— А ты меньше спорь с ним, Дань. Всё уже давно решили и надо действовать по плану. Что ты ему пытаешься свою точку зрения навязать? Ему напечатали, как надо делать, он и делает. Не ты его начальник, в конце концов. — Супруге стало жаль мужа из-за его упрямой позиции.

— И ты туда же. — Ухмыльнулся Данил. — Ладно, посидим на дорожку. Скоро грузчики приедут.

Переезд прошел без эксцессов, несмотря на то, что Данил Андреевич их ждал. В каждой машине на перекрестке, пока добирались до завода, видел злые лица и в каждом подозревал приготовившегося стрелять террориста. Только когда машина с семьей заехала за ворота, выдохнул облегченно. Тут было тихо и надежно. Даже вышки с подвижной полусферой, накрывающей пулемет, выглядели не пугающе, а совсем наоборот. Разделение людей на два лагеря произошло, и теперь они воспринимали друг друга враждебно.

Семья Марины, заселившаяся намного раньше, уже немного обжила офисное здание, определила кухню, поставила душевую кабину на месте одного из туалетов. Они же помогли с разгрузкой машины семьи Гарган. А вечером случилось небольшое праздничное мероприятие в честь новоселья.

— Вот так работа и стала домом. — Произнес Данил Андреевич, окинув взглядом бывший кабинет чертежников, в котором сейчас располагалась большая кухня со шкафами, электроплитками и духовками. — Казенно, но гораздо спокойнее, чем по ту сторону забора.

— Нам машину ночью заминировали. — Тихо произнесла Наталья. — Вот мы и решились, наконец.

Новость вызвала шок у семьи Марины.

— Как быстро люди теряют человеческий облик. — Произнесла секретарь трагическим голосом. — Нет ни малейшего желания выходить с территории. Мой Костик ездит в магазин только собравшись с мужиками в команду из пяти-шести человек, да еще и с ружьем.

— Наверное, в районы подальше будем ездить. Все местные уже знают нас в лицо, и чувствуется, что скоро они потеряют терпение. — Признался муж Марины. — Хотя никто толком не знает, будет это столкновение или нет.

— Вот вам и социальный эксперимент. — Произнесла Надя. — Хотите понять человеческую натуру, создайте им ситуацию скорого конца света с убедительным доказательством того, что он случится. А что если нет никакой туманности? Это проекция на ночное небо, а мы тут уже с ума сходим.

— Надюш, как инженер скажу, чтобы создать такое свечение, требуется очень много энергии. Слишком дорого для эксперимента. Я столько месяцев следил за туманностью, давно бы уже заметил подлог. Она настоящая, хотя я был бы рад ошибаться. — Произнес Данил Андреевич. — Марин, как дела у Михаила?

Бывший водитель с неделю не выходил на связь, и Данил Андреевич начал переживать, что гиперактивный Вениамин добрался и до него, хотя он старательно его прикрывал.

— Всё хорошо. Передавал вам огромную благодарность. Очень переживает, что тогда повел себя немного глупо, поддавшись чужому влиянию. — Ответила Марина.

— Миша? А что с ним? Какому влиянию? — Не поняла Наталья. — Он что, тоже хотел переметнуться к этим бомберам?

— Да, нет, дорогая. Это было давно, и Михаил вначале немного запутался, но быстро сообразил, как надо и теперь у него все хорошо. Готовится к событию, чтобы встретить его во всеоружии.

— Он хотел бы повидаться с вами. — Произнесла Марина, почти шепотом.

— Хорошо, я сам выйду на него. Ему, кстати, тоже надо проявлять активность, а то бухгалтерия может напрячься. Была бригада и куда-то исчезла. — Посоветовал Данил Андреевич.

— Я передам. — Пообещала секретарь.

— Спасибо.

Наталья и Надя практически ничего не поняли из этого диалога. Удивленно вертели головами и понимали, насколько больше тайн хранит их муж и отец, чем рассказывает. Ночью супруга начала приставать с расспросами, о Михаиле.

— Натуль, оно тебе надо знать? Спи спокойно, не забивай себе голову. — Посоветовал Данил Андреевич.

