Минивэн выехал с моей улицы и свернул на шоссе А. Я не мог ничего разглядеть позади нас, не вытягивая шеи, поэтому у меня не было возможности узнать, заметил ли нас Колин. Я чертовски надеялся, что он обратил на это внимание.

Мы поехали на север, к вокзалу Стратфорд. Доехав до него, Дизель свернул налево на шоссе A11.

"Куда мы едем?"- спросил я.

"Заткнись", - рыкнул мне Дизель.

Мы поехали на запад, в центральный Лондон. Сквозь тонированные стекла пробивался красный свет светофоров. Фургон замедлил ход, остановился, как только загорелся зеленый, и снова остановился на следующем светофоре.

Мне пришло в голову, что я могу устроить аварию прямо сейчас. Подождать, пока Дизель наберет скорость, а затем ударить его своим сиглом сбоя. Они со Шрамом, вероятно, даже не поймут, что происходит, пока не станет слишком поздно. Но все, что это сделает, - вернет меня к исходной точке.

Нет, решил я. Подожду. Фургон ехал сквозь ночь.

Мы ехали, наверное, полчаса. Я следил за ориентирами, ожидая, что фургон повернет на север, к особняку Эшфордов, но вместо этого мы все дальше и дальше углублялись в центр Лондона. Движение становилось все плотнее, а паузы на светофорах - все длиннее.

Только доехав до Холборна, мы начали поворачивать. Я воспользовался возможностью выглянуть в боковые окна, пытаясь разглядеть, не следует ли за нами Колин. Я увидел фары других машин, но из-за темноты и тонированных стекол не смог определить, его ли это машина.

И только когда я мельком увидел бело-черные стены и остроконечные крыши, что-то шевельнулось в моей памяти. Но не успел я присмотреться, как фургон свернул с улицы. Через лобовое стекло я увидел, как поднялся желтый шлагбаум, затем машина наклонилась, и мы поехали по пандусу через туннель с бетонными стенами.

Мы выехали в подземный гараж. Дизель загнал фургон на одно из парковочных мест и выключил двигатель. Шрам открыл боковую дверцу и вышел. Я последовал за ним и огляделся.

Гараж был большим и мрачным, весь из серого бетона и прямых линий. На полу белой краской были выделены парковочные места, но лишь немногие из них были заняты. Выхода было только два: пандус, по которому мы въехали, и единственная маленькая дверь в дальнем конце, с зеленой светящейся табличкой EXIT.

Шрам достал телефон; он набрал номер и, пока я наблюдал за ним, поднес трубку к уху, ожидая ответа и не сводя с меня глаз. Дизель вылез с другой стороны фургона. Что-то щекотало мои чувства. Я сосредоточился на своем эссенциальном зрении…

Свет хлынул на меня. Над нами, в направлении той двери, был Колодец Света, очень мощный. Более того, он был мне знаком. Где я был...

А потом я в одно мгновение собрал все воедино. Мы находились под Колодцем на Ченсери-лейн, тем самым, который я нашел в апреле, и за который, по словам Бриджит, отвечал Калхун. Внезапно я понял, зачем меня сюда привезли.

"Мы здесь", - сказал Шрам в телефон, а затем дождался ответа. "Да... Хорошо." Он повесил трубку и повернулся ко мне. "Пойдем".

"Нет", - сказал я ему.

"Я не спрашивал".

"Вы собираетесь совершить налет на этот Колодец и свалить все на меня", - сказал я Шраму. "Не так ли?"

Выражение лица Шрама не изменилось, но по отсутствию у него реакции я сразу понял, что был прав. Не было никакого смысла в их желании, чтобы я выполнял какую-то работу. Эшфорды могли найти кого угодно, кто мог бы сделать это лучше, чем я.

За исключением тех случаев, когда "работа" заключалась в том, чтобы стать козлом отпущения. Тогда принуждение меня к этому имело смысл.

"Туда", - произнес Шрам, кивнув в сторону двери с надписью EXIT.

"Что, так я попаду на камеры наблюдения?"

"У нас нет времени на это дерьмо, - сердито прорычал Дизель. "Отметель его и затолкай туда".

Я перевел взгляд со Шрама на Дизеля, оценивая расстояние. Шрам был примерно в трех шагах от меня, Дизель - рядом с фургоном. Тот, на кого я не нацелюсь, мог свободно преследовать меня.

