Не падайте духом, поручик Голицын,
Корнет Оболенский, седлайте коня.
Мелькают Арбатом знакомые лица,
С аллеи цыганки заходят в кабак.
Подайте бокалы, поручик Голицын,
Корнет Оболенский, налейте вина.
А где-то ведь рядом проносятся тройки…
Увы не понятна в чем наша вина.
Не падайте духом, поручик Голицын,
Корнет Оболенский, седлайте коня.
А в сумерках кони проносятся к Яру…
Ну что загрустили, мой юный корнет?
А в комнатах наших сидят комиссары
И девочек наших ведут в кабинет.
Над Доном угрюмым идем эскадроном,
На бой вдохновляет Россия-страна.
Раздайте патроны, поручик Голицын,
Корнет Оболенский, надеть ордена.
Ах, русское солнце — великое солнце,
Корабль «Император» застыл, как стрела…
Поручик Голицын, а может вернемся?
Зачем нам, поручик, чужая земля?
Евгения восторженно слушала песню, прижав сжатые кулачки к горящим щекам, отметив после ее завершения — Какая красота! Неужели сами сочинили, Сергей?
Вмешался несносный Федька — Куда ему, он даже дара лишен, а не то что…
Его старший брат дал ему «леща», остановив поток словоблудия — Песня мощная, только я не понял от кого мы, князья, бежим из родной земли и кто такие комиссары?
Я мысленно дал себе втык, забыв пропустить припев по комиссаров — Когда я сочинял эту песню, я представил, что простой народ взбунтуется, так же, как и когда-то он пошел за атаманом Стенькой Разиным и казаком Пугачевым, объявившим себя царем. А комиссарами назовут опричников новой власти, так как новая структура безопасности будет носить наименование Чрезвычайная Комиссия, без суда и следствия уничтожавшая дворян как клопов.
— Ну у тебя и фантазия, Серж, аж жутко стало! — Георгий покачал головой и продолжил — но песня действительно сильная, запиши пожалуйста слова, я отца удивлю — еще никто не написал песню с упоминанием нашего рода! А возможность проигрыша одаренных в войне с простецами позабавит его.
Я кивнул, довольный тем, как я вывернулся. В этой реальности все эти бунты тоже случились из-за нищенского состояния простых людей. Так как Романовы не стали царями, то и Петра Великого, положившего уйму народа в могилы своим неумелым руководством не было. А значит не было и его таких же дебильных потомков. В этой реальности Пугачев объявил себя царем Иваном, взамен погибшего от клыков матерого кабана — кабан вскрыл ему артерию и спасти царя подоспевшие только через десять минут лекари не успели.
Михаил, пытаясь видимо подражать кому-то из взрослых, слова произносил не спеша и как бы задумываясь над ними — Дед попросил тебя, кузен, подучить фехтованию. Ты не против?
— Я всегда за, чего тянуть кота за яйца, можем пройдем в спортзал, там и переоденемся.
Когда наша компания ввалилась в спортзал, там на моих!!! пеньках Роман проводил бой на саблях с одним из охранников, еще четверо ждали своей очереди. Голицыны направились поближе к тренирующимся охранникам, а мы с втроем — в раздевалку, в которой хранились защитные комплекты для схваток на холодном оружии.
На площадке для фехтования мы появились через пятнадцать минут в комплектах из нановолокна и композиционных материалов, защищающих корпус и конечности, наши головы защищали шлемы с металлической решеткой.
Роман, заметив нас, прекратил тренировку и подвел своих подчиненных к поближе к нам — Ваши сиятельства! Мы не помешаем? Было бы познавательно посмотреть ваш учебный поединок!
При словах начальника охраны его подчиненные улыбнулись, постаравшись скрыть свои усмешки.
Михаил кивнул — Я не против, а вы, кузен?
Я подошел к своему футляру и достал из него клинки — Я тоже не против — у меня найдется кое-что, чему не грех поучиться даже таким громилам! Только я предлагаю провести бой сразу против вас обоих, кузены! Да, и советую вам взять щиты — поединок не станет для вас легким. А вы, кузен! — повернулся я к Голицыну, не желаете помахать клинком? Двоих противников мне будет маловато.
