Сегодня, как и всегда, получили все по-разному — кто-то остался доволен, а кто-то не очень, такие всегда были. Но элем наливались все — а что ещё пить в бандитском трактире? Уж точно не молоко. Такое количество налившегося элем народа шума создавали изрядно, но все, однако, вели себя прилично — в общем-то, как и всегда. Случалось, конечно, временами и так, что кто-нибудь о приличиях забывал — затевал драку, обижал разносчиц, в общем, вёл себя неправильно. Таких успокаивали моментально, а если учесть, что трактирщик был также и казначеем банды, извиняться дебоширу приходилось долго и унизительно. Изредка, впрочем, попадались и трудновоспитуемые, которые не хотели или не могли сразу сделать правильные выводы. Такие как раз и покидали банду через утилизатор. Серьёзная банда — а «Молот грома» была, вне всякого сомнения, серьёзной, — не нуждалась в неуправляемых дикарях.

— Короче, пацаны, вам повезло, — подвёл итог своего выступления перед новыми членами банды Кармак Хили. — Делайте всё нормально, держитесь старших, и всё у вас будет — и тёлки, и бабки. Молотки — это сила, мы свои уровни держим крепко.

Молодняк слушал его рассказы, разинув рты, и как только кружка перед Кармаком пустела, кто-нибудь тут же сигналил разносчице насчёт добавки. От соседних столиков на разглагольствующего Хили косились с усмешками — среди молотков его не особо уважали, — но настроение у народа было добродушным, и распускать перья перед салагами ему не мешали.

Вечер шёл своим чередом — один из тех немногих вечеров, когда можно было расслабиться и ни о чём не думать. Многие, особенно пацаны из мелких шаек в нижних локусах, верят, что в серьёзных бандах жизнь красивая и лёгкая. На самом деле это, конечно, не так — жизнь бандита почти целиком состоит из проблем, и не всегда удаётся эти проблемы пережить. Но гобфлюх во все времена был днём, когда все сложности бандитской жизни уходили куда-то на задний план. Когда можно было просто посидеть с кружкой эля среди приятелей. Ну а позже заглянуть к девочкам или просто нажраться в синьку — в общем, сбросить стресс.

Однако сегодня спокойное течение вечера было нарушено самым неожиданным и неприятным образом. Входная дверь отъехала вбок, но вместо припоздавшего бандита, или, скажем, вызванной проститутки, в трактир ворвались люди в броне и с порога начали стрелять. Трактирщик за стойкой мгновенно сориентировался и метнулся к кнопке, блокирующей дверь, но добраться до неё ему не дали. Нападавшие это предвидели, и на нём скрестились сразу две очереди, превращая его в решето. Трактирщик умер мгновенно. Он всё ещё тянулся к кнопке, но жизнь уже его оставила, и следующая очередь пришлась в мёртвое тело. Да если бы даже ему и удалось заблокировать дверь, вряд ли это что-то бы изменило — нападавшие ворвались слишком быстро, и почти все они были уже внутри.

В банде, разумеется, абсолютно все носили оружие везде и всегда, и ответная стрельба началась сразу же. Вот только гражданские дыроколы оказались совершенно бесполезными против боевой брони. Зато автоматические дыроколы пришельцев — кстати, полностью запрещённые для гражданских, как и боевая броня, — легко прошивали бандитов насквозь.

Пока основная группа расправлялась с рядовыми бандитами в главном зале, три пары, ни на кого не отвлекаясь, рванулись к лестнице на второй этаж. Охранники у лестницы открыли бешеный огонь по ним, но те полностью игнорировали стрельбу. Несколько коротких очередей, и охранники умерли, так и не сумев ни на секунду задержать противников.

Уже через пару минут в главном зале остались только трупы и редкие раненые. Люди в броне вяло бродили по залу, время от времени стреляя в голову тем, кто не выглядел достаточно мёртвым. Один из бойцов заглянул под угловой стол и замер в нерешительности. Из-под стола на него расширенными от ужаса глазами смотрела девчонка-подавальщица, зажимая себе рот, чтобы не закричать. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

— Кинах, ты чего там застыл? — резко спросил Карссон с другого конца зала. — Если не уверен, просто дострели.

