«Могу. Я с самого начала смотрел только в одну сторону, понимаешь? Меня сбило с толку это проклятое наследство! Я решил, что дядю убил кто-то из родственников. А это ведь мог сделать посторонний человек! Какой-то мерзавец, которого дядя в своё время арестовал. И тогда мотив убийства не деньги, а месть».

«Так если твой дядя этого мерзавца арестовал, он должен быть не здесь, а на каторге».

Я покачал головой.

«Колдун мог сбежать — раз. Каторжные сроки не всегда пожизненны — два. Не забывай, что дядя уже много лет на пенсии. И это в схему тоже укладывается — он отправил преступника на каторгу и думать о нём забыл. Обычный слабосилок, рядовой случай. Дядя вёл спокойное, мирное существование, не опасаясь угроз. Все, кого он арестовывал, были, очевидно, не слишком сильны. Я думал, что ловушку купили у колдуна родственники, и ломал голову, как эти недалёкие люди в принципе сумели на него выйти. А на самом деле всё было не так. Ловушку поставил сам колдун! Помнишь, я сказал, что стараниями Наставника слабосилков, обращённых в колдунов совершенно иного уровня, развелось немало? Так почему бы одному из них не оказаться местным уроженцем, таящим желание отомстить дяде?»

«Хм-м. Ну, допустим. И как ты собираешься искать этого уроженца?»

«Надеюсь, что колдунов в городе не так много, здесь всё-таки не столица. Быть может, он вообще один на весь город! Ну и я очень надеюсь на помощь Принцессы. Колдун ведь оставил след. Вот этот».

Мы подошли к пятачку, вытоптанному в траве у забора.

«А ведь ты прав, — обследовав его, признал Захребетник. — Магию я чувствую. Но эманация очень слабая! Даже я не заметил бы, если бы не приглядывался специально. Четыре дня прошло».

Я вздохнул.

«Да понимаю. Если не выгорит, придётся идти долгим кружным путём с соблюдением всех формальностей. Вот уж, конечно, чего бы мне категорически не хотелось».

— Пуся, — я показал собаке на след. — Нужно отыскать этого колдуна. Очень нужно!

Принцесса посмотрела на меня и ткнулась носом в вытоптанный пятачок. Принюхалась, задумчиво покопала землю лапой. И с тоской повернулась ко мне.

— Не чуешь след? — вздохнул я.

Принцесса заскулила. В голосе мне послышалось отчаяние — как будто собака пыталась что-то объяснить и не могла. Она толкнула меня головой в колено.

— Что ты хочешь сказать?.. Чёрт, Распашных бы сюда, они твой язык понимают…

«Малахириум», — сказал вдруг Захребетник.

«Что?»

Вместо ответа он перехватил управление, вынул из кармана кубик малахириума — с некоторых пор я обязательно, куда бы ни направлялся, держал несколько штук при себе, — и протянул на ладони Принцессе.

Собака благодарно лизнула кубик. Он побледнел, а в глазах Принцессы появился знакомый магический огонёк.

— Держи ещё! — обрадовался я. — Вот!

И протянул собаке второй кубик.

«Как ты догадался, о чём она просит?»

Мы бежали по ночному городу. За Принцессой я едва поспевал.

«Очень просто. Если тебе для увеличения магических сил нужен малахириум, то почему ей должно быть потребно что-то другое?.. Аккуратней ты, под ноги смотри!»

Захребетник удержал меня от падения — я споткнулся на дорожной выбоине и едва не полетел носом в землю. Мостовая здесь, как я быстро убедился, покрывала лишь небольшую часть города — центральную. Её мы уже миновали и стремительно приближались к окраине.

Каменные дома закончились, потянулись деревянные постройки. Они становились чем дальше, тем беднее и приземистее, а улицы — всё уже.

В конце концов Принцесса, свернув в какой-то вовсе уж глухой переулок, остановилась у лачуги, стоящей на отшибе. Забор, окружающий домишко, покосился, в одном месте повалился на землю.

Я видел в темноте лишь благодаря Захребетнику. Нас окружала безлунная осенняя ночь. Вокруг — ни огонька, только светились глаза Принцессы.

— Здесь? — тихонько спросил у собаки я.

Она чуть слышно заурчала.

— Умница. Спасибо.

