина уже принюхивался, надеюсь, не упадёт в обморок, когда его затопит ароматами.

Дверь в оранжерею была открыта, но Эдуард Васильевич всё равно приостановился у входа. Смотрел на меня со смесью чувств, такое ощущение, что он боялся туда заходить.

Я же не стала его ждать, вошла.

Аптекарь медленно зашёл, продолжая глубоко вдыхать аромат. Подошёл к ближайшему розовому кусту и наклонился, рассматривая нашу кустарную систему сбора. Да, я понимала, что возникнут вопросы, но думаю, я смогу всё объяснить.

Мужчина ходил по рядам и пробовал пальцем каждое масло, это было несложно, когда оно буквально стекает по стеблям, потерь невозможно избежать, потому что цветы буквально сочатся маслом.

Когда розы распустились, то уже невооружённым взглядом стало видно сорта.

— Вы напрямую смешиваете? — Эдуард Васильевич ткнул на росток лимона, стоящий в горшке между кустами.

— Да.

— Невероятно. Я словно сон вижу и боюсь проснуться. Чистейшее масло, созданное самой природой, без химии и искажения запаха — это рай для парфюмера. И вы можете создать букет на корню?

— Пока удалось смешать максимум три признака, вернее, с двух на основе розы. О пропорциях пока речи не идёт. Я два месяца работаю, недавно сюда приехала, так что только прощупываю.

— Два месяца? Вы это вырастили за два месяца? — у него чуть глаза не выпали.

— Я умею ускорять рост, значительно. Приходится ограничивать себя, чтобы растения и животные успевали правильно формироваться… Даша! — чуть повысила голос. Девушка была снаружи, поэтому быстро появилась в дверях. — Вели зарубить цыплёнка для нашего гостя.

Аптекарь непонимающе на меня посмотрел.

— Хочу вас угостить нашей устиновской курицей, поверьте, она вас удивит. Только предупредите вашего повара, что готовится очень быстро, чтобы не пересушил.

— Хорошо. Спасибо, Екатерина Фёдоровна.

— И клубники захватите. Вы любите клубнику?

— Внучка без ума от неё. Бегала сегодня утром на ярмарку. Рада была, что успела купить. Ваша клубника очень вкусная, — похвалил гость.

— Кстати, я пыталась создать чисто клубничное масло, но пока не знаю, как его изъять из ягоды.

Я повела аптекаря к ряду с желейной клубникой. Она спела медленнее, чем обычная, но гнилые уже появились, а я до сих пор не знала, что делать. Ягода не хотела выпускать масло наружу. Мы попробовали её давить и собирать всплывшую масляную плёнку тканью, но это не то, нужен был сепаратор или дистиллятор.

Сорвала ягоду и разломила. Она была очень сочная, с прозрачной текстурой, а внутри находился довольно твёрдый костяк, похожий на тот, что я часто видела в тепличных помидорах. На вкус ягода невкусная, жирная, кисловатая, с ореховым привкусом. Возможно, она и в кулинарии нашла бы себе место, но мне нужно масло.

Эдуард Васильевич потрогал пальцем сок, понюхал и лизнул.

— Запах очень нежный, кремовый. Для духов в чистом виде не пойдёт, только смешивать, а вот для мыла, шампуней и крема даже очень. Я пока теряюсь, голова кругом. Ни с чем подобным никогда не работал, даже не слышал. А тут вы предлагаете райские кущи, — гость рассмеялся.

Он с улыбкой осмотрелся.

— Думаю, проблемы извлечь не будет, — продолжил Эдуард Васильевич. — А теперь давайте поговорим о том, что вы хотите? Я понимаю, что не только в деньгах дело, иначе вы бы собрали ваше драгоценное масло и отвезли на фабрику. Для чего вам понадобились услуги маленького человека?

— Не стоит принижать ваши возможности. Да, продать было бы проще, но это всего лишь деньги, — я постаралась придать лицу как можно больше равнодушия. Мол, пусть вас не смущает непрезентабельный вид моего дома, деньги я умею зарабатывать. Хотя это может доказать практически новая оранжерея, если захочет, то я и в теплицу могу его сводить. — Мне нужно имя!

Видно было, что господин Соболев не понял, так я объясню…

Мужчина оказался более чем понятливый. Да, я чувствовала сомнение, возможно, дела в моей агрессивной риторике, но под конец решил согласиться, ведь рай, который был вокруг, не давал ему поступить по-другому.

По сути, я предлагала перестроить его парфюмерную деятельность под себя, ничего не гарантируя. Да, я предоставляю ему масло, на данном этапе бесплатно, как вложение, а он берёт на себя весь производственный процесс. Упор будет на духи, конечно, но и другую продукцию придётся делать. Ведь если нравится запах, то хочется, чтобы он был везде…

С появлением свободных от свиданий дней я опять смогла сосредоточиться на работе.

Знакомство с парфюмером-аптекарем дало дополнительный стимул и поле для деятельности. Я поставила одну уже готовую клубничную розу на смешение с мятой, а ещё одну на вытягивание признаков из перца горошком. У меня уже был опыт работы с семечками, надеялась, что и здесь не возникнет проблемы.