Я заметил, что мама не прыгала от радости, когда я назвал Эмму своей невестой. Да и отец тогда напрягся. Но это не имеет никакого значения. Я давно самостоятелен и могу принимать решения сам. Они это знают.

— Приедет позже. — Ты уверен в своём выборе?

Ну вот, началось…

— Мама, я взрослый мужчина. И я люблю Эмму. — хотел ответить спокойно, но прозвучало почти как рык. — Адам, я просто хочу, чтобы ты был счастлив. — Эмма делает меня счастливым.

Мама смотрит мне прямо в глаза, но через секунду вздыхает и опускает голову.

— Она не плохая девушка... — Она лучшая. И когда ты узнаешь её ближе, то поймёшь это. — Ладно, всё, я поняла. — женщина поднимает руки вверх.

Даже как-то странно... Слишком быстро сдалась. Обычно моя мама любит выносить мозг. Может, решила подключить отца? Кстати, где он?..

— А где папа? — Сказал, что поедет по делам, а потом заедет сюда. — Надеюсь, ты не настроила его поговорить со мной о женитьбе?

Мама косится на меня, а потом усмехается. Неужели в этот раз отец не повёлся на её слова?

— Я никого не настраивала, — тихо говорит женщина и ставит передо мной ещё горячие блюда из ресторана.

С обедом покончено, а от Эммы всё ещё ни слова. Всё время поглядываю на телефон и начинаю переживать. Подожду, пока мама уйдёт, и сразу ей позвоню. Но в этот момент приходит сообщение от лисички:

"Любимый, извини, сегодня не смогу приехать. Очень важное дело. Объясню всё потом. Люблю тебя."

Важное дело?..

Вижу, как мама исподлобья смотрит на меня, а я молча набираю номер Эммы. Не отвечает.

Мне всё это не нравится. Совсем.

В палату заходит отец. Поздоровался, но я всё ещё пытаюсь дозвониться до Эммы. Слышу, как родители шепчутся, но не обращаю внимания. Набираю уже выученные наизусть цифры и слышу: «Абонент не может принять ваш вызов...»

Выключила телефон? Или сел? Чёрт возьми, что происходит?!

— Чёрт! — вырывается у меня грозный рык. — Что случилось? — спрашивает отец. — Эмма не отвечает. — Вы сегодня виделись? — Нет. Написала, что не приедет. Важные дела, понимаешь…

Что, к чёрту, она делает? Почему-то сердце не на месте. Мне всё это не нравится.

— Она не написала, где находится? — уточняет отец, и это меня удивляет. — Что происходит? — смотрю ему прямо в глаза.

Мужчина хмурится, затем потирает лоб.

— Она ищет доказательства. — Какие ещё доказательства?

В голове уже складывается пазл, и я готов немедленно поехать за лисичкой.

— Диану действительно сильно избили. Эмма хочет узнать, кто это сделал.

Я едва сдерживаю себя.

— Откуда ты знаешь? — Я встретил её возле клуба, где избили Костину. Она ещё и в гостиницу ездила…

Чёрт! Чёрт!

Пытаюсь подняться с кровати. Грудная клетка болит невыносимо, но я встаю. Однако через мгновение отец снова укладывает меня обратно.

— Я поеду к ней. Обещаю, что с Эммой ничего не случится. Слышишь? Я обещаю. — строго говорит он.

Но меня это нисколько не успокаивает.

— Ты хоть что-то выяснил? — скриплю зубами и набираю номер Марка.

Где его носит? Я же просил следить за Эммой! Я видел, как моя девочка защищала меня перед следователем. И у меня уже тогда было плохое предчувствие…

— Только имя свидетеля, который якобы видел вас с Дианой на стоянке клуба. Он и подтвердил, что это ты избил девушку. — Кто? — перезваниваю Марку. — Даниил Столкович. — Блять! — со всей силы бью кулаком по кровати. — Ты его знаешь? — Марк не берет трубку. Едь к Эмме домой. Я сброшу адрес.

Отец кивает и быстро выходит из палаты. Даня! Черт возьми! Гнев накрывает с головой.

Злюсь на этого малолетнего ублюдка. На Марка злюсь — какого черта он не берет трубку? На Эмму злюсь вдвойне. Куда она полезла? Зачем?! Меня она защищает! А должна быть наоборот…

Но больше всего злюсь на себя. За то, что отпустил ее. Отправил домой. Лучше бы она сидела здесь. Прямо рядом со мной. Черт!

