Спустились людоловы настолько тихо, что я ничего не заметил. В коридоре, застланном дымом, вообще ничего не разглядеть. Не знаю, как в полной темноте враги двигались так бесшумно. Если бы не тепловое зрение Селены, мы бы заметили их только когда они выскочили из дыма.

— Несколько человек. Идут друг за другом, — прошептала она так тихо, что я скорее почувствовал, чем услышал. — Первый почти на уровне…

Щелчок арбалета прозвучал неожиданно громко в замкнутом пространстве. Болт ушёл в темноту с сухим свистом. Раздался короткий, сдавленный крик и тяжёлый удар тела о землю. Кто-то выругался вполголоса. Селена же быстрыми и отточенными движениями перезаряжала своё оружие.

Я уже приготовился к тому, что они всё-таки полезут дальше. Пока стрелок перезарядится, у них был реальный шанс нас достать. Но они не рискнули. Опять возня, шаги назад: быстрые, но всё ещё старающиеся быть тихими. К тому моменту, когда Селена снова была готова стрелять, людоловы уже покинули туннели.

Снаружи снова загрохотало: угли, новые охапки травы. Дым стал ещё гуще. Гастон что-то кричал своим, но слов я не разбирал, различал только очень злой и недовольный тон голоса. Хорошо. Злость делает человека громче, но умнее — никогда.

Часы шли один за другим, но ничего не менялось. Больше людоловы в катакомбы не лезли, надеялись нас выкурить. А потом наступила ночь, Око Владыки взошло на небосводе, и настала наша очередь нанести ответный визит в лагерь Гастона.

Мы с Селеной для верности выждали ещё около часа. Но людоловы только накидывали горящие угли и траву — из туннеля шёл жар. В ближайшее время они туда не сунутся: иначе сами сгорят на своих углях. Час-другой до возможной повторной попытки проникнуть в катакомбы у нас был. Мы оставили свою позицию и поспешили к Лире.

Уже у наблюдательного поста искажённой встретили Лиса. Охотник держал в руках деревянный щит, из-за пояса выглядывал топор. Судьба отправленного людоловами гонца не вызывала сомнений.

— Я заметил уходящего людолова и следил за ним с километр. Потом немного расспросил, — начал рассказ охотник. — Посыльный, только отправили его не за баронским разъездом, а к визитарию в Конфлюан. Учитывая расстояние до города, дня три-четыре у нас точно есть. Никто этих людоловов раньше не хватится.

Лис достал ядро из поясной сумки и протянул мне.

— У гонца стояла обычная (F) ранговая Искра, всего 6 ОР.

— Значит, изучены только «Системные операции (F)(⅕)», «Древковое оружие (F)(⅕)» и «Щит (F)(⅕)», — я быстро прикинул, сколько потратил ОР на своё развитие людолов и какие мог взять улучшения.

— Похоже на то.

— А что людоловы тут делают?

— Ищут искажённых. Но задача не сразу ловить, а следить за ними, чтобы найти развалины храма. Гонец как раз и должен был сообщить, что отряд вышел на подходящие по описанию руины.

Похоже, его преосвященство никак не успокоится — всё хочет найти Падший Храм. Уже и второго визитария подрядил на эту работку. А тот сделал своего брата субподрядчиком. И, внезапно, успешно: Храм они нашли.

— Молодец, Лис, — поблагодарил я охотника.

— Я ещё узнал, по какой тропинке они шли от расщелины к Храму и поставил на ней несколько ловушек. Так что даже если кто сунется, далеко не уйдёт.

Я кивнул — охотник отлично выполнил свою задачу — и повернулся к Лире:

— Доклад.

— Людоловы заготовили большую кучу дров и травы. Возле лаза осталось двое, поддерживают костёр и подкидывают угли и траву в лаз. Остальные ушли в башенку. Что там делают, видно плохо, но похоже выставили нескольких дежурных и ложатся спать. А ещё пленных увели на второй этаж, в комнату с мозаикой.

Лира говорила быстро, по-деловому, но пальцы её всё равно сжимались в кулаки. Напряжение в теле выдавало то, что голос прятал.

— Понятно. Уверены, что если мы сунемся в лаз, то сгорим, поэтому и охраны так мало оставили. А про остальные выходы не знают, — сделал я вывод и достал карту.

