— Портал не классифицирует тебя как врага, — доложила она. — Он классифицирует тебя как источник неизвестного наблюдения.

— Я что, камера? — возмутился я.

— Камера хуже, — возразила Либи. — Камера смотрит в одну сторону.

— Спасибо, — проворчал я. — Всегда приятно узнать, что ты проиграл бытовой технике.

Ксения стояла справа от меня, скрестив руки на груди. После событий в доме она выглядела почти нормально, если не считать тёмных кругов под глазами и привычки держать пальцы возле клинка. Для Ксении это считалось спокойным состоянием. Если бы она начала метать ножи в стены, можно было бы сказать, что день совсем не задался.

— Вчера ты уже проходил через этот портал, — напомнила она, не отводя взгляда от арки. — После суда богов он не менялся.

— Я тоже не менялся, — пожал я плечами.

Ксения посмотрела на меня долгим взглядом, который у неё означал «ты сам знаешь, что врёшь».

— Ты принёс в себе два активных измерения Системы, — произнесла она.

— Формально они были у меня и вчера, — возразил я.

— Вчера ты не подключал их к Крабу, дому и сети переноса личности, — отрезала Ксения.

— Я не подключал, — вздохнул я. — Они сами полезли.

— Это не делает ситуацию лучше, — заметила она.

— Я и не утверждал, что она хорошая, — усмехнулся я.

Львович стоял у выхода из башни и наблюдал за нами с видом человека, которому уже приходилось оформлять слишком много сверхъестественных происшествий. За его спиной двое сотрудников держали переносную защиту. Они привезли её на случай, если портал решит открыть пасть, выплюнуть армию или предъявить претензии по договору.

Я уважал предусмотрительных людей.

— Проверим по одному, — предложил я. — Сначала кто-нибудь другой.

Львович кивнул одному из сотрудников. Молодой парень, которого я видел впервые, подошёл к арке. Ксения приложила ладонь к поверхности, портал дрогнул и раскрылся. За ним показался первый уровень: мокрый лес, серое небо и трава, на которой лежал тонкий слой инея.

Парень сглотнул и посмотрел на меня, как на человека, который может отменить приказ.

— Идти? — уточнил он.

— Нет, — ответил я. — Тебя просто поставили рядом для красоты. Конечно, идти.

Он шагнул в портал. На той стороне остановился, повернулся и поднял руку. Через секунду вернулся, принёс с собой кусок мокрой ветки и выражение лица человека, который только что побывал в другом мире, но не успел придумать для этого правильное выражение.

— Всё нормально, — пробормотал он, разглядывая ветку. — Обычный лес.

— Обычный лес — это когда в нём нет разумных туманов, зубастых деревьев и налоговых инспекторов, — заметил я. — Ты точно проверил?

— Там никого не было, — пожал он плечами.

— Значит, лес хороший, — кивнул я.

Ксения вошла следом. Портал пропустил её без сопротивления. Через полминуты она вернулась, провела пальцами по краю арки и нахмурилась. Она явно почувствовала что-то, о чём не хотела говорить при охране.

— Там безопасно, — произнесла она. — Пока.

— Отлично, — вздохнул я. — Теперь моя очередь.

Я шагнул к порталу.

Поверхность чёрной воды стала матовой.

Не закрылась. Не ударила. Просто перестала отражать окружающие стены. Моё лицо исчезло из её глубины, а вместе с ним пропали отражения Ксении, башни и всех людей у двери. Осталась ровная плоская поверхность.

— Ну конечно, — пробормотал я. — Когда я подхожу, портал включает режим «не беспокоить».

Я протянул руку.

На кончиках пальцев возник холод. Не обычный мороз, а ощущение, будто моя кожа оказалась по другую сторону тонкого стекла. Портал не давал пройти, но и не отталкивал. Он проверял.

Ксения взяла меня за запястье и сжала пальцы.

— Не дави, — предупредила она.

— Я ещё не начал, — возразил я.

— Ты уже начал думать, как сломать его, — отрезала Ксения.

— Это не давление, — усмехнулся я. — Это предварительное планирование ремонта.

— Андрей, — произнесла она с таким видом, будто готова была сломать мне руку вместо портала.

— Ладно, — сдался я.