Ладно, решил я. Давай сделаем это. Я почувствовал, как по моему телу пробежал всплеск адреналина.

"Послушай, парень, - заявил мне Шрам. "Так или иначе, ты войдешь в эту дверь. Ты можешь сделать это простым способом или..." Шрам замолчал, нахмурившись, и его взгляд скользнул мимо меня, когда в гараже раздался тихий, быстрый топот.

Я повернулся.

По пандусу мчалось серое пятно, а затем, как стрела, метнулось к Дизелю. Я успел заметить отблеск сигла усиления, прежде чем Хоббс с воплем баньши прыгнул на него.

Дизель закричал, отшатываясь назад. Хоббс вцепился в ногу Дизеля, его лапы двигались, как четыре крошечные циркулярные пилы, а Дизель безуспешно пытался отпихнуть его вместо того, чтобы схватить. Но к этому моменту я послал луч из своего сигла-сбоя прямо ему в грудь.

Вся работа, которую я вложил в этот проект - от нанесения себе увечий до осознания того, что я сделал неправильно, и превращения этой же ошибки в оружие, которое можно использовать против кого-то другого, - окупилась в этот момент. Когда мой луч коснулся сигла Жизни на груди Дизеля, регулятор в нем отключился, и эссенция, поступающая в его тело, вышла из-под контроля. Хватающая рука Дизеля промахнулась, и он попытался снова, но переборщил с коррекцией равновесия, дернувшись. Я увидел, как его глаза расширились от боли, и понял, что он, вероятно, только что порвал полдюжины мышц; его нога подломилась, и он с грохотом рухнул на землю.

Краем глаза я уловил какое-то движение и, обернувшись, увидел, что Шрам пытается схватить меня. Я увернулся, но его пальцы вцепились в мой рукав и дернули, пытаясь притянуть к себе. Вместо того чтобы сопротивляться, я позволил себя подтащить, и за долю секунды до того, как врезаться в него, включил свой сигл-вспышку.

Вспыхнул свет, и Шрам выругался, ослепленный. Мы отскочили друг от друга, но Шрам продолжал держать меня за рукав; я развернулся и стал наносить удары сжатым воздухом по голове Шрама. Он получил пять ударов от моего сигла, отмахнулся от них, а затем ударил меня кулаком в грудь.

Ощущение было такое, будто меня лягнула лошадь. От удара у меня перехватило дыхание, и я упал на колени; перед глазами поплыли серые точки, но мне удалось остаться в сознании. Шрам потер лицо свободной рукой, поморгал, а когда сердито перевел взгляд на меня, я запустил еще одну вспышку прямо ему в лицо.

Шрам вскрикнул и на этот раз отпустил меня. Я упал на бетон, перекатился назад, затем поднялся, нацелив свой сбоящий сигл, и со всей силы ударил им по Шраму.

На этот раз эффект был более впечатляющим. Шрам как раз выпрямлялся, когда сигл на его груди взбесился, он потерял равновесие и упал навзничь. Его голова с треском ударилась о бетон, и он остался лежать, оглушенный.

Я повернулся к Дизелю, но обнаружил, что он свернулся калачиком и не шевелится. Хоббс рыскал вокруг него, размахивая хвостом; каждый раз, когда Дизель делал движение, Хоббс прыгал вперед, выставив когти и готовый нанести удар, пока Дизель снова не замирал. Оглядевшись, я увидел, что остался один. Бой был окончен.

"Похоже, это был сложный способ", - сказал я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Хоббс издал гортанный угрожающий звук.

Звук бегущих шагов заставил меня посмотреть в сторону пандуса как раз вовремя, чтобы увидеть, как Колин выбежал из-за угла и резко затормозил. Он посмотрел на меня, затем на Шрама, Дизеля и Хоббса.

"Приятно, что ты появился", - сказал я ему.

Колин уставился на мужчин на земле, потом на меня. "Чувак. Какого черта?"

Я бросил последний взгляд, чтобы убедиться, что Шрам и Дизель не собираются вставать, а затем направился к фургону, чтобы попытаться забрать Хоббса. "Ладно, во-первых, спасибо, что последовал за мной", - сказал я Колину. "Во-вторых, почему Хоббс не в своей переноске?"