Я проделал еще несколько упражнений, чтобы успокоиться, направляя свою личную эссенцию в различные предметы и возвращая ее обратно, прежде чем она смогла перестроиться, и, наконец, направил ее в Хоббса, создав своего рода цепь, по которой моя эссенция перетекала бы в него, а его - обратно в меня. Хоббс смирился с этим неудобством, слегка чихнув - он определенно чувствует этот трюк, хотя, похоже, терпит. Затем настало время формирования.
Шейпинг - третья, последняя и самая трудная из дисциплин. Я занимаюсь друкрафтом с десяти лет, но сформировать сигл мне удалось только в девятнадцать. Это было полтора года назад, и созданный мной сигл покоился в коробке на моей кровати. Затем последовали двенадцать месяцев ожидания. Двенадцать медленных, терпеливых, разочаровывающих месяцев, пока в сентябре прошлого года я не создал сигл, который сейчас был у меня на пальце.
Я потянулся к окружающей меня эссенции, пытаясь собрать ее. Это было намного сложнее, чем активировать сигл: потоки в воздухе не были настроены на меня и не реагировали на мои мысли. Я должен был превратить свою личную эссенцию в своего рода вихрь, создавая потоки, которые втягивали бы свободную эссенцию, пока она не стала бы достаточно концентрированной, чтобы я мог использовать свою личную эссенцию для "раскрашивания" ее в нити, как если бы свободная эссенция была чернилами, а моя личная эссенция - кистью для каллиграфии. Даже со всей моей практикой это было похоже на попытку поймать дым, и мне потребовалось несколько минут терпеливой работы, прежде чем я смог сформировать ее в конструкт, который парил над моей ладонью, словно сплетенный узел невидимых линий.
Конструкт эссенции - это первый шаг к созданию сигла, как карандашный набросок перед картиной. Я уже, наверное, создал тысячи конструктов, но все еще испытываю некоторое удовлетворение от того, что делаю это хорошо — я прошел долгий путь с тех пор, как моему отцу приходилось обучать меня шаг за шагом. Если бы я хотел превратить этот конструкт в сигл, то следующим шагом было бы его сжатие, втягивание все большего количества эссенции, по мере того как конструкт становился все плотнее и плотнее, чтобы стать ядром сигла. Конечно, если бы я попробовал сделать это прямо сейчас, ничего бы не вышло. Когда вы формируете сигл по-настоящему, вы создаете материю из чистой энергии, а для этого требуется огромное количество эссенции. Единственное место, где ее можно найти, - это Колодец.
Этот конкретный конструкт был проектом, над которым я работал с января. Идея заключалась в том, что вместо того, чтобы создавать свет, этот сигл будет перенаправлять его, создавая поле, которое свет будет огибать. В результате должно получиться что-то вроде сферы невидимости - пока сигл активен, никто за пределами радиуса сферы не сможет ничего увидеть.
Или, по крайней мере, таков был план. По правде говоря, я понятия не имел, сработает ли это. К тому времени я уже довольно хорошо понимал, как создавать легкие сиглы, но это было нечто совершенно иное и гораздо более сложное. Поскольку я не мог на самом деле увидеть конструкт, мне приходилось работать на ощупь, что на практике означало отбрасывать его и воссоздавать с нуля снова и снова.
У меня было ощущение, что я иду по неверному пути. Отец говорил, что профессиональные шейперы могут делать сиглы довольно легко, так что, должно быть, я упустил какой-то трюк. Но, поскольку мне не у кого было поучиться, пришлось разбираться во всем этом на основе первых принципов, что означало массу догадок. Насколько я знал, если продолжить формировать этот сигл, это вообще ничего не даст.
Именно это произошло с моей первой попытки, три года назад. Я практиковался и практиковался, но, когда пришло время создавать сигл, я потерпел неудачу, и эссенция пропала зря. Я был близок к тому, чтобы расплакаться, но отец отнесся к этому со смехом. Он сказал мне, что все ошибаются в первый раз, что я справился лучше и подобрался ближе, чем многие. Это подбодрило меня, и я с головой окунулся в тренировки, решив в следующий раз сделать все правильно.
