— Когда я сказала, что он — позор моего Дома, я имела в виду не его. Преступник или маньяк может появиться в любом Доме — это несчастье, а не позор. Позорным было наше отношение к нему. Его объявили преступником, но никто его не преследовал. Дом просто делал вид, что его не существует. Если он посещал какую-нибудь станцию, его просто просили как можно быстрее её покинуть.

— Если его эксперименты были важны для Дома, такое поведение вполне ожидаемо, — заметил я. — Цинично, конечно, но как всегда, выживание расы отменяет все моральные запреты.

— Тем не менее, чем бы наше поведение ни оправдывалось, позорным оно быть не перестало. Мама много раз собиралась отдать приказ его задержать и казнить, но каждый раз всё-таки останавливалась. Но я отвлеклась. Так вот, когда ты появился на станции, и к твоей лозе немного присмотрелись…

— Каким образом к ней присмотрелись? — не понял я.

— Ты дважды проходил обследование в клинике доктора Гира, — напомнила Алиша. — Наша аппаратура всегда посылает нам копии всех данных. Причём нам поступают полные данные, а вот пользователь видит не всё. На втором обследовании мы увидели внедрённое зерно дополнения и окончательно убедились, что Отец Зла действительно нашёл способ делать из людей сидхе. Он поистине был гением, но всё же к лучшему, что он, наконец, умер.

Она замолчала, о чём-то глубоко задумавшись.

— Отчего он умер, кстати? — спросил я, чтобы прервать молчание.

— Что? — встрепенулась она. — Отчего умер? От старости, полагаю. Он действительно был очень старым. Не удивлюсь, если он помнил ещё материнскую планету. В общем, Дому было очень важно убедиться, что твоя психика осталась нормальной, и эта лоза действительно работает как положено, а не превращает людей в психопатов и моральных уродов. А для этого надо было, чтобы с тобой долго и доверительно общался кто-то с очень высоким восприятием. Так что мама поручила это мне. Да больше и некому было — я единственная аристократка сидхе в системе.

Всё-таки она оказалась подосланной. Впрочем, на самом деле я совсем не в претензии.

— Ну и к тому же — кому ещё можно было такое доверить? — она развела руками. — Ты очень большой секрет, Макс. О тебе знает только Летний Зной, да несколько наших вассалов. В вопросе, от которого зависит выживание Дома, правитель не может доверять никому. Разве только членам правящей семьи, да и то осторожно.

— Не уверен, что я так уж счастлив быть большим секретом, — вздохнул я. — Но с другой стороны, благодаря этому я встретился с тобой, так что в результате я, пожалуй, в большом плюсе. А что насчёт «Семени зла»?

— А что насчёт него? — пожала плечами Алиша. — Это твой корабль. И по факту, и морально по праву компенсации за то, что Отец Зла с тобой сделал без твоего согласия.

— Пусть так, но мне позволят им владеть?

Алиша надолго задумалась.

— Наверное, позволят, — наконец сказала она. — Сам по себе этот корабль не настолько уж ценен — это всего лишь корабль. Но вот всеми данными тебя заставят поделиться. Разумеется, ты можешь рассчитывать на компенсацию.

— На какую именно компенсацию я могу рассчитывать?

Она пристально посмотрела на меня и медленно произнесла, подчёркивая каждое слово:

— На значительную. Конечно, ты можешь просто попросить денег… В общем, всё зависит от тебя. Думай.

— Я понял тебя, милая, — я посмотрел ей прямо в глаза. — Я буду думать, очень серьёзно думать.

Алиша исчезла сразу же после того как мы вернулись на станцию. Денег за почти полный трюм платиноидов после декомпозиции я получу целый вагон, и сразу полностью погашу все долги. Причём деньги получу именно я — Алиша перед тем как уйти, попросила меня никаких денег ей не переводить. Как она сказала, это не те деньги, которые может получить принцесса, не теряя лица и не становясь предметом шуток. В общем-то, она действительно права — сдача в аренду корабля принцессе совсем не к лицу, да и заработок старателя тоже.

Деньги меня не особенно радовали — меня больше волновал вопрос, увижу ли я её снова. Всё валилось из рук — я просто сидел, грустил и надеялся, что хоть что-то прояснится. На второй день Стрекоза обратилась ко мне:

— Макс, двое Стражей Холмов просят разрешения подняться на борт.

