— Мама, ты что? Куда мы пойдем пешком по этой Жаре? Успокойся! — Бабушкин маразм передался матери! Этого я не предвидела? А может, «белочка» пришла?

— Нет, надо уходить!

— Мы не выживем одни, без помощи, неужели ты не понимаешь? Морган заботится о нас.

— Нам не нужна его помощь! Я хочу уйти! Останови машину.

— Морган, останови, — прошу я.

Он нажал на педаль тормоза и кроссовер со свистом резко остановился.

— Тея, пока, счастливого пути! — он помахал маме рукой.

— Я с ней! — начала дергать ручку двери.

— А вот ты никуда не пойдешь! Я уже говорил, и повторю: ты едешь со мной туда, куда я тебя везу.

— Прекрати! Морган, ты не видишь? Мама тебя боится, она хочет уйти, а значит — я пойду с ней.

Хант резко ударил по газам, и машина пулей ринулась вперед, прежде чем я успела выйти.

— И куда же вы пойдете? — спросил Морган с притворной хищной ухмылкой, оголившей ряд белых зубов. Его голос был спокойным, и как будто ласковым, а глаза метали молнии, отчего мне стало жутко.

— Мы и раньше справлялись, выживали. Я тащила маму на себе, поверь, и сейчас справимся, дай уйти!

— Нет! — спокойно, как приказ, ответил Морган, — Ты останешься. Если Тея хочет уйти — пожалуйста, покажу ей дорогу.

— Почему?

— Посмотри вокруг! Надвигается апокалипсис! Это тебе не кофе разносить и не обкрадывать магазинчик, это конец света! Я тебя спасаю! Без меня ты не выживешь!

— Зачем? — начала я, но тут маму просто прорвало.

Мать швыряла в Моргана обвинениями как гранатами, захлёбываясь злобой:

— Это он… Кристи, я вспомнила его! Это он во всем виноват! Стоило мне пойти к друзьям повеселиться, расслабиться в компании, как этот ублюдок сразу все портил! Он разгонял нас по домам почти каждый раз, вызывал полицию, угрожал. Это он тогда чуть не убил нашего Тедди! Помнишь? Мальчишку отмутузили так, что тот еле выжил — просто так, ни за что! Тедди рассказал тогда, что его избил здоровенный мужик, явно богатый и очень злой! Это опасный человек! Он нас убьет!

Мать зашлась в кашле, а я… я внезапно затаила дыхание. Пальцы одеревенели на пластиковой бутылке с водой, из которой я так и не успела сделать глоток. Факты, пугающие и невероятные, начали складываться в единый пазл. Вся моя сознательная жизнь прошла с мыслью, что меня оберегал Ангел-Хранитель и отводил беду. Одно время под подозрение попала папина душа, которая охраняла меня с небес. Все оказалось ужаснее и сложнее. Меня оберегал и спасал Морган. Почти всю мою жизнь он был рядом, на страже моего спокойствия и похоже, что матери это не нравилось. Я даже не подозревала о его присутствии. Теперь становилось жутко от понимания, что рядом со мной бесшумной тенью ходил совершенно посторонний опасный мужчина.

Сколько раз в ночной тиши раздавался пьяный голос матери, созывающий в гости друзей, «чтобы весело отдохнуть от тяжелой жизни»? Я до ужаса боялась таких праздников, ведь они всегда заканчивались драками, шумом, битьем посуды и сломанной мебелью, и, конечно, бессонными ночами. Однако после таких приглашений компания так в гости и не заглядывала. А если кто-то из знакомых доходил до двери, то спешно убегал, не успев нарушить мой покой. Это Морган разворачивал гулянки и отправлял всех любителей веселья по домам, заставляя маму возвращаться к родительским обязанностям.

Историю с Тедди я прекрасно помнила! Этот соседский пацан был настоящим отморозком и отбитым хулиганом. Я его часто видела в компании маминых дружков. Он промышлял мелким воровством: в одной руке вечно была зажата «бабочка», а на пальцах другой красовался кастет. Кожа на костяшках пальцев не заживала из-за постоянных драк. Местные девчонки особенно его боялись: Тедди обожал караулить их в темных углах, хватать и грубо тискать. В этот день я увидела подонка еще издалека и постаралась обойти его стороной, но этот ублюдок кинулся мне наперерез и вцепился мертвой хваткой в мое предплечье. Вторую руку он засунул под футболку и до боли сжал мне грудь. Я вырывалась и визжала на всю улицу, от страха и брезгливости, по щекам катились слезы. Каким-то чудом удалось пнуть Тедди между ног. Мерзавец согнулся пополам и выпустил меня из своей хватки. Убегая, я слышала проклятия и обещания отомстить:

— Закрывай двери на ночь, тварь, я приду за тобой, ты пожалеешь, что на свет родилась, утром не проснешься.

