Не потому, что ожидала седьмой источник.

На несколько минут она вообще о нём забыла.

Нейра попыталась спрятаться за стойкой.

Эстелия нашла её через десять минут.

— Нейра, вы почему всё ещё за стойкой?

— Я только постояла… Ничего не заполняю.

— Вы стоите за стойкой.

— Всё время сюда возвращаюсь. Сама не замечаю.

— Пойдёмте отсюда.

— А куда мне?

— К Марте и Тессе, например.

— Они в зимнем саду?

— Устроились у окна.

Нейра помедлила.

— Там господа Орсен. Я видела, они недавно сели.

— Ну и пусть сидят. Там места много.

Она опустила глаза.

Эстелия поняла не сразу.

— Нейра, вас смущает, что они вас за работой видели?

— Я же им комнаты убирала…

— А сегодня вы отдыхаете. Точно так же, как они.

— Они всё-таки за это платят.

— Им сегодня деньги за обслуживание вернули. Никто не ждёт, что вы сейчас к ним побежите.

Нейра всё равно не двигалась.

Эстелия посмотрела на стойку.

Когда-то за ней сама принимала первых гостей.

Потом место стало принадлежать Нейре почти естественно. Девушка научилась помнить имена, комнаты, даты, предпочтения людей.

И всё же в её собственной голове граница оставалась.

По одну сторону стойки — гости.

По другую — она.

— Нейра, — сказала Эстелия спокойнее, — если вам не хочется в зимний сад, не надо. Но выберите любое место, которое вам нравится. Только не рабочее.

Девушка подумала.

— Можно к пятому источнику?

Эстелия удивилась.

— Конечно. Вам там нравится?

— Я только мимо проходила. Всё торопилась, даже послушать не успела.

Пятый источник уже разрешили осматривать с верхней дорожки, хотя к самому бассейну пока не пускали.

— Идите. Хоть до вечера там сидите.

Нейра улыбнулась и ушла.

Через несколько минут со стороны перламутрового облака донёсся чистый каменный звон.

Эстелия остановилась.

Потом улыбнулась сама себе.

Нет.

Не нужно каждую секунду ждать седьмого.

Сегодня день был не для этого.

Первые приглашённые приехали после двух.

Не в парадных экипажах.

На обычных повозках.

С детьми, корзинами, тёплыми плащами и таким выражением лиц, словно до последней минуты никто не верил, что их действительно пригласили в курорт не работать и не что-нибудь привезти.

Хорвен вошёл во двор в чистой рубахе и хорошем тёмном жилете.

Эстелия едва его узнала.

Он заметил.

— Не признали, госпожа?

— На секунду — нет.

— Непривычно оделся?

— Никогда не видела вас без рабочей куртки.

— Я тоже вас с молотком не видел.

— Вы не спешите, ещё увидите.

— Лучше зовите меня. Целее будет.

За ним появились двое помощников с семьями.

Стекольщик привёз жену и взрослых сыновей.

Столяр — дочь, ту самую, которая уже приходила смотреть новые перила.

Работники лесопилки приехали целой компанией.

Потом Вердены.

Господин Верден первым делом потребовал знать, почему ему ничего не разрешают оплатить.

— Потому что сегодня вы приглашены, — ответила Эстелия.

— Я могу заплатить за семью.

— Знаю, господин Верден. Но сегодня угощаю я.

— Тогда зачем отказываетесь?

— Вы столько людей к нам отправили. Дайте мне хоть раз пригласить вас просто так.

Он посмотрел на неё.

— Так ведь они у вас и без меня деньги оставят.

— А вы сегодня оставьте кошелёк в покое.

Илона Верден улыбнулась.

— Не спорь, — сказала Илона Верден. — Сам всем говоришь, что здесь и вдвое дороже заплатил бы. А как бесплатно зовут, тебе опять не так.

— Не говорил я про «вдвое».

— Говорил. Я рядом сидела.

— И кому же я это говорил?

— Да кому только не говорил. Идём уже.

Эстелия оставила их выяснять.

Двор заполнялся.

Не так, как на балу.

Тогда люди приезжали смотреть.

Сегодня многие сначала искали глазами знакомых работников.

