Люселла даже не выглядела особенно рассерженной. Она говорила непринужденно, и от этого становилось еще хуже. "Ты думаешь, это так работает?"- спросил я сквозь стиснутые зубы. "Ты можешь просто сделать это и уйти?"

"...Да? А что ты собираешься с этим делать?"

"Пойду в полицию".

Люселла рассмеялась. В ее голосе звучало неподдельное веселье. "Ты действительно понятия не имеешь, как это работает, не так ли?"

"Если я скажу им..."

"Ты понимаешь, что я могу добиться твоего ареста завтра?"- спросила Люселла. "Я пойду в полицию и скажу им, что ты пытался изнасиловать меня в четверг вечером. Потом ты проследил за мной до дома, незаконно проник туда во время вечеринки, а когда это не помогло, убил собственного кота и прислал мне фотографию в качестве угрозы. Если я скажу им это, как ты думаешь, кому они поверят? Тебе или мне?"

Я снова уставился на телефон.

"Но разговоры с полицией раздражают", - сказала Люселла. "Нет, если бы ты действительно действовал мне на нервы, я бы просто заставила тебя исчезнуть. Тебе ведь нравится совершать ночные пробежки, верно? Однажды ночью где-нибудь на твоем пути будет припаркован обычный черный фургон. Ты пройдешь мимо, кто-то подойдет к тебе сзади и вырубит, и больше тебя никто никогда не увидит".

Я не мог придумать, что сказать.

"Ты бедный белый парень из низших слоев общества Восточного Лондона, у тебя нет ни друзей, ни семьи", - продолжала Люселла. "Если с тобой что-то случится, никому не будет до этого дела. Ты больше не получишь предупреждения". Она повесила трубку.

Я медленно опустил телефон. На экране высветилось сообщение "Вызов окончен", и я смотрел на него, пока экран не потемнел.

Я опустил взгляд на каталог Биржи. Он все еще был открыт на странице, посвященной сиглу Vitalis. Самая дешевая модель стоила 64 990 фунтов.

Я подхватил кошачью переноску Хоббса и вышел.

В сгущающихся сумерках церковь была погружена в тень. Я обошел ее, осматривая со всех сторон. Там не было никакого движения, но в южных окнах горел свет.

Раньше я не трогал этот Колодец, потому что не был в отчаянии. Теперь я был в отчаянии. Я собирался сотворить исцеляющий сигл для Хоббса и послать к черту всех, кто встанет у меня на пути.

Южная дверь была заперта. А вот главный вход - нет. Я проскользнул внутрь.

Внутри церкви было торжественно и тихо. Изображения святых и библейских фигур смотрели вниз из витражных окон, каменные колонны поднимались к сводчатому потолку. Пол был выложен грубыми каменными плитами, которые за столетия были гладко отшлифованы ногами. В воздухе пахло свечным воском.

Я огляделся по сторонам, но ничто не двигалось. Колодец находился в дальнем конце, прямо перед алтарем.

Я двинулся вперед.

Из тени раздался голос. "Добрый вечер".

Я подскочил и обернулся. Мужчина, вышедший из-за колонн, был очень высок, с выразительными чертами лица, черными волосами до плеч и очень темными глазами. На нем была черная одежда священника, и он, держа руки за спиной, размеренной походкой шел вдоль деревянных скамей. "Чем я могу вам помочь?" - спросил он.

"Я… в гостях".

"Кого навещаете?"

Я заколебался, пытаясь придумать какую-нибудь правдоподобную историю. Я всегда был плохим лжецом.

Мы оба стояли в молчании. Мой взгляд был устремлен на Колодец. Мне просто нужно было немного времени.

"Тебе нужен Колодец?" - спросил священник. Когда я слегка вздрогнул, он кивнул сам себе. "Я так и думал".

"Мне нужно его использовать", - сказал я священнику.

"Тебе это нужно?"

К черту все это. "Мой кот умирает", - сказал я священнику. "Я собираюсь использовать этот Колодец, чтобы исцелить его. Не стойте у меня на пути".