В голову лезут дурные мысли. Наверное, вид у меня как у бешеного, потому что мама села в углу и молчит, только поглядывает в мою сторону. И правильно, сейчас меня лучше не трогать…

Проходит два часа. Мой телефон молчит. Какого черта?! Где они все?!

Больше не могу сдерживаться и снова набираю Марка. Даже если он еще не в курсе про братика, то я сообщу, что скоро этот мерзавец останется без зубов, а если хоть пальцем тронул Эмму… Сжимаю телефон до хруста. Не берет!

— Сынок, все будет хорошо… — мама говорит почти шепотом.

Хмурюсь и набираю номер отца. Тоже не отвечает. Они издеваются?..

— Позови врача. Пожалуйста, — говорю матери. — Сынок, тебе надо лежать. Отец все уладит, — она встает и подходит к кровати. — Мам, пожалуйста. Не заставляй меня идти его искать.

Женщина грустно выдыхает и выходит из палаты. Все, больше не могу ждать. Не могу. Сердце разрывается от переживаний за Эмму. Я с ума сойду, если с ней что-то случится… Жить не смогу. Не прощу себе…

Пока мамы нет, пробую подняться на ноги. Получается с трудом, но стою. Ничего… я сам поеду к ней домой. А если ее там нет? Тогда в отель… Я найду ее.

Дохожу до двери, понимаю, что надо вызывать такси. В одной футболке ходить не вариант. Замираю у выхода, когда дверь открывается, и заходит отец. А за ним Эмма…

Голова опущена, волосы растрепаны, куртка вся мокрая, будто ее тащили по земле. Но я не говорю ни слова.

Просто притягиваю свою девочку в объятия и слышу ее тихие всхлипы. Спокойно, Адам, она здесь. Заставляю себя выдохнуть.

— Тебе надо лежать, — хлюпает носом моя девочка. — Тогда уложи меня в кровать.

Она прижимается ближе и глубоко вдыхает. А я кайфую от ее запаха.

Успокоив нервы, с помощью отца и лисички ложусь в постель.

Эмма садится рядом, отец занимает место в углу, там, где раньше сидела мама. Оба молчат. Внимательно разглядываю девушку и сжимаю кулаки.

На губе засохшая рана, джинсы на коленях разорваны, а с нежной кожи сочится кровь. Не знаю, как сдерживаюсь, чтобы не закричать.

— Рассказывай.

Вижу, как лисичку трясет. А когда дверь в палату открывается, она вздрагивает всем телом.

— Сынок, я позвала… — мама замолкает, рассматривая нас.

Отец медленно встает с кресла и выводит ее в коридор.

— Принесу аптечку, — говорит и уходит вместе с ней.

Перевожу взгляд на Эмму. Все еще не смотрит мне в глаза. Черт, как же я злюсь, но молчу. Держу себя в руках.

Кто это с ней сделал? В голове вертится одна мысль. Даня? Скриплю зубами, и вижу, как Эмма напрягается.

Если это он, я убью этого ублюдка.

В палату возвращается отец, кладет аптечку на тумбочку и молча выходит.

— Лисичка, я жду, — говорю как можно спокойнее.

Нахожу вату, антисептик и придвигаю Эмму ближе. Лучше начать с колена, где все еще идет кровь.

— Это Даня избил Диану… — тихо говорит она, и я замираю.

Не думал, что этот парень способен на такое. Следователь показывал мне фото Дианы, и я офигел, если честно… А теперь слышу, что это его рук дело…

Обрабатываю рану и стараюсь дышать ровно, чтобы не сорваться.

— Это он сделал с тобой?

Спрашиваю и напрягаюсь. Надеюсь, что нет… Но надежда гаснет, когда лисичка кивает.

— Эмма, какого черта ты к ним полезла? — рычу, как дикий зверь, но больше не могу сдерживать гнев. — Я не могла позволить, чтобы тебя посадили… — запинаясь, отвечает она.

Блять! Со всей силы бью кулаком по тумбочке и сжимаю лисичку в объятия. Глупенькая, какая же ты глупенькая. Ради меня готова пожертвовать собой…

— Никогда больше так не делай, — шепчу ей на ухо. И слышу, как она тихо плачет…

Поднимаю ее лицо вверх. Заглядываю в покрасневшие от слез глаза и понимаю, что моя душа переполнена любовью к этой девушке. Нежно касаюсь ее губ, и она сразу отвечает. Целую медленно, хотя хочу большего. Но помню о разбитой губе.

Черт! Он за это заплатит. Очень дорого заплатит. Даже не посмотрю, что он брат моего друга.

Эмма наклоняется ближе, углубляет поцелуй, и я слышу тихий стон.