Клянусь, у меня уже несколько раз возникало желание от всей души обнять принцессу, а останавливал не мой нынешний статус, а многолетнее воспитание — подобное поведение по отношению к членам королевской семьи недопустимо. Однако мое восхищение оттого меньше не становилось. Я от всей души поблагодарила и побежала на урок. Снова придется догонять пропущенный материал, что уже давно привычно. И Татья привыкнет заниматься подобным образом. Особенно тогда, когда заметит ощутимый прогресс, как и я в свое время.
Студенты встретили меня вскинутыми бровями — должно быть, решили, что я окончательно забросила курс. Но никто не думал меня донимать, включая Жозефину, хотя от нее я все еще по инерции ожидала подвоха. Она чинно отсидела всю лекцию, а после окончания… после окончания до меня дошло, что отнюдь не я сейчас являюсь центром ее внимания, и отчего ее глаза светятся счастьем.
Лиам на выходе из аудитории ловко выхватил ее за запястье из толпы, вальсирующим движением развернул и, продолжая круг, жарко поцеловал. Жозефина в этом вихре и пискнуть не успела, зато почти сразу обмякла от умелых движений и сильных рук. Девчонки вокруг меня ахнули, уставились кто восторженно, кто завистливо. И, черт их подери, я примерно понимала их мнение… Как же Лиам хорош! Непобедимый хищник, с показной ленцой не дающий жертве даже возможности трепыхнуться. Однако мурашки по моей спине побежали не от невнятного упоения — я воочию увидела, что он ступил на путь саморазрушения. Надалина узнает об этом в течение получаса — и такой позор уже простить не сможет, слишком наглая сцена. Жозефина — хоть и не наследница титула, но все-таки дочь маркиза. И сколько еще таких же глупышек? Лиам будто осознанно выбирает девушек из влиятельных семей, как если бы вознамерился обострить отношения со всей элитой королевства! Ведь все эти «танцы» не приведут ни к чему, кроме череды громких скандалов.
Спасать его — определенно не моя задача. И тем не менее я все равно предприняла очередную безуспешную попытку — подошла сзади, постучала по его плечу и тихо спросила:
— Мы можем поговорить?
Казалось, что он меня сразу не заметил, но сейчас даже не обернулся, когда обдал львиной долей яда — ну хоть кто-то еще способен заставить хищника напрячься:
— Мина, еще раз ко мне прикоснешься — я сломаю руку. Не тебе, конечно. Татье. Чтобы она даже поесть без посторонней помощи не могла. Видел ее недавно — жалкое зрелище.
— Ты чудовище, что и требовалось доказать, — констатировала я, на всякий случай убирая обе ладони за спину, чтобы он не счел себя вправе исполнить угрозу. — Но твои друзья за тебя переживают. Ты можешь вредить себе, не вредя другим, или уже без шансов?
Он все-таки отпустил Жозефину и повернулся в мою сторону, уже не скрывая ярости. Я ожидала агрессии от него, но первой из себя вышла девушка. Бедная, бедная Жозефина — она не могла смириться с моим существованием, кое-как держалась, а тут я ее еще буквально вырвала из пучины счастья, испортив такой потрясающий момент. Ей и в голову не приходит, что ей предначертано уже ближайшей ночью лить горькие слезы, как и всем ее соперницам? Еще и повезет, если Лиам до того, как будет так же кружить уже следующую жертву, поленится уединиться с ней в комнате. Только я все до конца понимала — ему плевать даже на их внешность, он просто реализует каждую безумную мысль, что приходит в его голову. И даже не их наказывает — он наказывает себя. Так, как умеет.
Жозефина выругалась и побежала по коридору. Лиам лишь скривился в мой адрес и медленно зашагал вслед за ней, оставив меня без ответа. Не знаю, зачем пошел он, но я точно поняла по взгляду, что противная одногруппница точно не успокоилась на оскорблениях. Заметив у лестницы Таланею, я поспешила к ней.
— А что там за столпотворение? — поинтересовалась старшекурсница.
— Ничего особенного, опять у меня недоразумения со студентами. Идем, — поторопила я. — Ты одна?
— Да, остальные заняты, они…
Я даже вслушиваться в ее объяснения не стала. Какой неудачный день, чтобы явиться одной! Сейчас принц и принцесса просто жизненно необходимы, но нет времени сокрушаться — я буквально кожей ощущала, как за спиной нарастала приближающаяся буря.
