"Этого может и не случиться", - защищаясь, сказала Бриджет.

"Несколько дней назад ты сказала мне, что никто в твоей школе не позволяет тебе ничего сделать, потому что они боятся, что их обвинят, если что-то пойдет не так", - напомнил я ей. "А тебе не приходило в голову, что, возможно, они правы? Они просто пытаются прожить день и вернуться домой к своим семьям без того, чтобы какой-то богатый засранец разрушил их жизнь из-за того, что его дочь поцарапала коленку. Честно говоря, мне кажется, что они просто поступают умно".

"Тогда что же мне делать?"

"Дело не в тебе", - сказал я ей. "Вот чего ты, похоже, не понимаешь. Это не какой-то тематический парк, куда ты отправляешься, чтобы получить опыт рейдера. Я не знаю, кого найду, когда доберусь до места сбора этого рейда, но готов поспорить, что все до одного зарабатывают этим на жизнь. А когда ты чем-то зарабатываешь на жизнь, последний, кого ты хочешь видеть у себя за спиной, - это тот, кто пришел сюда только потому, что ему скучно".

"Я не парень".

"От этого не лучше".

Мы стояли на темной улице и смотрели друг на друга несколько секунд. "Последний шанс", - сказал я. "Ты собираешься делать то, что тебе говорят?"

"Хорошо", - фыркнула Бриджит.

Она не выразила особого энтузиазма, но это было уже что-то. "Хорошо", - кивнул я. "Держись подальше от глаз. И это также касается твоего телохранителя".

Бриджит одарила меня притворно невинным взглядом. "Что?"

"Ты знаешь "что", - ответил я ей. Невидимое присутствие рядом с ней молчало на протяжении всего нашего разговора, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Я догадывался, что это такое, и не зря держался от него подальше. Я надеялся, что у Бриджит все под контролем. "Ладно, пошли".

Через несколько минут мы пришли к месту встречи. Там была небольшая поляна в форме полумесяца, погруженная в тень, если не считать оранжевого отблеска уличного фонаря.

"Здесь мы разделимся", - сказал я Бриджит, остановившись. "С этого момента оставайся незамеченной."

"До каких пор?"

"Пока я не скажу тебе иначе".

Бриджит не ответила. Я посмотрел на нее.

"Что?"- спросила она.

"Сейчас", - сказал я ей.

Бриджит закатила глаза и исчезла из виду. В воздухе не было заметно искривления, как это было, когда я использовал свой сигл невидимости; казалось, она просто растворилась в воздухе. Все, что можно было разглядеть, - это очень слабое искажение, и даже тогда мне приходилось двигать головой из стороны в сторону, чтобы убедиться в этом. Я почувствовал легкую зависть: сколько я ни старался, мой сигл даже близко не соответствовал сиглу Бриджит.

Я услышал слабый звук удаляющихся шагов, сопровождаемый щелканьем когтей. Затем глубоко вздохнул, для уверенности потрогал кольца с сиглами на пальцах, повернулся и направился к фонарю.

Когда я приблизился, в неоновый свет вышел мужчина. На нем были белые фирменные кроссовки, спортивный костюм в полоску разных оттенков синего и несколько толстых колец золотого цвета. Его волосы были подстрижены в стиле "маллет". "Эй, эй!" - позвал он с польским акцентом. "Ты наш восьмой номер?"

"Э-э", - произнес я. "Кажется, да?"

"Ты не торопился, да?" Он поманил меня.

Я осторожно двинулся вперед, искоса поглядывая на парня. Ему было лет тридцать-сорок, подтянутый и начинающий полнеть. Когда я подошел ближе, до меня донесся запах лосьона после бритья, который заставил меня сморщить нос. Я попал в нужное место?

Но когда я оказался в тени и мои глаза привыкли к темноте, я увидел фигуры еще примерно полудюжины людей, прятавшихся за деревьями. Они держались в стороне, наблюдая.

"Ты в нужном месте, малыш?"- спросил мистер Маллет. Он ухмылялся не совсем дружелюбно.