Я уже жалела, что родилась. Этот чокнутый мог сотворить со мной все что угодно, а помощи ждать неоткуда — учитывая, что это мамин дружок, она скорее поможет ему. Липкий страх поселился в душе, мне было жутко засыпать по ночам, выходить из дома, страшно оставаться одной в четырех стенах. Тедди мерещился мне под каждым кустом, я впадала в панику. Ходила в полицейский участок, пыталась подать заявление, его у меня даже не приняли, отмахнувшись от девчонки. Спасения не было. Но ровно через два дня, Тедди нашли за гаражами в луже собственной крови. Ему переломали ребра, раздробили челюсть и превратили в месиво пальцы на той самой руке, которой он хватал меня за грудь. При следующей встрече где-то через полгода, этот смелый хулиган перебежал на другую сторону улицы от меня и издалека крикнул:

— Прости!

Наконец-то кто-то поставил его на место, злорадствовала я, и как вовремя, еще бы пару дней, и я — была бы трупом, в лучшем случае.

Это Морган! Он спас меня тогда! Благодарность ворвалась в душу как, цунами, по щекам текли слезы, я в упор смотрела на Ханта, забывая дышать. Лицо у него было непроницаемое, как из камня, только полные сексуальные губы были поджаты в тонкую линию и дергался мускул на щеке, костяшки пальцев побелели на руле.

Мама выдохлась, поток ругательств прекратился, она обессиленно откинула голову.

— А пожар? — прошептала я.

В памяти всплыла та ужасная ночь, когда в нашей гостиной из-за забытой сигареты вспыхнул пожар. Я проснулась среди ночи от невыносимого, дерущего горло кашля. Спальня была погружена во тьму, дышать уже было нечем — едкий дым заполнял комнату удушливой пеленой. Меня накрыл первобытный ужас. Сердце бешено заколотилось, сознание мутилось от нехватки кислорода. Я в панике выскочила из спальни, ожидая увидеть пламя, но то, что предстало перед глазами, повергло меня в шок. Огонь уже был полностью потушен. На ковре дымились черные угли, стены покрывала копоть, а мать мертвецки дрыхла на диване. Она была настолько пьяна, что даже не заметила бушевавшее рядом с ней пламя. Мать физически не могла подняться и потушить пожар — она могла сгореть заживо вместе со мной! На следующий день мама даже не вспомнила о случившемся. Оглядываясь по сторонам, она не переставала удивляться, что случилось с гостиной. Я осталась один на один с пугающими вопросами. Кто? Кто пробрался в запертую на замки квартиру? Кто потушил пожар, рискуя жизнью? Зачем? Почему? Годами эта загадка не давала покоя. И вот теперь, в удушливой полутьме «Порше», мой мозг взорвался от догадки. Я наконец-то нашла ответ на мучивший меня вопрос. Это был Хант! Хант Морган действительно спас нас с мамой тогда.

Морган промолчал, но я успела заметить взмах ресниц и как напряглись мышцы на его руках.

Тут же до меня начало доходить, что и грант на учебу, и стипендия — все это помощь Моргана! Без гранта я никогда не смогла бы позволить себе учиться в колледже и вырваться из этого болота! Даже наш дом после пожара отремонтировали совершенно бесплатно, «по страховке», хотя я даже не знала, что она у нас есть. Тогда мне это показалось подозрительным, но страховой агент так складно рассказывал, что в голове сомнений не возникло. Я просто была счастлива, что можно сэкономить на ремонте.

И вдруг меня посетила еще одна догадка! В последние месяцы маму буквально атаковали звонками из какой-то больницы. Она была этим так недовольна, обижалась:

— Кристина, ты представь, сегодня опять целый день звонили из клиники, говорили про какую-то детоксикацию, о токсическом поражении печени, про реабилитацию! Как же они мне надоели! Если они лечат алкоголиков, почему звонят мне? По какому принципу меня записали в их число? Подумаешь, иногда выпиваю с друзьями — это ни о чем еще не говорит, каждый человек имеет право отдохнуть!