На следующий день он отправился с инспекцией по территории, делая вид, что проводит осмотр объектов. Команда Михаила возводила вентиляционную башню над старыми подземными помещениями. Между бригадами не было полной согласованности, никто из них не вникал в чертежи всего убежища, касаясь только своей части плана, что ни у кого еще не вызвали подозрений строительные мероприятия в стороне от него.

Большая часть команды Михаила состояла из бывших работников завода. Они знали Данилу Андреевича в лицо, и он их.

— Ну, как идет процесс? — Спросил он. — Все ли материалы получили?

— Спасибо, процесс движется. Вот, делаем вентиляцию. Два дня назад бурили скважину под воду вручную. Очень трудоемкое занятие в закрытом помещении.

— Генераторы и дизельное топливо получили?

— Да, уже подключили в сеть. Завтра будем перевозить мебель, оборудование для пищеблока и туалетов.

— Хорошо, а Михаил где? — Поинтересовался директор.

— Внизу.

— Пойду, пообщаюсь.

Его провели внутрь помещения с затхлым воздухом, смешанным с запахом сварки, резаного металла и сырости. На освещение пока поскупились. Лампочки светили либо над местом работы, либо одна на всем этаже.

— Темновато у вас тут. — Заметил Данил Андреевич.

— Старая проводка сгнила, денег хватило только на это. Ничего, дело привычки. С неделю тут поживете и станете видеть, как крот. — Заметил провожатый.

Помещение состояло их четырех этажей. Самое нижнее частично затопило через трещины в стенах. Михаил находился здесь. Обутый, как рыбак в болотные собаки и толстую брезентовую куртку, резал металл «болгаркой». Помощник держал ему лампу, чтобы свет падал куда надо.

— О, Данил Андреевич. А я вам, через вашу визави телеграфировал, чтобы о встрече попросила. — Михаил обрадовался, увидев бывшего начальника.

— Привет, Михаил. Я вчера окончательно переехал на территорию завода, так что мы теперь почти соседи.

— А что так?

— Да, стало тяжело жить среди людей.

— Ясно. А мы с мужиками приняли обет молчания, чтобы ни одна душа понятия не имела, чем мы занимаемся, иначе сгнобят. — Михаил отложил «болгарку» в сторону. — Вот, водопровод делаем. До воды тут всего ничего, меньше десяти метров. Мужики насосы с дачи приволокли, трубы, собираем понемногу. Еще бы с теплой водой что-то замутить, но нам тогда солярки не хватит на все хотелки.

— Это да, оказалось, что комфорт стоит очень дорого во всех смыслах. — Данил Андреевич усмехнулся. — А по какому поводу ты хотел меня видеть? Не похвалиться же?

— Нет. Идёмте, покажу. — Михаил пошел в сторону лестницы. — Мы начали вентиляцию делать и нечаянно пробили кладку. Она была позже заделана, абы как, раствор почти без цемента. А там трубы отопления. Их обрезали, а шахту заложили, чтобы вид не портила.

— Трубы куда идут? — Данил Андреевич уже догадался.

— В ваше, так сказать, убежище. Но там тоже заложено, я проверял. Пробивать не стал, сами понимаете, мы тут инкогнито. — Михаил рассмеялся. Он подвел к зияющей дыре на высоте вытянутой руки, находящейся в конце коридора самого верхнего этажа. — Я хотел, чтобы вы знали, что в случае чего из вашего убежища можно перебраться в наше. Это моя плата за помощь. Вдруг случится так, что вам придется уходить оттуда, но так, чтобы никто не знал.

— Очень интересно. — Данил включил фонарь и посветил вглубь шахты. Свет потонул во тьме. — Сегодня же подниму все схемы и найду, где он выходит. Спасибо, Михаил, это очень важная информация. Я благодарен, что ты не поленился ее мне сообщить.

— Всегда пожалуйста, Данил Андреевич. Если бы не вы, меня бы увлекли совсем другие идеи. Скурвиться оказалось проще простого.

— Да ладно тебе, мы все оказались в такой ситуации впервые. Пока не набьешь шишек, не поймешь, как действовать.

— А там реально ничего не поменялось с этой туманностью? Может, проскочим? — Михаил хотел услышать положительный ответ.

— Мне обещали принести новые данные, но судя по намекам от их владельца, ситуация в лучшую сторону не поменялась. — Данил посмотрел на прямоугольник света выше по лестнице. — Пойду, пока не хватились. Если будут нужны материалы, обращайся.