Лёша: Я давно предвкушаю тебя, лапочка.
Я: Спи сладко Алёшенька, пусть тебе присняться яркие сны😈
Лёша: Тогда жду тебя во сне
Я ничего не ответила. Мой пульс участился, мне действительно хотелось знать, какие у него фантазии. Зачем я ему призналась не знаю. Но с другой стороны, он будет знать, нужно ему возится со мной или нет. Господи, я фактически дала ему зеленый свет и предложила себя. Вот кто меня тянул за язык?
Глава 3
Глава 3
Глава 3
Понедельник наступил с тяжестью бетонной плиты. Вчерашняя эйфория, вскружившая голову под зажигающимися звёздами и в переписке, к утру сменилась липким стыдом. Я лежала с телефоном в руках, перечитывая свои сообщения, и хотела провалиться сквозь землю. «Запечатанная». Серьёзно? Зачем я это написала? Это звучало не как откровенность, а как вызов или, что хуже, как жалкая попытка казаться интереснее.
Но Лёша не стал смеяться и не отдалился. Наоборот, каждое его сообщение утром было наполнено такой заботливой нежностью, что щеки горели даже без румян.
Лёша: Доброе утро, моя тайна. Не опаздывай. И надень то платье. Или нет. Лучше ничего не надевай. Шучу. Хорошего дня.
Я: И тебе с добрым утром, шалун😁
Я фыркнула, пряча улыбку в воротник школьной формы. Сегодня так сложилось, что параллельные классы имели общие уроки русского и литературы. Нас собрали в большом зале. Школа гудела, как растревоженный улей.
На перемене я стояла у окна в коридоре третьего этажа, делая вид, что читаю конспект, хотя буквы плясали перед глазами. На глаза мне попался Андрей Скориков, наш местный Брэд Питт, привык получать всё по щелчку пальцев, прислонился к подоконнику рядом. Я уж и забыла про то, что троллила его.
- Привет, Люсёк, - он улыбнулся той самой обезоруживающей улыбкой, от которой обычно таяли сердца девчонок. - Ты какая-то рассеянная сегодня. Проблемы с литературой?
- Всё в порядке, Андрей, - ответила я вежливо, но холодно, не отрывая взгляда от учебника.
- Да ладно тебе, - он шагнул ближе, вторгаясь в моё личное пространство. От него пахло дорогим дезодорантом и чем-то резким, мужским. - Я заметил, ты вчера куда-то уехала на тёмной машине. С кем-то особенным?
Сердце ёкнуло. Откуда он знает? Школа - это рассадник сплетен, но чтобы так быстро…
- Это не твоё дело, - тихо сказала я, наконец подняв на него глаза.
Андрей усмехнулся, понизив голос до интимного шепота, рассчитанного только на меня:
- Знаешь, я тут подумал… Мы ведь давно знакомы. Ты девушка видная, Люсёк. Умная. И, судя по всему, одинокая. Может, перестанем притворяться, что нам не интересно друг с другом?
Он положил руку на подоконник, почти касаясь моего плеча. Его пальцы были крупными, уверенными. Жест был собственническим, доминирующим. Мне стало неуютно. Эта уверенность была искусственной, натренированной на сотнях других девушек.
- Андрей, отойди, пожалуйста, - мой голос дрогнул, но я постаралась сделать его твёрдым. - Мне это не интересно. Вообще.
- Ой, да брось, - он рассмеялся, явно воспринимая мой отказ как кокетство. - Все девушки сначала ломаются. Я могу быть очень настойчивым, если захочу. А ты мне нравишься. По-настоящему.
Он наклонился ещё ниже, его лицо оказалось опасно близко к моему. Я почувствовала запах его дыхания с лёгким дымком и резко отшатнулась назад, упираясь спиной в холодное стекло окна.
- Я сказала: нет, - произнесла я чётко, глядя ему прямо в глаза.
В них читалось не желание, а уязвлённое самолюбие охотника, у которого добыча ускользает из рук.
В этот момент коридор словно замер. Воздух стал густым и электрическим.
Лёша стоял в десяти метрах от нас, возле учительской. Он разговаривал с кем-то из учителей, но его голова была повернута в нашу сторону. Я заметила, как его челюсть сильно сжалась. Его взгляд, обычно тёплый и игривый, стал ледяным. Тяжёлым. Опасным.