К Хорвену подходили показывать, как держится новая галерея.

Стекольщика позвали в зимний сад, и он первые несколько минут разглядывал собственную работу вместо гор.

Марта встретила знакомую женщину из Равенны и через четверть часа уже сидела с ней у окна, не пытаясь убежать на кухню.

Тесса устроилась напротив.

Эстелия прошла мимо и остановилась.

Перед Тессой стояла чашка.

— Тесса. Не верю глазам.

— Сижу, как приказано.

— Ну как тебе?

— Чай горячий. Уже неплохо.

Марта фыркнула.

— Она уже два раза вставала проверить, правильно ли поставили столы.

— А вы сами далеко от кухни ушли?

— Я всего один раз заглянула.

— Три, — сказала Тесса.

Марта возмутилась:

— Один раз я ходила не на кухню.

— К кухонной двери.

— Так я не входила!

Эстелия рассмеялась.

— Хорошего отдыха.

Марта посмотрела на неё.

— А вы?

— Что ещё проверить?

— Когда сядете?

— Сейчас пройду посмотрю, всё ли… Потом сяду.

— Слышали, Тесса?

— Ну что я сказала?

— Нас усадили, а сами по двору носитесь. И вам можно?

Эстелия уже собиралась ответить, но не нашла убедительного возражения.

Марта удовлетворённо отвернулась.

Пришлось идти дальше.

Во дворе заиграла музыка.

Эстелия остановилась.

— Тесса!

Из зимнего сада донеслось:

— Я ничего не делала!

Музыканта она нашла возле восточной галереи.

Это оказался пожилой столяр из Равенны, которого Эстелия знала только как человека, поставившего четыре стола в новой гостевой части. Сегодня он держал небольшую скрипку.

— Это вы скрипку привезли?

— Моя, госпожа. Дома зря лежит.

— А я и не знала, что вы играете.

— Вот сейчас и проверим, не забыл ли.

Рядом уже стояли дети.

Через несколько минут выяснилось, что умеет.

Неплохо.

Потом к нему присоединилась девушка с флейтой.

Не дочь Верденов, игравшая на первом открытии, а одна из молодых прачек.

Музыка возникла сама.

Эстелия даже не успела решить, нравится ей это или нет.

Рейнар подошёл со стороны дома.

Сегодня на нём не было ни официального сюртука королевского ревизора, ни вечернего костюма герцога. Обычная тёмная одежда, в которой он чаще ходил по архиву и старым коридорам.

В руке он нёс два складных стула.

Эстелия посмотрела на него.

Потом на стулья.

— Рейнар, зачем вы сами стулья носите?

— Их здесь не хватает.

— Я вас не просила.

— Вы же сказали: сегодня ставите сами. Я решил помочь.

Он поставил стулья рядом с длинным столом.

— По своей воле, если вы об этом.

Эстелия улыбнулась.

— Когда хотите, вы, оказывается, умеете обходиться без возражений.

— Не привыкайте.

Она чуть не ответила привычной фразой и остановилась.

Сколько раз они уже повторяли её?

Рейнар заметил.

— Что вы так смотрите?

— Собиралась ответить. Потом передумала.

— Решили не повторяться?

Она посмотрела на него с подозрением.

— Вы теперь ещё и это замечаете?

— Успел выучить некоторые ваши ответы.

— Тогда несите остальные стулья.

— А этот я и ожидал.

Он ушёл к галерее.

Эстелия смотрела ему вслед чуть дольше, чем требовалось.

Потом услышала рядом голос Брана:

— Если вы будете смотреть на герцога так, он однажды заметит.

Она резко повернулась.

Смотритель стоял в хорошем старом сюртуке, явно извлечённом из сундука после долгих лет.

— Бран.

— Я же вам добра желаю.

— Сегодня вы гость.

— Вот и разговариваю за столом.

— Гостям не положено делать замечания хозяйке.

— Вы это придумали сейчас.

— Хозяйке положено устанавливать правила.

— Сначала предупредите, потом требуйте.

Он прошёл мимо.

Эстелия некоторое время смотрела ему вслед.

Этот дом действительно плохо влиял на дисциплину.

И почему-то она была этому рада.