Глаза священника опустились на переноску с котом. "Твой кот".

"Да", - вызывающе сказал я.

Священник просто посмотрел на меня.

Ну, по крайней мере, он не смеялся. "Если понадобится, я пробьюсь мимо вас", - пригрозил я ему.

"Понятно", - сказал священник. "И что ты будешь делать после этого?"

"Я использую Колодец, чтобы сделать сигл регенерации".

"Сам?"

"Вы позволите мне пройти мимо?"

"Я предоставлю тебе выбор, - сказал мне священник. "Ты можешь попытаться силой пройти мимо меня. Или ты можешь поклясться уважать святость этого Колодца и не открывать его без разрешения. В этом случае, я окажу ограниченную помощь". Священник протянул мне руку ладонью вверх. "Выбирай".

Я колебался. "Ограниченная помощь" звучала не слишком убедительно. Возможно, он просто пытался заставить меня отступить.

Я оглядел мужчину с ног до головы. Он был крупнее меня и молод по меркам священника, может быть, чуть за сорок. Но он был таким… ну, священником. Вряд ли от него был бы толк в драке.

Разве что...

Я действительно собирался это сделать? Избить священника и обокрасть церковь? Это был не первый раз, когда я нарушал правила, но у меня всегда было инстинктивное чувство, что есть разница между нарушением правил и неправильным поступком. А это казалось очень неправильным.

Я чувствовал вес Хоббса в переноске. Я не мог его потерять. Священник стоял передо мной, ожидая ответа. Секунды тикали.

Я подумал о том, чтобы побежать вперед. Мышцы напряглись, когда я проследил путь по полу, который мне предстояло пройти. Создание сигла потребует времени. Мне придется вырубить парня или...

Нет, понял я. Есть границы, которые я не переступлю, и это одна из них.

Я выпрямился, позволив мышцам расслабиться. "Хорошо", - сказал я. Я чувствовал усталость и какое-то разочарование, как будто потерпел неудачу.

Священник кивнул. "Поднеси своего кота сюда".

Я осторожно шагнул вперед. Священник наблюдал, как я ставлю переноску на пол прямо перед ним. Он был выше, чем я думал; вблизи он возвышался надо мной, и теперь, когда я хорошенько его рассмотрел, он не показался мне особенно слабым. На самом деле, он выглядел...

Краем глаза я уловил движение и резко обернулся. Из темноты на углу церкви за мной наблюдала пара золотистых глаз. С высоты она была похожа на собаку - большую собаку, - но тени, казалось, окутывали его и...

Глаза исчезли. Нахмурившись, я уставился в угол. Теперь можно было различить только каменные стены, что бы я там ни увидел, исчезло.

"Вы оба в безопасности", - сказал мне священник. Оглянувшись, я увидел, что он опустился на колени на камень и открывает кошачью переноску.

Я бросил последний настороженный взгляд в угол, а затем с тревогой наблюдал, как священник поправляет переноску, чтобы сдвинуть Хоббса головой вперед. Затем он сунул руку в нагрудный карман, достал нитку четок и направил поток эссенции в Хоббса.

Я удивленно моргнул. Молитвенные четки были темно-коричневого цвета, на них висело распятие, но, присмотревшись, я увидел, что некоторые из них были вставками для предметов, похожих на крошечные драгоценные камни. Одно из них было маленьким и белым, как жемчужина, и испускало поток эссенции, которая вливалась в голову Хоббса и распространялось по телу кота.

"Инфузионный сигл", - сказал священник, словно прочитав мои мысли. "Он направляет Первичную эссенцию в тело субъекта. Плохая замена исцелению, но он может облегчить страдания и спасти существо, которое находится на грани смерти".

"У вас есть способ исцелить его?"

"Целительство никогда не входило в число моих талантов", - рассеянно ответил священник. Он не смотрел на меня с тех пор, как открыл переноску. "Мне больше интересно, что ты собирался сделать с этим Колодцем".