Андрей, почувствовав изменение атмосферы, обернулся. Увидев Лёшу, он не отстранился. Наоборот, его губы искривились в вызывающей ухмылке. Он специально задержал руку на моем плече, демонстративно медленно убирая её, и подмигнул мне, прежде чем развернуться и уйти, растворяясь в толпе учеников.
Я осталась стоять у окна, чувствуя, как по спине бежит холодный пот. Рука, которую трогал Андрей, горела неприятным огнем.
Лёша не пошёл следом за Андреем. Он медленно направился ко мне. Каждый его шаг отдавался гулом в моей груди. Он подошел вплотную, загораживая меня от всего коридора, от всех глаз.
- Люся, - его голос был тихим, но в нём звенела сталь. - Что это было?
- Ничего, - выдохнула я, стараясь не смотреть ему в глаза, боясь увидеть там ревность или, что хуже, разочарование. - Андрей просто… попутал границы.
Лёша поднял руку и аккуратно, двумя пальцами, приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть на себя. В его карих глазах бушевала преисподняя, но за ней скрывалась глубокая, пугающая нежность.
- Он трогал тебя? - спросил он, и вопрос повис в воздухе, тяжелый и неотвратимый.
- Только плечо. Я сразу отошла. Он почему-то навящево стал намекать на что-то близкое между нами. Я ему отказала, Лёша. Честно. Не знаю, что на него нашло, он обычно со мной так не разговаривает. И я ему больше не писала инкогнито, не троллила. Он бы сказал, что знает.
Лёша выдохнул, и напряжение в его плечах чуть спало, но взгляд остался пристальным, изучающим каждую мою реакцию.
- Если он ещё раз подойдёт к тебе так близко… - Лёша не закончил фразу, но угроза в его голосе была вполне реальной. Не физической, а какой-то более древней, территориальной. - Ты моя, Люся. Даже если мы только начали общаться. И мне не нравится, когда другие самцы шляются вокруг моей девочки.
От слова «моя» внутри всё сжалось в сладком спазме. Но одновременно вспыхнул страх. Страх перед тем, насколько сильны могут быть чувства, которые мы оба пытаемся контролировать. И я почувствовала раздражение. Я не вещь в конце концов.
- Я сама справлюсь, - твёрдо сказала я, хотя сердце колотилось где-то в горле.
- Я знаю, что справишься, - Лёша улыбнулся, но улыбка вышла напряжённой. Он наклонился и так же, как вчера вечером, коснулся губами моего виска. Быстро. Обжигающе. - Но мне проще прибить его, чем смотреть, как он пытается тебя соблазнить. Пойдём, займём места. Звонок скоро.
Он взял меня за руку. Не за запястье, не за локоть. Он переплёл наши пальцы. Крепко. Властно. И повёл меня в класс, не обращая внимания на шокированные взгляды некоторых наших одноклассников.
Весь урок я сидела, сжимая его ладонь под партой, и чувствовала, как большой палец Лёши медленно, ритмично гладит мою кожу. Это было успокаивающее прикосновение, но в нём читалось предупреждение.
Андрей сидел через ряд. Я чувствовала его взгляд на своей спине. Тяжёлый, злобный. Но рука Лёши в моей руке была сильнее любого его взгляда.
Когда урок закончился, Лёша не отпустил мою руку сразу. Он придержал меня у двери, пока выходили остальные.
- Вечером, - тихо сказал он, глядя мне в глаза. - Мы поговорим. Без телефонов. Без шуток. Я хочу знать всё. И ты тоже должна знать.
- Что знать? - испуганно спросила я.
- Почему я готов разбить лицо любому, кто посмотрит на тебя как на десерт, - ответил он просто, словно речь шла о погоде. - И почему ты позволила ему стоять так близко, даже если отказала.
Я открыла рот, чтобы возразить, но он уже вышел в коридор, оставив меня наедине с бурлящими эмоциями и осознанием того, что игра, начавшаяся с невинного пикника, превратилась во что-то гораздо более серьёзное и опасное.
Школьный день тянулся бесконечно. Каждый звонок казался издевательством, каждый взгляд учителя - помехой. Андрей больше не подходил, но я чувствовала его присутствие спиной. Целых два урока, мы были в одном помещении. Когда он сидел через ряд, и иногда, когда я оборачивалась за ручкой или листком бумаги, ловила на себе его тяжелый, изучающий взгляд. В нем не было прежней игривости, только холодная, расчетливая оценка. Это пугало больше, чем открытая агрессия.