Федька радостно меня поддержал — Давай, Жорка, переодевайся — надерем все вместе этому засранцу задницу! А то он чегой-то о себе возомнил!
— Фи! — княжна Голицына поджала губы и укоризненно покачала головой — Вы выражаетесь, мой дорогой кузен, как грузчик в порту! Где ваше воспитание?
Голицын посмотрел на меня, прищурив глаз, затем махнул рукой — хорошо, если моим кузенам потребуется помощь, то я обязательно скрещу с тобой саблю, Серж!
Дождавшись выхода из раздевалки Георгия, я прекратил свою разминку и с двумя клинками вышел в центр площадки.
Братья воспользовались моим предложением и в левую руку взяли щиты: младший круглый скандинавский из металлопластика с умбоном, а старший — небольшой баклер из того же материала.
Начальник охраны рукой подал сигнал к началу поединка и Федор бросился на меня, пытаясь достать саблей мой левый бок. Отведя своей саблей клинок кузена, я обозначил удар мечом в голову и, дождавшись поднятого щита, ударил ногой в нижний край щита. Верх щита врезался в решетку, защищающую лицо, Федька от мощного удара отлетел назад, с трудом встал на четвереньки и потряс головой — видно словил нокдаун.
Михаил переглянулся с Георгием и тот согласно кивнул — в бой они бросились одновременно, растягивая мою защиту, разошлись в стороны и атаковали мои руки, при этом Жорж умело действовал баклером, не только защищаясь и но и пытаясь наносить им удары, демонстрируя всю технику, которую он получил от своего знаменитого учителя фехтования.
Оба моих клинка работали будто каждый сам по себе, успевая и атаковать и защищаться, кузенов мой стиль работы клинками сбивал с толку своими скупыми движениями, мое тело уходило от чужих ударов ровно на столько, что бы чужая сталь проносилась мимо буквально в волоске от кожи.
Федор все-таки нашел в себе силы подняться на ноги и попытался напасть на меня со спины, намериваясь ударить в правое плечо, я же едва сдвинулся вправо и когда меч просвистел справа от меня, ударом ноги назад опять вывел братца из игры — тот упал и потерял сознание. Левой ногой я нанес лоу-кик Жоржу и тот сразу припал на колено, а мечом я подцепил саблю Михаила и круговым движением выбил у него клинок из рук, на противоходе наметив удар мечом ему в шею.
— В поединке победил княжич Сергей! — Роман прекратил состязание за явным моим преимуществом и я поклонился своим кузенам и кинул взгляд на Евгению — та с сожалением смотрела на проигравшего брата, задумчиво поглядывая на меня.
После душа и парной посвежевшие родственники вышли из раздевалки и Георгий окликнул сестру, наблюдавшую за тренировками дружинников моего деда.
Та немедленно подошла и поинтересовалась — Чем займемся? Может в шопингом? В Москву сгоняем и обратно?
Федька посмотрел на наручные часы и засомневался — рановато еще, парни, может на полигон дойдем — хоть там нос Сержу утрем.
Я непонимающе посмотрел на кузена и тот махнул рукой — Ах, да ты ж не помнишь ничего. В поселке есть учебный полигон для занятий одаренных, пускай Жорж нам покажет, чему его Голицыны научили, его род знаменит земляными техниками. Ты вроде, Жорж, уже сдал экзамен на старшего ученика?
За брата с гордостью ответила его сестра — Мой старший брат смог удивить своих экзаменаторов скоростью каста земляных оков, а его каменное копье было близко к уровню подмастерья!
Я заинтересовался возможностями одаренных и поддержал Федора дойти до полигона, расположенного посреди поселка недалеко от пруда. Полигон напоминал спортивную арену — с одной стороны бетонной площадки размером с футбольное поле находились под навесом три яруса с пластиковыми сидениями примерно на двести человек, а с противоположной стороны поднималась бетонная основательная стена. На площадке были установлены металлические мишени в виде человеческих профилей, стоял обгоревший остов танка, чуть поодаль практически целый второй, броня которого будто пострадала от метеоритов, в нескольких местах лежали кучи земли и камней.