Кинах незаметно приложил палец к губам, и девчонка поспешно закивала.

— Никого там нет, просто показалось, — отозвался он, распрямляясь.

Карссон с сомнением прищурился, но как раз в этот момент на лестнице показалась команда, которая отрабатывала второй этаж.

— Что там на втором? — потребовал он отчёта.

— Всё чисто, шеф, — откликнулся старший. — Все там были — и главный молоток, и все бригадиры. Кончили всех и проконтролировали.

— Отлично, — с удовлетворением заметил Карссон. — Уходим.

— Что, Бирк, кривишься? — с усмешкой спросил Риддок Илинди, а Кевен Карссон, сидящий за приставным столом напротив Бирка, жизнерадостно хохотнул. — Неужели не рад нас видеть?

Торлах Бирк, бессменный главарь банды «Киршах», давно и прочно держащей уровни с двадцать первого по двадцать четвёртый, скривился ещё больше:

— Век бы вас, мусоров, не видеть, — в сердцах ответил он.

— А видеть придётся, — жёстко сказал Риддок, резко теряя добродушный вид. — Разве что я в тебе ошибся, и ты на самом деле тупой.

— Пугаешь? — помрачнел Торлах. — А иначе будет как с молотками, да? Думаешь, все концы зачистил? Все знают, что это твоя работа.

— Мне плевать, что ты знаешь, — презрительно отозвался Риддок. — Либо ты умный, и с тобой можно работать, либо ты тупой, и я буду разговаривать с кем-то другим.

— Да он на самом деле умный, Рид, — заметил Карссон примирительным тоном. — Торлах, мы знаем, что ты закончил и где служил раньше, так что завязывай прикидываться тупым бандюком. Давай мы тебе объясним, что происходит, а там посмотрим, получится у нас с тобой сотрудничать или нет. Ты готов говорить серьёзно?

— Давай поговорим серьёзно, — неохотно согласился Торлах. Впрочем, недоверие он даже не пытался скрывать.

— Говоришь, он умный, Кев? — хмыкнул Риддок. — Ну давай проверим. Скажи нам, Торлах: кому принадлежит система Арика?

— Сервилю Гранию, разве нет? — ответил тот, с удивлением посмотрев на Риддока.

— Я сказал «принадлежит». Сервилю наша система не принадлежит, он просто управляет ей для настоящего хозяина.

— Я не понял — ты мне собрался рассказывать какую-то чепуху про Тех, Кто Рядом? — тон у Торлаха был пренебрежительным, но в глазах отчётливо отразилась работа мысли.

— Именно про них я и собрался тебе рассказывать, — спокойно согласился Риддок. — Арика до недавнего времени принадлежала Дому Осени. Про Дома сидхе никто, конечно, толком ничего не знает, но вот именно про Дом Осени я кое-что слышал. Что этот Дом людей не любит и дел с нами иметь старается как можно меньше. И пока система давала прибыль, ему было вообще плевать, что в ней происходит, и как люди свои дела между собой устраивают. Так было раньше, но совсем недавно Дом Осени передал систему Арика Дому Лета…

— И что с того? — перебил его Торлах, пренебрежительно морщась. — Собираешься рассказать мне очередную страшилку про Соседей? Да им плевать и на тебя, и на меня. У нас на станции их никто никогда не видел.

— Никто и никогда не видел, говоришь, — усмехнулся Риддок, совершенно не разозлившись от того, что его прервали. — Так и есть, наверное. А вот почему их не видели — вопрос интересный. Скажи мне: сколько доков у нашей станции?

— Как сколько? — Торлах посмотрел на него с недоумением. — Ботиар, Ильмикос и Кресп.

— Ошибаешься, доков на самом деле четыре. Четвёртый не показывается на карте станции, и ни один лифт нас с тобой туда не повезёт, но он точно есть. Несколько раз люди видели из космоса, как он принимает корабли. Только приближаться к нему не стоит — расстреляют на подлёте. Один дурачок разок попытался. У него получилось сбежать в спасательной капсуле, так мы про его приключение и узнали. А вот ещё скажи: сколько на станции уровней?

— Карта станции показывает пятьдесят пять, — осторожно заметил тот, уже понимая, что сейчас узнает что-то новое. — Ты хочешь сказать, что их больше?