Ирина вздохнула. Она смотрела на сына и видела в его глазах надежду.

— И сколько он платит? — спросила она.

Ярик назвал сумму. Ирина поперхнулась чаем.

— Это… это больше, чем я зарабатываю за год, — выдохнула она.

— Именно, — кивнул Ярик. — Мам, если ты поработаешь на него пару месяцев, то вопрос с оплатой школы и всех дополнительных занятий на ближайшие два года будет решён. Ты сможешь не брать подработки. У тебя будут выходные. Ты, наконец, сможешь отдохнуть.

Он замолчал, глядя на мать. Он видел, как она колеблется.

— Я не знаю, — сказала она наконец. — Вдруг он действительно сложный пациент? Вдруг я не справлюсь?

— Ты справишься, — твёрдо сказал Ярик. — Ты лучшая во всём.

Ирина с благодарностью посмотрела на сына. Но мысли о деньгах, о школе, о его будущем не отпускали.

— Если я соглашусь, — медленно сказала она, — то у меня не будет времени на тебя.

— Мам, я уже взрослый, — улыбнулся Ярик. — Я могу сам готовить, делать уроки, ходить в магазин. И потом, я же хочу в лагерь на всё лето. И если ты согласишься на эту работу, то моя мечта о лагере осуществится.

Ирина улыбнулась. В голосе сына было столько надежды.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Завтра утром я позвоню по этому объявлению. Но если там окажется какой-то подвох, я сразу откажусь. Договорились?

— Договорились, — сказал Ярик, чувствуя, как внутри его распирает от восторга.

Он поцеловал маму в щёку и направился в свою комнату.

Ирина осталась на кухне, глядя на остывший чай. Ей было немного не по себе. Что-то в этой истории казалось ей странным. Но сын был так уверен, а деньги были так нужны, что она решила рискнуть.

«Ладно, — подумала она. — Завтра позвоню. Если что-то пойдёт не так, всегда можно отказаться. Но если это правда… если это действительно хорошая работа, то, может быть, всё наладится, по крайней мере, в ближайшее время не надо будет думать о расходах».

Она убрала со стола, вымыла посуду и пошла спать.

Комната Ярика.

Ярик сидел в темноте, глядя на телефон в ожидании ответа. Он написал Ольге:

«Ждите звонка от мамы завтра утром. Кажется, она согласилась».

Ответ пришёл через минуту:

«Мы готовы. Начинаем операцию «Счастье брата». Удачи, маленький стратег :)».

Ярик улыбнулся в темноту, а через минуту уже спал, и ему снились горы, море и улыбающаяся мама.

Глава 7

Глава 7

Месяц спустя. Дача Кирилла Сомова в Адлере.

Солнце заливало веранду тёплым утренним светом. С моря тянуло солёным ветром, недалеко кричали чайки, а внизу, за забором, шумел прибой. Кирилл Сомов лежал на специальной койке, которую для него оборудовали в спальне рядом с панорамным окном. Так он мог видеть море, не вставая. Но сейчас он смотрел в потолок, и взгляд его был мрачнее тучи.

Ольга сидела рядом с ним, на плетёном стуле, и пила чай. Она прилетела на три дня, чтобы проверить, как идёт восстановление, и уже успела выслушать все жалобы брата.

— Оль, я тебе сто раз говорил, — сказал Кирилл, не поворачивая головы. — Мне не нужен никакой специалист. Я сам справлюсь. У меня есть отличный помощник — Василий, который выносит за мной утки и переворачивает меня ночью. Что ещё нужно?

— Кирилл, — терпеливо сказала Ольга, — ты не справишься сам. Тебе нужен профессиональный массаж, лечебная физкультура, разработка мышц. Иначе не известно сколько времени уйдёт на восстановление.

— Ну и что, — буркнул он. — Мне и так неплохо. Море, солнце, тишина. Никаких совещаний, никаких отчётов. Мечта, а не жизнь.

— Ага, конечно, мечта, — фыркнула Ольга. — Ты сам не свой. Ты злой, раздражённый, никого не хочешь видеть. Это не жизнь, а существование.

Кирилл резко повернул голову и посмотрел на неё с такой злостью, что Ольга на мгновение отшатнулась.

— А что ты хочешь? — заорал он. — Чтобы я прыгал от счастья, когда не могу даже сам в туалет сходить?! Чтобы я радовался, что вы все вокруг меня суетитесь, нянчитесь, как с маленьким ребёнком?! Я не хочу быть никому обузой! Я хочу, чтобы меня оставили в покое!

