- Какого хрена вы делаете? - заорала я, дёргаясь в своих путах. - Отпустите меня сейчас же! Вы знаете, кто я? Вы знаете, кто мой мужчина? Он найдёт вас и убьёт!

- Ой-ой-ой, - засмеялся второй, тот, что слева. - Какая грозная. Посмотрим, что ты запоешь, когда окажешься у нашего босса.

- Я запою? - я усмехнулась, хотя сердце колотилось где-то в горле. - Я тебе такое запою, что у тебя уши завянут! Отпустите меня, я сказала!

Я начала биться. Извивалась, как уж, пытаясь высвободить руки, пинала ногами сиденье, дико орала, призывая всех святых и чертей в свидетели. Мужчины переглянулись, явно не ожидая такого опора от хрупкой блондинки.

- Успокойся, - рявкнул тот, что справа, пытаясь прижать меня к сиденью.

Но я не успокаивалась. Я ударила его головой в лицо, чувствуя, как хрустнул нос, и он взвыл, откидываясь назад. Кровь хлынула у него из носа, заливая рубашку.

- Сука! - заорал он, замахиваясь, но я уже пнула его в пах, и он сложился пополам.

Второй мужик, тот, что слева, попытался схватить меня за волосы, но я извернулась и вцепилась зубами ему в руку. Он заверещал, отдергивая кисть, и я почувствовала вкус крови на губах.

- Да вы с ума сошли! - закричал водитель почти без акцента, косясь на нас в зеркало. - Скрутите её сильнее! Сейчас же!

Мне удалось нанести ещё пару ударов - коленом в грудь одному, локтем в челюсть другому. Машину занесло, водитель выругался, пытаясь удержать её на дороге. Я почти поверила, что смогу выбраться, но они были сильнее. Меня скрутили, прижали лицом к сиденью, и кто-то затянул верёвки на запястьях так сильно, что они впились в кожу.

- Угомонись, - прошипел тот, чей нос я сломала, вытирая кровь. - Ты за это заплатишь. Но не мне решать твою судьбу.

Я тяжело дышала, чувствуя, как адреналин бурлит в крови. Они связали меня ещё крепче теперь не только руки, но и ноги, и даже рот заткнули кляпом. Я полулежала на заднем сиденье между двумя незнакомцами, как куль с картошкой, и смотрела в потолок, понимая, что сопротивление сейчас бесполезно.

Но я запомнила их лица. Все трое. И я поклялась себе, что, если выживу, я найду каждого из них. В памяти всплыли уроки вскрытия. Не думала, что могу быть такой кровожадной.

Примерно через час машина остановилась. Меня вытащили наружу, грубо поставили на ноги, и я увидела большой каменный дом, окружённый высоким забором. Внутри, в просторной гостиной, за столом сидел бородатый мужчина лет за сорок, с короткой стрижкой, дорогим костюмом и цепким взглядом.

- Привели, - сказал он, откладывая в сторону телефон. - Оставьте нас.

Мои похитители вышли, и я осталась стоять перед ним связанная, растрёпанная, с чужой кровью на губах, но с горящими глазами. Он поднялся, обошёл меня по кругу, и его губы растянулись в неприятной улыбке.

- Какая же ты красивая, - сказал он, касаясь моего подбородка. - Когда я увидел тебя на пляже в Квариати, то понял ты должна быть моей. Я всегда получаю, что хочу.

Я смотрела на него в упор, и в моих глазах не было страха. Только холодная, колючая ярость. Вот придурок, игрушку значит во мне нашёл, урод.

- Красивая? - переспросила я, и голос мой был низким, почти шипящим. - Я тебе не игрушка! Отпусти меня, и, может быть, я не расскажу своему мужчине, как ты выглядишь. Потому что если он тебя найдёт, а он найдёт, поверь мне, ты будешь молить о смерти.

Мужчина удивлённо приподнял бровь, затем усмехнулся.

- Дерзкая, - сказал он. - Мне это нравится. Таких женщин мало. Они не боятся, не плачут, не просят пощады. Они борются. Поэтому ты будешь моей жемчужиной.

- Я врач, - сказала я, сверля его взглядом. - И видела такое дерьмо, от которого тебе бы стало дурно. Я резала людей, чтобы спасти их жизни. Я держала в руках чьи-то кишки, когда вскрывала тела. Ты думаешь, я испугаюсь какого-то бандита с деньгами? Я пять лет закалялась не на тренировках, а в операционных. И если ты думаешь, что сможешь меня сломать, сделать своей игрушкой, то ты ошибся жемчужиной.