Я погладил Принцессу. Переступил через поваленный забор и тихонько подошёл к лачуге.

Принцесса не ошиблась — магия в этом месте действительно присутствовала, сквозь «регента» я отчётливо видел эманации. Дверь дома была закрыта на висячий замок.

«Там никого нет, — озадаченно сказал Захребетник. — Я не ощущаю присутствия колдуна! Вон он и замок на дверь повесил».

«А что тогда фонит?»

«Амулеты или ещё какая дрянь. Лезь внутрь, там разберёмся. Только замок не трогай — чтобы, когда вернётся колдун, его не всполошить».

«Да уж соображу как-нибудь».

Я обошёл лачугу. На заднюю стену выходило единственное небольшое окошко с треснувшим стеклом.

Я вытащил раму. Приказал Принцессе вести себя тихо и протиснулся в окно.

Ох, ну и вонь! Застарелый запах юшки, табака, печного угара и ещё какой-то мерзости, у меня аж глаза заслезились. Я прошёл сквозь захламлённую каморку к стоящему у окна верстаку. Это он распространял магические эманации.

Я присмотрелся внимательнее и пробормотал:

— Ну, что и требовалось доказать.

На верстаке лежали тонкие металлические диски с замысловатыми узорными прорезями. Один из них был погнут, другой оплавился, третий вовсе свернулся в трубочку. Наклонившись, я подобрал с пола ещё несколько испорченных заготовок.

«Силу в этого мерзавца влили, а мастерства не добавили», — прокомментировал Захребетник.

«Да. Заготовки до сих пор фонят. Видимо, он долго сидел под забором в засаде — ждал удачного момента, чтобы спрятать диск. По его следу Принцесса нас и привела. Не удивлюсь, если над ловушкой он не одну неделю пыхтел».

Я надел перчатки, подобрал с пола подпалённую брезентовую рукавицу и принялся собирать в неё улики — испорченные заготовки. Собирая, я не забывал поглядывать в окно и встрепенулся вместе с Захребетником.

— Идёт!

К дому со стороны улицы приближалась тёмная фигура. Я видел исходящую от неё магию. Заметить Принцессу подошедший не мог, собака затаилась у задней стены. Она тоже наверняка насторожилась, но, как и было велено, вела себя тихо.

— Умница, Пуся, — прошептал я. — Шуметь сейчас не надо. Дай ему войти.

Я ожидал, что колдун начнёт отпирать замок, но этого не произошло. Со стороны двери что-то негромко звякнуло, а потом пришедший принялся обходить дом, в точности как я. Неужели заметил⁈

Впрочем, теперь это было уже неважно.

Как только пришедший поравнялся с выставленным мной окном, я ударил магией. Колдун полетел с ног. Я метнул в окно магическую сеть и выскочил из дома — на мгновение позже, чем стянутого сетью колдуна придавила к земле Принцесса.

Всё произошло в считанные секунды и очень тихо. Судя по тому, что ни от одного из соседних домов по-прежнему не доносилось ни звука, там ничего не услышали.

Я присел над стянутым сетью телом и перевернул его на спину. Колдун сдавленно мычал.

«Миша, — озадаченно проговорил Захребетник. — Как ты думаешь, у них тут все колдуны так одеваются?»

Человек, лежащий на земле, был одет в мундир Государевой Коллегии.

Принцессу я отправил к забору нести караул на случай, если появится кто-нибудь ещё.

Снимать с незнакомца сеть я не спешил — хотя он продолжал мычать и бешено вращать глазами. Сначала я ослабил заклятие настолько, чтобы залезть к пленнику в карман… И вытащил красную корочку.

«Арсений Степанович Гориков. Коллежский советник. Тамбовское управление Коллегии Государевой Магической Безопасности».

Гхм. Судя по чину, этот человек возглавляет местное управление.

«Н-да. С партизанами неудобно получилось, — ухмыльнулся Захребетник. — Но, с другой стороны, сам виноват! Что он тут забыл среди ночи?»

— Прежде чем я вас освобожу, разрешите представиться, — негромко сказал я. — Меня зовут Михаил Дмитриевич Скуратов.

Гориков в сети задёргался, как будто пытался кивнуть.

— Хотите сказать, что вам знакомо моё имя?

Такие же судорожные подёргивания.