– Мы что, все пропустили? – спрашивает Пейтон, волоча Страйкера к нашему столику.

– Да, я думаю, что торговля окончена, – говорит Хани, обнимая ее, потом Киру и Эверли. – У меня осталось три банки.

– Мы их возьмем! – говорит Эверли, и Арчер тянется за кошельком.

– Нет, эти банки за наш счет. Думаю, я у тебя в долгу после того, как ты оплатил счет за агентство знакомств «Любовные укусы», – говорю я ему с ухмылкой, и он сухо на меня смотрит.

– Нет, мы должны за них заплатить. Арчер был рад помочь вам всем с «Любовными укусами». Не так ли, малыш? – говорит Эверли, поворачиваясь к своей паре, и Арчер просто кивает, передавая Хани две двадцатидолларовые купюры.

– Конечно. Настоящую любовь невозможно оценить, я всегда так говорю, – говорит Арчер, и я вижу, как Роман тихо смеется у него за спиной.

– Это правда, – говорит Страйкер с серьезным лицом, и я прикусываю губу, чтобы сдержать смех.

– Мы идем обедать? – спрашивает Кира, потирая руками свой живот.

– Да, пожалуйста! – говорит Хани, и я киваю, хватая несколько пустых ящиков.

Роман, Страйкер и Арчер берут остальных, пока Берк, Уэллс и Рул помогают снять вывеску и разобрать будку. Мы все упаковываем в мгновение ока, и я помогаю Хани сесть на пассажирское сиденье моего грузовика, целуя ее, прежде чем закрыть дверь.

– Увидимся в «Линкольне»! – кричу я своим друзьям, и они кивают, машут мне рукой и садятся в свои машины.

– Это был хороший день, Хани? – спрашиваю я, когда мы выезжаем со стоянки.

– Да, идеальный. Единственное, что могло бы сделать это лучше, – это один из тех шоколадных тортов, – говорит она с мечтательным вздохом.

– Я позабочусь, чтобы ты его получила, – обещаю я ей, и она улыбается, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в щеку, пока мы направляемся по улице к любимой закусочной Хани.

Я все еще слежу за тем, чтобы моя пара получила все, что ей нужно. Хани знает, что я переверну небо и землю, чтобы заставить ее улыбнуться, и я собираюсь убедиться, что мой сын тоже это знает.

– О чем думает мой большой медведь? – спрашивает меня Хани, и я протягиваю руку, переплетая наши пальцы.

– Как же сильно я тебя люблю, – говорю я, целуя тыльную сторону ее ладони.

– Почти так же сильно, как я люблю тебя, – говорит она, и я ухмыляюсь.

Она всегда так говорит, и я слишком ее люблю, чтобы поправлять.

– Давай назовем это ничьей, – говорю я ей, и она смеется, когда мы заезжаем на парковку.

– Ничья, мне нравится. Так мы оба выигрываем.

Я ухмыляюсь ей, наклоняюсь, чтобы поцеловать ее, и глушу двигатель.



Хани

Пять лет спустя…

Я УЛЫБАЮСЬ, наблюдая, как мой муж поднимает нашего младшего на плечи и носит его по заднему двору. Сегодня день рождения Рори, нашей средней дочери, и все пришли праздновать.

Кристофер, наш старший, подпрыгивает на батуте, и я ухмыляюсь, наблюдая, как он отскакивает от стены, смеясь как сумасшедший.

Из наших троих детей Кристофер, безусловно, самый бесстрашный. Он любит слушать истории о том, как Клифф и ребята воевали за границей, и у меня есть тревожное предчувствие, что он пойдет в армию, когда станет старше. Клифф уже пообещал мне, что попытается увести его от этой карьеры и направить на более безопасную, но как только Кристофер на что-то настроится, его трудно переубедить.

Саймон указывает на что-то, и я вижу, как Клифф поворачивается в том направлении. Моя пара так нежен с нашими детенышами. Он терпелив с ними и может часами исследовать с ними окрестности каждый день.

Теперь, когда мы избавились от стаи «Черный лес», это делать безопаснее. Думаю, правильнее будет сказать, что стая распалась, и теперь некоторые ее члены стали частью нашей.

Она неофициальная, и у нас нет альфы или беты, как в других стаях. Вместо этого Клифф, Берк, Уэллс и Рул принимают важные решения вместе. Это отлично работает уже более четырех лет, и мне нравится видеть, как наше сообщество растет с такими хорошими людьми.

– Нужна помощь с чем-нибудь? – спрашивает Санни, и я, отряхиваясь от своих мыслей, возвращаюсь на кухню за едой, которую только что расставила на подносах.

– Ты можешь помочь мне это вынести? – спрашиваю я, и она, широко улыбаясь, берет поднос с кексами.

Я должна была догадаться. Санни – самая большая сладкоежка из всех, кого я когда-либо встречала.

Я просто смеюсь, хватаю торт и иду за ней на улицу.

– Готовы спеть «С днем рождения»? – кричу я, и дети ликуют, хотя я думаю, что это больше связано с тортом и кексами.

Я смеюсь, когда Клифф сажает Рори на табурет у центра стола, а она ухмыляется, увидев торт в виде единорога, который я ей испекла.

– Готова? – спрашивает Клифф, ухмыляясь, и я киваю, и мы начинаем петь «С днем рождения» нашей милой девочке.

Наш медовый бизнес действительно пошел в гору, и мне нравится, что я сама себе хозяйка. Что я могу делать то, что люблю, с тем, кого люблю, каждый день своей жизни.

Клифф – лучшее, что со мной случалось. Он дал мне эту жизнь, наших детей и мое будущее. Я не могла просить большего.

– Загадай желание, милая, – говорит Клифф Рори, и я улыбаюсь, когда она задувает свечи.

Клифф смотрит мне в глаза, еог взгляд понимающий. Я уже несколько недель хочу попробовать завести еще одного ребенка, и сегодня я думаю, что мое желание, наконец, сбудется.

Я посылаю ему воздушный поцелуй, все кричат «ура», а он просто ухмыляется мне в ответ.

Моя одинокая пара больше никогда не будет одинок, и, учитывая все, что он мне дал, я тоже не буду одинока.