— Мы выйдем из этого прохода прямо за башенкой, незаметно подкрадёмся, снимем часовых и постараемся освободить искажённых. Задача не перерезать всех врагов, а именно спасти пленных, — я перехватил недоумённый взгляд Лиса и добавил: — Нанести противнику максимальный урон — это второстепенная задача вылазки.

— Я пойду с вами, — твердо сказала Лира. — Я ночью вижу лучше вас всех вместе взятых. Ну если не считать Длинную.

Селена, услышав, как её в очередной раз назвали, показательно хмыкнула. Прозвище явно её оскорбляло, но доказывать что-либо девчонке искажённых, которую она своими руками вернула с того света, видимо, считала ниже своего достоинства.

— Лира, нарушишь мой приказ, рисковать остальными и спасать тебя не стану. Ты поняла? — предупредил я, и надолго задержал взгляд на нечеловеческих глазах искажённой. Мне нужно было, чтобы Лира услышала не угрозу, а правило.

— Да, командир, — не отводя взгляда, ответила девочка. И, неохотно, добавила: — В избавлении от лишних человеков ты, Эллади, разбираешься хорошо. Получше многих искажённых.

Я не знал, как реагировать на такую похвалу и проигнорировал её.

— Воспользуемся методом Джона. С пневморужья снимем часовых, потом скрытно проникнем в лагерь. Если не выйдет, то в бой не ввязываемся, используем только дистанционное оружие и сразу же отходим обратно в катакомбы, — уточнил я детали. — Час на отдых и сборы, и выдвигаемся.

Я прислонился к стене туннеля и закрыл глаза. Спать не хотелось, но расслабиться и подремать удалось. Когда время вышло, выслушал ещё один доклад Лиры, который сводился к «ничего не изменилось», и начал собираться.

Я снял кирасу — расставаться с защитой было жалко, но случайный стук о металл мог нас выдать. Потом достал дротики. Исправных осталось только три. Заполнил их ядом и положил в тубусы, которые передал Селене — нашему штатному снайперу.

Ещё раз прокрутив сегодняшнюю стычку с людоловами, я признал очевидное: с мечом мне идти нельзя. Как бы мне ни нравилось клинковое оружие, как бы ни лежала к нему душа, но системного навыка у меня не было.

— Селена, на эту вылазку я хотел бы взять твоё копьё, моё Джон сломал.

— Мне и так оружия хватает: пневморужье, арбалет и кинжал. На копьё уже не осталось рук.

— Спасибо, — тепло улыбнувшись, поблагодарил я.

— Я, пожалуй, тоже возьму копьё, — пробормотал Лис, проверяя свой лук, откладывая десяток стрел и кинжал, — если нас обнаружат и начнётся свалка, придётся отступать с боем.

Лира молча взяла в руки своё короткое копьё, проверила, легко ли выходит кинжал из ножен, и несколько раз подпрыгнула, почти синхронно с охотником — они оба проверяли, не стучит ли чего, чтобы не выдать себя звуком. На мгновение это показалось даже смешным: прыгающие взрослый охотник и маленькая искажённая, одинаково бесшумные, одинаково собранные. Только смеяться никому не хотелось.

Я окинул взглядом свой отряд. Все готовы.

— Пошли, — махнул рукой и выдвинулся в нужный туннель.

Мы выбрались из прохода за башенкой. Первым выскочил Лис, замер на секунду, прислушиваясь, потом дал знак рукой — чисто. Остальные последовали за ним, стараясь не задевать сухие ветки. Ночь выдалась облачной, и это нам помогало: свет Ока Владыки едва пробивался через рваные облака.

Селена остановилась у края зарослей и подняла руку.

— Вижу снаружи два тепловых силуэта, — прошептала она. — Один у самой стены башенки, стоит в густой тени, обычным зрением не увидишь. Второй — метрах в сорока, ходит вдоль периметра.

Девушка вскинула пневморужье и сразу же его опустила.

— Я первого снять не смогу: сквозь прицел тепло не вижу. Только второго.

Я мысленно выругался: других прицельных на пневморужье не было. Стрелять на пятьдесят метров в темноте по стволу — это почти гарантированный промах. А если Селена выстрелит из арбалета, то не факт, что убьёт мгновенно. Ещё и арбалетный щелчок довольно громкий и характерный.