— Разрешаю, — отозвался я.

Ну а что ещё я мог сказать? Не прятаться же от них на борту, в самом деле.

В гостиную они вошли, а не ворвались — это уже хорошо. Склонили головы и ударили себя кулаком в грудь.

— Высший, — заявил один из них, — нам приказано проводить тебя.

— Куда? — спросил я.

— Нам не разрешено это сообщать.

— Ну, пойдёмте, — пожал плечами я, вставая.

Вряд ли Алиша послала бы за мной Стражей, так что это либо мама, либо папа. Лучше бы мама — у меня сложилось впечатление, что папа посуровее будет. Да и вообще, папам редко нравятся ухажёры любимых дочек — особенно такие, вроде меня, незапланированные.

Путь я не отслеживал; отметил только, что мы прибыли на шестидесятый уровень. Стражи запустили меня в богато обставленную комнату и остались за дверью.

— Приветствую высокую госпожу, — сказал я на Высокой Речи.

— Не трудись, — ответила на сидале молодая, чуть старше Алиши, девушка — впрочем, тоже очень красивая. — Твоя Высокая Речь не настолько хороша для полноценного общения. Ты понял, кто я?

— Для матери Алиши ты слишком молода, высокая госпожа, — ответил я. — Полагаю, что ты Риалла, её сестра.

— Алиша рассказывала про меня? — подняла бровь она.

— Только то, что у неё есть старшая сестра, которая является наследницей. Мы не обсуждали её семью.

— Садись, — она махнула рукой, указывая на стоящее напротив кресло.

Похоже, предстоит неформальная беседа — правда, непонятно, куда она может повернуться.

— Мы очень ошиблись, — вздохнула Риалла, глядя на меня. — Тогда нам показалось, что Алиша вполне годится для простого, в общем-то поручения. И вот встретились с одной стороны домашняя девочка с романтичным складом ума, а с другой молодой парень — обаятельный, решительный, с прекрасно подвешенным языком, и с некоторым ореолом таинственности. Когда мы поняли, что дело пошло совсем не так, как мы ожидали, было уже поздно. Мы готовы выплатить тебе щедрую компенсацию, если ты исчезнешь и никогда больше не попадёшься ей на глаза.

— Прости, высокая госпожа, но я не исчезну, — покачал головой я.

— Ты ведь можешь исчезнуть и без всякой компенсации, — с намёком сказала она.

— Это угроза?

— Наша семья не станет ничего предпринимать против тебя, — усмехнулась она. — Мы слишком любим Алишу, чтобы рисковать навсегда испортить с ней отношения. Но у неё есть отец, и вот его такие соображения не остановят.

— Я не откажусь от неё, — вздохнул я. — Пусть будет то, что будет.

Она откинулась на спинку кресла, изучающе меня разглядывая.

— Ты понимаешь, что ты ей не пара? — наконец спросила она.

— Разумеется, понимаю, — кивнул я.

— Она не может быть женой старателя.

— Я полностью с этим согласен.

— Тогда в чём дело? — непонимающе нахмурилась она.

— Я надеюсь стать тем, кто может быть ей парой, — объяснил я.

— Вот как, — усмехнулась она. — Интересно будет посмотреть. Ладно, твоя позиция ясна. Поговорим о «Семени зла».

— Что насчёт него, высокая госпожа?

— Мы его забираем, — объявила она.

— На каком основании? — осведомился я.

— Он принадлежит Дому Лета.

— Этот корабль был личным имуществом Отца Зла. Я унаследовал его законно. У Дома Лета нет прав на него, и нет оснований отбирать моё имущество.

— И чего же ты хочешь? — непонимающе спросила она.

— Вы готовы вести переговоры, высокая госпожа?

— Переговоры? — она запнулась и задумалась. — Нет, пожалуй, не готова. Однако ты нагл, старатель Макс — я начинаю понимать, чем ты очаровал мою сестру.

— Я очаровал её не наглостью, — хмуро возразил я.

— Ладно, — она махнула рукой. — Я на тебя посмотрела, и этого пока достаточно. Полагаю, мы ещё встретимся, а сейчас иди.