"Я как раз об этом подумал, когда увидел тебя", - ответил я ему.

"Просто болтаю, просто болтаю!"

Один из мужчин в тени что-то крикнул на незнакомом мне языке. Парень с маллетом ответил, тот, что был в тени, снова что-то сказал, и они рассмеялись.

Я стоял молча.

Маллет обернулся, ухмыляясь. "Он интересуется, что корпорации посылают сейчас детей".

"Я не ребенок", - коротко ответил я. У меня было предчувствие, что это может случиться. Может, мне и двадцать один, но я выгляжу как чересчур симпатичный подросток, и хотя иногда это может сыграть мне на руку, на самом деле чертовски раздражает, когда пытаешься заставить людей воспринимать тебя всерьез.

"О?" Маллет задумчиво посмотрел на меня. "Может, покажешь нам, на что ты способен?"

"Отвали", - сказал я ему.

В глазах Маллета появилось озорное выражение. "Так в чем дело? Может, ты сынок одного из сотрудников корпорации, а? Пришел присмотреть за нами для своего папаши?"

"Нет!"- быстро ответил я, но вред уже был нанесен. Маллет отступил в тень, и теперь двое мужчин за его спиной что-то бормотали на своем родном языке, бросая на меня подозрительные взгляды. Я молча выругался: теперь они подумают, что я здесь для того, чтобы шпионить за ними. Отлично.

Затем чей-то голос окликнул меня с другой стороны. "Эй!"

Я оглянулся: в тени стояла пара фигур, но я не мог разглядеть их лиц. Пожав плечами, я подошел ближе. Может, кто-то все-таки готов довериться мне...

Когда я приблизился и мои глаза привыкли к темноте, то понял, что в этих двух фигурах есть что-то знакомое. Оба были плотного телосложения, с темными волосами и восточноевропейской внешностью. В тени трудно было разобрать их лица, но у меня возникло ощущение, что я видел их раньше.

"Я же говорил, что поиск - дерьмовая работа", - сказал тот, что стоял ближе.

"Па-, это ты!"- произнес я с ухмылкой, в последнюю секунду вспомнив, что не стоит называть имен. Павел, наверное, не оценит, если я его выкрикну. Антон без улыбки кивнул мне из-за плеча Павла.

Павел и Антон были парой румынских искателей, с которыми я познакомился ранее в этом году. Они, как и я, работали на “Линфорд”, и именно благодаря изучению их камней я понял, как делать непрерывные сиглы. "Вы все еще работаете на “Линфорд”?"- спросил я.

Мы потратили пару минут на то, чтобы наверстать упущенное; очевидно, ответом на мой вопрос было "да", но были некоторые сложности, которые Павел не горел желанием обсуждать. Антон промолчал; из них двоих он всегда был менее дружелюбен. На самом деле, если честно, я не дружил ни с кем из них, но это был шаг вперед по сравнению с окружением незнакомцев.

"Так кто же этот маллет?"- спросил я.

"Что?"- переспросил Павел.

Я кивнул. "Он".

"Ты имеешь в виду Бу?"- спросил Павел. Он произнес это имя как "боу", в смысле "лук со стрелами".

"Так его зовут?"

И Павел, и Антон рассмеялись.

"Он здесь главный?"- спросил я. "Начальник?"

Антон фыркнул и сказал что-то по-румынски. "Просто болтун", - перевел Павел.

"Так кто решает, когда мы начнем?" спросил я. "Есть ли сигнал или...?"

"Э-э"

Я огляделся. Кроме Павла и Антона было еще четверо, и по тому, как они двигались и разговаривали, у меня начало складываться впечатление о нашей компании. Во-первых, был Бу - я уверен, что не должен так его называть, но это было единственное имя, которое у меня было - и другой поляк, с которым он разговаривал. Следующих двух мужчин я не знал, а когда спросил Павла и Антона, кто они такие, они только пожали плечами. Оба выглядели как типичные поисковики, крепкие и суровые, с настороженным взглядом тех, кто привык получать от жизни неприятности.