***
Началось все вовсе не со спины. Компания во главе с Жозефиной бежала нам наперерез, а мы не успели дойти до полигона. Лица знакомые — именно эти парни вместе с ней когда-то напали на нас с Рупертом. Я уж и думать о них забыла, заочно простив. Почему-то была уверена, что старшие уняли их пыл, отбили охотку цепляться к шахтерам. Но сегодня была иная ситуация — следом за ними с широкой предвкушающей улыбкой шагал Лиам. И эти идиоты заново распалялись, практически получив его одобрение на любые действия.
Таланея замерла в обескураженности, но быстро сообразила и произнесла грозно:
— Вы что тут устраиваете? Неужели драку замыслили? Я вам сейчас быстро покажу, как выглядит драка первокурсников со мной. Или лучше напомнить, что по уставу академии все споры…
Ее перебил Лиам:
— Не вмешивайся. А то я сейчас быстро покажу, как выглядят все драки со мной.
От подобного девушка лишилась дара речи. Лиам не приближался, а после паузы продолжил чуть мягче:
— Я не хочу тебе вредить, Таланея, просто не вмешивайся. Разве Мина не хотела со мной поговорить? Ну вот, мои новые приятели ее как раз для беседы и приглашают.
— Ты уж совсем начал перегибать… — прошептала она. — Ты осознаешь, что угрожаешь своему близкому другу?
Я же внутренне орала: «Начал?! Вы все ослепли, что ли? Он уже убил Гарольда Аврея, у Лиама больше не осталось непройденных границ! Почему вы его даже не заподозрили?». Вслух я этого сказать не могла, однако всерьез начала за нее беспокоиться — Таланея шокирована, вот только она не представляет настоящего положения вещей. Он сейчас и на нее может броситься, если посмеет встать перед ним. И, чтобы хотя бы ее не подставить, я твердым голосом обратилась к девушке:
— Таланея, все действительно в порядке. Лиам немного на взводе, ну так это для нас всех уже не новость. И это отличный повод пообщаться! Тебе на самом деле лучше не вмешиваться, а то вся наша задумка рухнет.
Лиам хмыкнул, развернулся и пошел куда-то в сторону. Компания застыла, не зная, что делать, но потом неуверенно направилась за ним, бесконечно оглядываясь, пойду ли я следом. Одна Жозефина осталась неподалеку, уж она-то мне сбежать не позволит. Я повернулась к Таланее и, посмотрев в глаза, вкрадчиво проговорила:
— Так надо, честно. Пообещай, что не пойдешь за нами и не предупредишь друзей. Наоборот, ты сейчас отправишься на полигон и скажешь Кею, что меня задержал профессор. Предложишь подождать меня вместе.
— Я не могу этого обещать… Мина, да что с ним такое? У него горе, но нормальные люди переживают горе иначе!
Точно, они все ослепли. Я проговорила тверже:
— Лиам ничего мне не сделает, связка не позволит. От этих прихвостней мы с ним сейчас отделаемся, зато появится возможность поговорить. Ничего со мной не случится, это точно!
— Ты уверена? — нахмурилась она.
О нет, я не была уверена даже на крошку. Убить меня Лиам не может и вряд ли позволит это другим, но почему бы ему не разрешить другим меня всего лишь избить? Ничего, такое переживу. А если не переживу, то это будет самый нелепый конец моей истории. Но вмешивать других непозволительно — Лиам легко причинит им боль, лишь бы заставить страдать меня. И тогда все окончательно выйдет из-под контроля.
Оставив Таланею, я пошла за толпой, миновала Жозефину и даже не взглянула на нее. Набросились на меня сразу же, как только мы скрылись за очередным зданием, где никто не мог нас видеть. Потащили куда-то дальше, заволокли в пустое амбарное помещение — то ли пустующий сейчас склад, то ли специально место для личных магических тренировок. Далеко от проходных мест и людей, хоть заорись — никто не услышит.
Поначалу они лишь толкали и дергали меня в разные стороны. Я не сопротивлялась — почему-то казалось, что надо обязательно довести ситуацию до крайности. Вероятно, сработает угроза жизни, и Лиам вмешается. Если он вмешается сам, то вернет мне инициативу, а без нее все попытки обречены на провал. Терпеть, надо просто терпеть.