Ольга молчала. Она видела, как дрожит его голос, как сжаты кулаки. Знала, что за этой злостью скрывается страх. Страх никогда не быть прежним.

— Кирилл, — сказала она тихо, — ты никогда не будешь для нас обузой. Мы любим тебя и хотим, чтобы ты выздоровел. Поэтому мы и наняли лучшего специалиста.

— Лучшего, — передразнил он. — Опять какая-то сиделка с холодными руками и противным голосом.

— Нет, — сказала Ольга. — Ирина физиотерапевт, профессионал. Она приедет сегодня вечером. Я прошу тебя только об одном: не выгоняй её в первую неделю. Дай ей шанс.

Кирилл скрипнул зубами.

— Ты не оставляешь мне выбора, да?

— Нет, — улыбнулась Ольга. — Не оставляю. Ты меня знаешь, я такая же упрямая, как ты.

Он хмыкнул и отвернулся к морю.

— Ладно, — сказал он тихо. — Пусть приезжает. Но если она окажется не такой, как ты описала, я её выгоню в первый же день.

— Не окажется, — уверенно сказала Ольга. — Обещаю.

Кирилл не ответил. Он смотрел на море, и в его глазах постепенно угасала злость, сменяясь усталостью.

— Оль, — сказал он вдруг, — а что, если я больше не встану? Что тогда?

Ольга взяла его за руку:

— Тогда мы будем рядом. Но я знаю, что ты встанешь и со всем справишься. Ведь ты наш самый, самый сильный старший брат.

Кирилл сжал её пальцы.

— Ты всегда в меня верила.

— И сейчас верю, — улыбнулась она.

Немного помолчала и добавила:

— И, может быть, эта женщина наконец заставит тебя привести себя в порядок. И сбрить эту ужасную бороду.

Кирилл провёл рукой по щетине и поморщился:

— Нет у меня настроения. Зачем мне лишние хлопоты? Выходить в люди всё равно не получится.

— А может, и получится, — сказала Ольга. — Обещай мне только одно: слушай её во всём. Прекращай страдать и не злись. Думай о хорошем.

— Как скажешь, Оль, — устало ответил он. — Как скажешь.

Ольга наклонилась и поцеловала его в щёку.

— Мне пора, самолёт через два часа. Я вернусь через месяц. Ты будешь уже почти здоров, я уверена.

Она вышла из комнаты, оставив брата наедине с морем.

Когда она шла к выходу, она думала об Ирине. Они встретились в Москве за неделю до этого, и Ольга была приятно удивлена. Ирина оказалась именно такой, как описывал её Ярик — доброй, мягкой, но с твёрдым стержнем внутри. Она не знала, что всё подстроено, и искренне радовалась возможности побольше заработать.

«Трудно тебе с ним придётся, — подумала Ольга. — Но ты ему нужна. И надеюсь, наш план сработает».

Она улыбнулась своим мыслям и села в машину.

Аэропорт Адлера. Час спустя.

Ира вышла из здания аэропорта и на мгновение зажмурилась от яркого южного солнца. Вдохнула тёплый морской воздух и улыбнулась.

Всё было прекрасно.

Она чувствовала себя лёгкой, уверенной, красивой. Лариса уговорила её сходить в салон, и Ирина впервые за много лет сделала стильную стрижку и лёгкий макияж. Лара тогда ей сказала: «Ир, ты едешь к миллиардеру. Ты должна выглядеть достойно, чтобы сразу не спугнуть его. И потом, если ты будешь хорошо выглядеть, ты будешь увереннее чувствовать себя в его доме. А там наверняка есть повар, помощница по хозяйству, и… и кто там ещё бывает в домах у миллиардеров. Нельзя ударить в грязь лицом».

Ирина сначала хотела отказаться, тратить деньги на себя, когда их так мало, казалось кощунством. Но потом подумала: если она будет выглядеть ухоженной, ей на самом деле будет легче общаться с этим неизвестным Кириллом. И согласилась.

Сейчас, стоя на выходе из аэропорта, она чувствовала себя счастливой. На аванс, который получила, она оплатила Ярику лагерь на всё лето и половину стоимости обучения в школе на следующий год. Сын был доволен, а значит, она всё делала правильно.

— Ирина Алексеевна? — раздался голос за спиной.

Она обернулась и увидела женщину, которую сразу узнала — Ольга, старшая сестра Кирилла.