— Да, погоди, Семенова, — одернул ее врач и обратился к посетителям, — случилось чего?

— Ну, короче, — замямлил Максим, — такое дело…

— Трубы горят, — проворчала Семенова, — вот, какое дело!

— Эх, Семенова, — покачал головой доктор, — не умеешь ты работать с людьми.

— Глеб Семеныч, — точно так же покачала головой Семенова, — у местных же только одно на уме!

— Тут это, — продолжил мямлить Максим, — мы тут узнать хотели про этого, которого увезли.

— Сказали же, — отрезала Семенова, — сами ничего не знаем. Сказали заштопать — мы заштопали, а дальше пусть на базе разбираются.

— Народ беспокоится, — сказал Максим, — кто он? Откуда? А если еще кто придёт?

— Ты на собрании не был, что ли? — удивилась Семенова, — сказали же — дезертир ихний!

— Погоди-ка! — перебил доктор, — что-то я тебя не помню.

Максим сглотнул. Медики покосились на Таню.

— И тебя тут не было!

Врач уставился на Максима.

— Это ж Кузьмы куртка!

Они с Семеновой переглянулись.

Таня вздохнула, посмотрела на Максима и кивнула в сторону доктора. Максим намек понял.

Семенова уже приоткрыла рот, чтобы закричать, но Таня метнулась к ней. Через секунду она держала наблюдательную врачиху за горло. Нож ее упирался Семеновой в бок. Максим направил ружье на доктора.

— Лекарства, какие есть, гони!

Врач стоял и не двигался. Семенова замотала головой, Таня зажала ей рот ладонью, чуть надавила ножом. Врачиха взвизгнула, но с заткнутым ртом крикнуть не смогла. Таня велела ей повернуться спиной ко входу, чтобы видеть и пленницу, и вход в избу на случай, если кто зайдет.

Врач вздохнул.

— Я так и думал, что он не один был. Сразу не поверил в эту сказку про дезертиров. Вы с другого острова, верно?

— Лекарства давай, — рявкнул Максим.

Врач подошел к одной из табуреток, достал из-под нее рундучок.

— Всё не отдам, — заявил он, — чем я своих-то лечить буду? Половину возьмите.

Врач копошился в рундучке, Таня не спускала глаз с Семеновой.

В этот момент снаружи раздался шорох. Таня сильнее сжала рот Семеновой. Та промычала что-то.

В лазарет вломились трое местных с ружьями. На головах капюшоны. Максим подскочил к доктору, приставил к его груди ружье. Осмелевшая Семенова смахнула руку Тани.

— Всё, — усмехнулась она, — приехали!

Но, когда вошедшие сняли капюшоны, Семенова замолкла и опустила глаза — это были Кирилл, Марта и Спира.

Теперь усмехнулась Таня.

— Да, — ответила она, — приехали.

С этими словами она залепила Семеновой пощечину.

— Хорош! — осадил Максим. Таня отвязалась от Семеновой, но обе они волками смотрели друг на друга.

Марта встала в центре избы, обратилась к медикам.

— Слушайте, вы нам не нужны, нам бы только до базы добраться. А здесь мы, чтобы друга забрать.

Доктор посмотрел на Спиридона.

— Спира, ты что, с ними?

— Ну да, — пожал плечами тот, — надоело мне тут киснуть. Я же дальше острова и не видел ни хрена. А тут вон, оказывается, второй остров целый стоит, и там люди живут. Может, и на материке кто есть.

— Я же говорю, — вмешалась Семенова, — пришибленный. Ему говоришь, передохли все на материке, а он все хочет туда — чтоб сдохнуть! И дружков таких же нашел.

— Если все передохли, то мы-то откуда? — заспорил Максим.

— Ну, не с материка же, — ответила Семенова.

Снаружи послышалось рычанье.

— Миша на стреме стоит, — сказал Кирилл и улыбнулся, — говорит, пора нам. Хватаем трофеи и на выход.

— Погодите, — подал голос доктор, — вы их убили?

— Кого? — спросил Кирилл.

— Ну, с кого одежду сняли.

— Аа, да нет, они поспят пару часов и к тебе приползут — подлечиться.

Врач выдохнул.

— А спирт у них есть, кстати, — заметила Таня, уже рывшаяся в рундучке.

— Берем половину и валим, — скомандовал Максим.

— Погодите, — остановила всех Таня и посмотрела на нового спутника, — Спиридон, свяжи их.