И вот, когда у меня наконец получилось, его рядом не было...
Я резко вынырнул из своих мыслей. В комнате было темно: пока я тренировался, солнце село. На улице последние лучи солнца гасли в небе. Хоббс встал, потянулся и направился к двери, выжидающе глядя на меня.
Я позволил конструкту распутаться, затем переоделся в свою спортивную одежду и спустился вниз, выскользнув наружу и закрыв дверь, когда Хоббс рысью побежал через улицу. Я огляделся в поисках каких-либо следов той утренней машины, но ее уже не было. Может, и правда ничего не происходит.
Если дойти до угла моей улицы и повернуть налево, то попадете в небольшой переулок. Слева - сады, жимолость и плющ, обвивающие заборы из деревянных реек, а справа - задние входы в магазины, выходящие окнами на Плейстоу-роуд. Гравий хрустел под ногами, когда я обходил мусорные баки; повсюду возвышались красные и серые черепичные крыши, силуэты телевизионных антенн и спутниковых тарелок вырисовывались на фоне темно-синего неба. Выше и правее виднелся многоквартирный дом, на металлических балконах которого хранились велосипеды. В окнах горел свет, но был холодный мартовский вечер, и никто не вышел на балкон, чтобы посмотреть, как я прохожу мимо.
Переулок заканчивался сараями. Я забрался на мусорный бак и подтянулся, рифленое железо скрипело под моими ногами, когда я шел по плоским крышам. Тучи и дождь ушли, и небо было чистым до самого горизонта, переходя из лазурного в серо-голубой цвет, который смешивался с сиянием города. Я дошел до конца сараев и спрыгнул на небольшое открытое пространство, отгороженное садовым забором и кирпичной стеной с дальней стороны. Когда-то здесь был твердый бетон, но одуванчики и райграс проросли сквозь него и раскололи его своими корнями, превратив его в буйную поросль. В одном углу росла дикая вишня, еще молодая, но уже с новыми листьями, тянущимися к небу.
Большинство людей, видевших мою комнату на Фоксден-роуд, подумали бы, что я остановился там, потому что она была дешевой. Они были бы правы наполовину, но только наполовину. Главной причиной, по которой я здесь жил, был этот Колодец.
Колодцы - это точки сбора, места, где собирается и скапливается эссенция, а эссенция здесь была настолько концентрированной, что я мог чувствовать ее, даже не пытаясь. Это действительно было похоже на колодец, на резервуар энергии, жизни и потенциала. Заманчиво было использовать эти резервы, превратить их в новый сигл, но я знал, что лучше. Три года назад, после того как я провалил свою первую попытку создать сигл, отец предупредил меня, что я должен использовать только полные колодцы; этот был слабым, и на его перезарядку уйдет целый год. Я проявил нетерпение и попытался использовать его раньше времени. Формирование не удалось, сигл не сформировался, и я потратил впустую пять месяцев заряда Колодца. Это был болезненный урок, но он запомнился.
Сейчас Колодец был заполнен примерно на четверть, и я знал по опыту, что быстрее всего он заряжается весной и летом. Примерно к сентябрю я смогу использовать его для создания сигла. А идей для сигла у меня было много. Например, сфера невидимости, которую я только что практиковался создавать. Или идея с эффектом тьмы. От базовой отправной точки - чего-то, генерирующего свет, - можно было разветвиться в дюжине разных направлений. Я все еще не очень хорошо понимал, что возможно, а что нет, но, возможно, есть способы обойти это. Со временем и практикой у меня должны быть все шансы воплотить одну из своих идей в жизнь к осени, а потом...
...и что потом?
Я вернулся на землю с потрясением. Да, я могу сделать еще один сигл. Возможно, я даже смогу сделать такой, который будет работать. Но что мне с ним делать? У меня было много идей для сиглов, но ни одна из них не помогла бы мне прокормиться или заплатить за квартиру. Или найти отца.
Я вспомнил разговоры с Памелой и Колином. Мои друзья поступили в университет и нашли работу, а я занимался… чем? Я практиковал друкрафт большую часть своей жизни, и что я мог за это получить?