Я включил предвидение.

Обычно способность показывала несколько ближайших вариантов. Иногда один был полезным, иногда все выглядели как плохая шутка. После суда богов пространство вероятностей стало шире. Два дополнительных измерения не добавляли мне мудрости, зато охотно добавляли ещё пятьдесят способов ошибиться.

Перед глазами развернулась сетка.

В первом варианте я пробивал портал силой и терял память о последних трёх днях. Во втором проходил внутрь, но возвращался без тени. В третьем проходил вместе с Ксенией и обнаруживал, что первый уровень пуст, потому что сам мир ушёл в другое место. В четвёртом я просил портал пропустить меня, и он соглашался, после чего закрывался навсегда. В пятом я оставался здесь, а через портал проходила моя копия.

В шестом варианте я ничего не делал.

Он выглядел подозрительно разумным.

Я выбрал шестой.

Сетка не исчезла. Она развернулась дальше, и каждый вариант начал дробиться ещё на десятки. Некоторые решения повторялись, но с другими наблюдателями. В одном порталу было всё равно, в другом он боялся, в третьем пытался скрыть от меня собственное содержимое, а в четвёртом вообще не понимал, что я существую.

— Что ты видишь? — спросила Ксения.

— Слишком много вариантов, — выдохнул я.

— Насколько много? — уточнила Ксения.

— Достаточно, чтобы отказаться от любых решений и открыть небольшую булочную, — усмехнулся я.

— Конкретнее, — потребовала она.

— Минимум сто тридцать семь, — признался я. — Но это только те, в которых я ещё понимаю, что смотрю на портал.

Ксения сжала моё запястье.

— Отключи способность, — приказала она.

Я попытался.

Сетка исчезла, но не полностью. За обычным зрением осталась тонкая прозрачная плёнка. Она лежала на портале, на стенах, на лицах людей. Не показывала будущее. Показывала, что у каждого предмета есть наблюдатель.

Я увидел, как башня смотрит на портал.

Потом увидел, как портал смотрит на меня.

А за ним кто-то смотрел на портал.

Я резко отступил.

Ксения тут же вытащила клинок.

— Что произошло? — спросила она, не сводя глаз с арки.

— Ничего хорошего, — отозвался я.

— Это не ответ, — отрезала Ксения.

— Тогда точнее, — вздохнул я. — Портал не просто меня не пропускает. Он проверяет, кто смотрит через меня.

Львович подошёл ближе. Он держал жезл наготове, но пока не поднимал его.

— Через вас кто-то смотрит? — уточнил он.

— Через меня смотрят многие, — усмехнулся я. — Родственники, враги, случайные люди на улице. Я стараюсь не придавать этому значения.

— Я не о бытовом наблюдении, — возразил Львович.

— Я тоже, — покачал я головой.

Либи издала короткий сигнал и зависла чуть выше.

— Подтверждаю присутствие внешнего направления наблюдения, — доложила она.

— Направления? — переспросила Ксения.

— Не субъекта, — пояснила Либи. — Не личности. Наблюдение не имеет устойчивого носителя.

— То есть никто не смотрит? — Львович нахмурился.

— Смотрит что-то, — ответила Либи. — Но в системе не зарегистрировано, что именно.

— Очень полезная система, — буркнул я. — Прямо как городская справочная. Знает, что нужный адрес существует, но не знает, где он.

Я снова подошёл к порталу, но теперь не пытался его открыть. Просто стоял перед плоской поверхностью и смотрел на неё.

Плоская поверхность смотрела в ответ.

— Открой, — произнёс я.

Ничего.

— Я не собираюсь входить с боем. Не собираюсь искать Краба. Не собираюсь тащить через тебя весь дом, толпу охраны и старика с плохим характером.

— Ты обещаешь не искать Краба? — уточнила Ксения.

— Я обещаю не искать его прямо сейчас, — ответил я.

— Это разные вещи, — возразила она.

— Я дипломатически уточнил формулировку, — усмехнулся я.

Портал дрогнул.

На поверхности появилась тонкая чёрная линия. Она напоминала царапину, но медленно двигалась, складываясь в символ. Я не знал этого языка. Ксения тоже. Либи не смогла его распознать.