1.

"Ты бы мог мною гордитьсяЕсли б видел мои глазаЕсли б трогал вот эти рукиТы бы новый роман написалТы бы мог мною гордитьсяЕсли б знал, что я пережилаЭту боль бесконечной разлукиЭту роль, что судьба мне дала..."А. Романоф.

Самое моё первое осознанное воспоминание из детства - это смерть отца.Всё что было до этого, я помнила смутно.Но кончина близкого человека настолько потрясла меня, что я даже сейчас помню этот день до мельчайших подробностей.

Тем утром я проснулась рано, дождь барабанил по стеклу, а порывистый ветер трепал ставни, которые били в оконные рамы.Помню, что мне было страшно и холодно.Я лежала съежившись под одеялом, укрывшись им с головой.Вокруг царила неуютная тишина, нарушаемая лишь звуками непогоды, которые казались почти зловещими.

Я изо всех сил закрывала глаза, пытаясь снова окунуться в мир сновидений, но сон всё не шёл.Не знаю сколько я так пролежала, но вскоре ночная мгла, сменилась предрассветными сумерками.

Я встала с постели, скользнув ногами по холодному полу, и подошла к окну.Серые облака затянули небо, и за окном всё еще шёл мелкий дождь.Тяжелые свинцовые тучи медленно и лениво ползли по мрачному небосводу.

Обхватив себя руками я смотрела на серый и унылый мир, на то, как капли стекают по стеклу и думала о том, что папы больше нет. Что я больше никогда его не увижу.Его смех, когда он громко рассказывал истории из своего детства, теперь казался далеким эхом, затерянным в тусклых красках осеннего дождя.

Внешний мир продолжал жить своей жизнью, но для меня он стал холодным и неприветливым.Я перевела взгляд на спящую сестру. Её сон был спокоен и безмятежен, словно произошедшее не коснулось её.Внутри меня поднималась злость.

Её не волновали ни моё горе, ни непогода за окном.Я ненавидела мир за его равнодушие, за то, что для них жизнь продолжается, когда для меня она словно застыла. В то время как другие смеялись и радовались, я чувствовала, как тёмные тени обвивают мою душу.

Я повернулась обратно к окну.Я любила отца, больше чем мать. Мать мы боялись, она всегда была холодна и строга с нами.Сейчас по прошествии стольких лет я понимала причину её жестокости.Это была горечь отвергнутой женщины.Мама любила отца, всем сердцем, беззаветно страстно.

Но, увы, её любовь не была взаимной. Отец часто исчезал, подолгу задерживаясь с друзьями, всё реже появляясь дома. Каждый его уход отдалял её от мечты о счастье, и горечь разочарования постепенно перерастала в ярость.Они всё чаще ругались, кидали друг в друга взаимные упрёки и после этого отец снова уходил из дома, громко хлопнув дверью.

А мать потом плакала всю ночь, уткнувшись в подушку. Пытаясь таким образом заглушить свои рыдания. Но мы всё равно всё слышали.Сколько ночей провела она в слезах, ожидая появления отца.

Сквозь тишину квартиры доносились лишь приглушенные всхлипы и шорох простыней, когда мать снова и снова пыталась уснуть, теряя всякую надежду. В каждой капле слезы, казалось, скрывались все бессонные ночи, полные ожидания и тревоги.

Свет ночника бросал мягкий свет, создавая иллюзию уюта, которая не могла успокоить её разрывающее сердце. Таким образом, в эти безысходные часы она прижималась к подушке, словно искала в ней тепла, которого ей так не хватало.Вся её жизнь сводилась к этому мучительному ожиданию.

2.

Я часто представляла, как отец вернется домой, обнимет нас, как раньше, и всё снова станет на свои места.Когда он приходил, мама пыталась быть хорошей, заботливой, готовить его любимые блюда. Но даже самые заботливые жесты не смогли заставить его полюбить ее. И вскоре все повторялось снова.