Она кивнула на медиков. Спира замер, уставился в пол. Остальные уставились на него.

— Так ты с нами или нет? — уточнила Таня и прищурилась.

Снаружи снова раздалось рычанье.

— Некогда, — ответил Спира и подбежал к выходу.

— Выкрутился, — прошептала Таня, повернувшись к Максиму, — короче, за ним — глаз да глаз.

— Да идите уже, — проговорил врач, — Бог вам судья.

У выхода разделились.

Вскоре встретились в условленном месте.

— Что дальше? — спросил Спира, когда все отдышались, — за раненым, на базу?

— Мы — да, — ответила Таня, — ты — как хочешь.

Максим достал карту.

— Я и сам дорогу знаю, — сказал Спира, — сейчас будет река, вдоль нее пара часов пути до другого лагеря.

— Что за другой лагерь? — уточнил Максим.

— «Лагерь томления» раньше называлась. Хрен его знает, кто так назвал. От нее дальше по хребту, потом снова вниз по реке, а там уже и до «Темпа» рукой подать.

— Верно говорит, — заметила Таня, все это время смотревшая на карту.

— А в этом лагере что? — спросил Максим с беспокойством.

— Тоже наши. А еще там опорный пункт базы — ребята с «Темпа» сидят, посылают патрули по окрестностям, вербуют.

— Много? — поинтересовалась Таня.

— Человек десять-двенадцать. А что?

— Какое у них оружие? — продолжала она.

— А что? — Максим улыбнулся, — брать будем?

Воинственные замашки подруги его сначала пугали, потом начали забавлять — он понимал, что она не такая злая, какой хочет казаться. Просто выросла в такой среде.

Она пожала плечами. Спиридон на это смотрел молча и даже как-то снисходительно. Продолжил рассказ.

— Большинство местных они знают, поэтому вам лучше к ним напрямую не заявляться. Да и меня теперь уже ищут.

— Короче, какой план? — вмешалась Марта.

— Дай подумать, — ответили Максим и Таня почти хором.

— На базу вы все равно сами не попадете, — сказал Спира, — она охраняется будь здоров.

— Может, прикинуться добровольцами? — предложила Марта.

— Ты чего, забыла? — напомнила Таня, — они же лотерею проводят. Туда не то, что добровольцев не всегда берут — там вообще только для избранных.

— Скажем, что у нас есть важная информация, — предложил Кирилл, — мол, знаем, кто напал на их конвой.

— Как будто они сразу не поймут, что именно ты и напал, — отрезала Таня.

— Просто прикинемся путниками, — сказала Марта, — скажем, что чудом добрались с Новой Сибири, что специально искали их.

— То есть, плюс-минус правду, — заметил Кирилл.

— Нас допросят, а потом, даже если хоть одному слову и поверят, пустят на опыты, — сказала Таня.

— Это у вас, на Деревянных горах, такой подход, — съязвила Марта, — но не все такие.

— Эти вряд ли лучше, — Кирилл покачал головой, — а если разделиться? Такой толпой туда идти точно не стоит.

Потом подумал и прибавил:

— С Мишей туда лучше не лезть. И одного его оставлять нельзя.

— И тебя одного с собакой оставлять нельзя, — добавила Марта.

— А я в розыске, — заметил Спиридон.

Все замолчали.

— Одного тебя оставлять нельзя, — нарушила тишину Таня и подошла к Максиму.

Кирилл подошел к Максиму и шепнул.

— Да и баб одних с этим новеньким лучше не оставлять.

Максим, все это время с улыбкой наблюдавший за спором товарищей, наконец, вмешался в разговор.

— Я вот слушаю вас и думаю — у вас совсем головы отключились без Влада?

Спутники обернулись на него. Максим положил на стол заветную коробочку.

— Я один пойду, — сказал он, — я всё это затеял — я и пойду.

Про камушки при Спиридоне он говорить не стал.

— Погодите, — сказал Спира, — можно попробовать туда пробраться через шахты, через трубы.

— Давайте сначала доберемся, — предложил Максим усталым голосом.

Вдоль реки шли бодро, с разговорами. Спиридон рассказал о себе — сам он из местных, родился, как и все, на материке, но вырос уже здесь. Во втором классе учился, когда всё случилось. Родители погибли год назад, другой родни у него не осталось. Но тяга к знаниям была. И жажда жизни тоже. На привале даже хлебнул самогону с остальными ребятами — почти сошел за своего, но оружия ему, понятное дело, еще не давали.