Он стоял и смотрел на меня с новым интересом. В его взгляде мелькнуло что-то похожее на уважение.

- Смелая, - произнёс он, садясь обратно в кресло. - Но смелость не спасёт тебя от того, что я хочу. Твой мужчина далеко. Он не сможет тебя найти. А если и сможет, то умрёт. Ты этого хочешь? Теперь только я твой единственный мужчина.

Я сжала челюсти, чувствуя, как внутри закипает новая волна ярости. Но я заставила себя успокоиться. Я не могла позволить ему увидеть мою слабость.

- Ты ничего не знаешь, - сказала я ледяным тоном. - Когда мой мужчина придёт, я буду с улыбкой наблюдать как он будет выворачивать тебя наизнанку.

Похититель рассмеялся, запрокидывая голову.

- Какая женщина! - воскликнул он. - Я в восторге. Не буду тебя трогать. Пока. Позволю тебе огрызаться, пока мне не надоест. Но ты останешься здесь, пока не поймёшь, что я твой новый мир. Или пока твой герой не умрёт, пытаясь тебя спасти. Мне даже интересно.

Он подошёл ближе, наклонился и шепнул мне на ухо:

- Посмотрим, кто из нас окажется сильнее. Твой бывший мужчина будет жестоко избит. А потом я заставлю его смотреть, как буду трахать тебя. Поверь, нежным я не буду. И чтобы впечатление было максимальным, первый раз я полноценно возьму тебя у него на глазах.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

- Сделай мне одолжение, - сказала я с усмешкой. - Дай мне свободу хотя бы на минуту. Я покажу тебе, на что способна женщина, которую заставили бороться за свою жизнь.

Он удивлённо приподнял бровь.

- Ты угрожаешь мне?

- Я предупреждаю, - ответила я, и в моём голосе было столько стали, что он на мгновение замер. - Ты совершил огромную ошибку, похитив меня. И ты об этом узнаешь.

Я стояла перед ним, связанная, но не сломленная. И в моих глазах горел тот самый огонь, который разжигался на практике, когда я боролась за здоровье пациента. Я не сдамся. Никогда не сдамся. И я собиралась выжить.

Глава 20

Глава 20

Главарь, которого звали Заур, как я узнала от его людей, сидел в своём кресле и смотрел на меня с той самой хищной улыбкой, от которой по спине бежали мурашки. Он был уверен в себе, расслаблен, как сытый кот, который знает, что мышь никуда не денется. Я стояла перед ним, всё ещё связанная, но уже не дрожащая. Адреналин уступил место холодной, колючей ярости, которая кипела внутри меня, как расплавленный металл.

- Ты знаешь, сколько времени я искал такую женщину? - спросил он, поднимаясь со своего места и медленно приближаясь ко мне. - Я видел тебя на пляже. Дерзкий взгляд. Ты смеялась. Твой мужчина обнимал тебя и мне это не понравилось. Я понял - хочу тебя. Хочу, чтобы ты улыбалась мне. Чтобы ты принадлежала мне.

- Я не вещь, - сказала я, и голос мой был низким, почти рычащим. - Я человек. Я врач. Я люблю другого мужчину. И ты никогда не получишь того, чего хочешь. Если так приспичило и ты якобы искал подходящую... То ты не там искал. Надо бывать в других местах, где женщины дерзкие и свободные от традиций. И придётся ещё постараться чтобы завоевать такую.

Он усмехнулся, приближаясь ещё ближе, и я почувствовала запах его одеколона - резкий, душный, как его присутствие. Он протянул руку и коснулся моего лица, провёл пальцем по щеке, и я отшатнулась, как от удара.

- Не трогай меня, - прошипела я.

- Какая же ты горячая, - сказал он, и в его глазах зажглось то самое, от чего мне стало дурно. - Мне это нравится. Я люблю, когда женщины сопротивляются. Это делает победу слаще. Я буду ломать тебя постепенно.

Он схватил меня за плечи, притягивая к себе, и попытался поцеловать. В этот момент я почувствовала, как внутри меня что-то сломалось или наоборот, встало на место. Вся ненависть, вся злость, весь страх, который я подавляла, вырвались наружу одним резким движением. Я ударила его коленом в пах, и он взвыл, отшатываясь, но я не остановилась. Я ударила его головой в лицо, так же, как того, первого. Хруст, кровь, и он отлетел назад.