Мельчайшие обиды копились, и постоянные крики отравляли наш семейный быт.Из-за постоянного предательства мужа её терпение истощалось, она стала все чаще срываться, причем на нас с сестрой.Каждый раз, когда она поднимала голос, в доме становилось невыносимо. В такие моменты мы с сестрой сидели в своей комнате, стараясь не попадаться лишний раз ей на глаза.

Она искала поддержку в нем, но находила лишь пустоту. Взгляды, полные негодования, не оставляли ей шанса на понимание. С нашим отцом всё складывалось иначе — он был не в состоянии исполнять роль, которую мы все ожидали от него.Это давление обрушивалось на наши маленькие плечи, заставляя нас чувствовать вину за состояние матери.

С каждым новым днем её раздражение росло, словно снежный ком. Мы понимали, что это не наш выбор, мы были всего лишь зрителями её внутренней борьбы.

Иногда мы пытались рассказать о своих переживаниях, но в ответ слышали только гнев и массу упрёков. Это создавало новую пропасть между нами.Каждый наш разговор превращался в конфронтацию, где вместо поддержки звучали колкости.

Это было болезненно, поскольку мы ожидали, что близкий человек будет рядом, а вместо этого получали лишь обвинения.Я думаю именно нелюбовь отца в конечном итоге стала причиной её жестокости.А теперь его не стало.

Когда нам сообщили, что отец умер, у матери случилась истерика.Она заламывала руки и рыдала, говоря, что ей теперь незачем жить на этом свете.Мы с сестрой в ужасе жались друг к другу, понимая, что привычный мир рушится. Мы не знали как утешить ее, как сделать так, чтобы её боль хоть немного утихла.

Сердце сжималось при каждом ее всхлипе, а боль пронзала грудь.Отец был единственной нашей надеждой и защитой, а теперь все, что осталось — это пустота, которая заполнила наш дом.

Всю ночь я слышала, как она шептала его имя, и искала утешение в воспоминаниях, и каждый час, проведенный без него, превращался для нее в новый ад.Звуки ее глухого рыдания возвращали меня к реальности, где была только она и её страдания. Мне казалось, что мир вокруг замер, оставив меня одну в этой бесконечной тьме, где не было ни света, ни покоя.

Наступило утро, и первое, что я увидела, это её заплаканное лицо. Она больше не плакала, ее отчаяние сменилось апатией и безразличием. И я не знала, что было хуже. Она словно умерла и похоронила себя вместе с отцом.Слово «потеря» для неё стало не просто понятием, а настоящей реальностью, занявшей все свободное пространство в её душе.

Мама двигалась чисто механически, что-то делала, что-то говорила, но словно возвела вокруг себя стену. И все ее чувства были запертыми где-то глубоко внутри. Я наблюдала за ней, и сердце мое сжималось от горечи. Вся наша жизнь изменилась, мы словно в одночасье стали круглыми сиротами, лишившись не только отца, но и матери.

3.

После похорон мама сидела на кухне, размешивая чай в кружке, и смотрела в окно на размытые контуры соседних домов.Я сделала шаг к ней, но слова застряли в горле. Я понимала, что ни одно из них не сможет ее утешить. Она просто смотрела вдаль, а я просто стояла рядом

В комнате витал запах вчерашних цветов, оставленных друзьями и соседями, но сейчас они только усугубляли атмосферу безнадежности.

Я вспомнила, как она смеялась, как горела её улыбка, когда речь шла о будущем. Теперь же её глаза были пустыми, как окна заброшенного дома

Я чувствовала, как эта стена между нами становится всё прочнее. Она редко улыбалась, и когда это происходило, то казалось, что улыбка — лишь дань памяти о былом, а не истинное проявление радости.

У нее словно отняли воздух, которым она дышала. Она ходила по дому, словно тень себя прежней. Каждый уголок дома напоминал ей о счастливых моментах, которые теперь казались далекими и недостижимыми.

С утра до вечера она занималась делами, попусту тратила время на бесполезные занятия, чтобы не оставаться наедине со своими мыслями. Книги, которые раньше захватывали её, теперь лишь собирали пыль. Даже любимая музыка не приносила успокоения — каждый аккорд терзал ее воспоминаниями, которые ей хотелось забыть, но никак не удавалось.