— Этот ведёт к первым источникам. Этот, судя по карте, уходит к восточному комплексу. Третий откуда?

— Основная вода идёт сверху.

— Это я понимаю. Но зачем у шлюза три направления? Могло одно из них быть запасным?

Терен поднял фонарь.

Рейнар подошёл ближе.

— На карте был запасной контур, — сказал он.

Эстелия вспомнила двойную линию возле седьмого источника.

— Не только там.

Она закрыла глаза, представляя каменную карту.

Семь источников.

Два дома.

Общий распределительный узел.

Линии воды.

В одном месте возле западного крыла металлическая полоса раздваивалась, потом снова соединялась.

Она раньше решила, что это обозначение высоты.

— Здесь должен быть ещё один ход.

Терен нахмурился.

— Здесь такого не заметил.

— Мы до сих пор только поломку разглядывали.

Эстелия поднялась.

— На карте поток обходил главный узел.

— Вы уверены?

— Не до конца. Хочу свериться.

Рейнар посмотрел на неё.

Она опередила:

— И не смотрите так. Я тоже иногда могу сомневаться. Вы же этого добивались.

Терен фыркнул.

Рейнар ничего не сказал.

Эстелия направила фонарь на стены.

Слева сплошной камень.

Справа следы старой штукатурки.

Позади — проход, по которому они пришли.

А выше…

— Поднимите свет.

Терен послушался.

В верхней части стены, почти под сводом, виднелась прямоугольная ниша.

Слишком ровная для естественной трещины.

— Там ниша? Или мне кажется?

Рейнар поднялся на выступ.

— Закрыто камнем.

— Давно?

Он провёл ладонью по краю.

— Края старые. Недавно её не закрывали.

Терен осмотрел соседнюю стену.

— Если за ней канал, он идёт выше уровня заслонки.

— То есть вода могла обходить шлюз.

— Если канал цел и связан с этим потоком — могла.

Эстелия посмотрела на него.

— И как открыть?

— Отсюда — никак.

— К плите не подобраться?

— Закрывающая плита находится с другой стороны.

Конечно.

В этом доме всё важное находилось либо за стеной, либо под землёй, либо с другой стороны горы.

— Где выходит обход?

Терен задумался.

Рейнар ответил раньше:

— На западном склоне.

Эстелия повернулась.

— Вы уже видели выход?

— Видел старую решётку снаружи, когда осматривал границы территории до вашего приезда.

— Мы бы раньше смогли его проверить.

— Тогда она выглядела как дренаж.

— Покажете, где решётка?

— Выше старого ущелья.

Терен покачал головой.

— Пешком ночью туда не добраться.

— Тропа слишком плохая?

— Верхняя тропа обвалилась несколько лет назад.

Эстелия посмотрела на Рейнара.

Он уже думал о чём-то другом.

Это было видно по выражению лица.

— Есть другой путь, — сказал он.

Терен сразу понял.

— Кальдэн…

— Так будет быстрее. Другого пути сейчас нет.

— Ты уверен, что ночью сядешь там?

— Небо чистое. Выступ разгляжу.

Эстелия переводила взгляд с одного на другого.

— О чём вы говорите?

Рейнар встретился с ней глазами.

И на этот раз почему-то не ответил сразу.

Терен выдохнул.

— Полагаю, госпожа Ровенар ещё не знает.

— Я ей не рассказывал.

— О чём мне не рассказывали?

Эстелия почувствовала раздражение.

— Посмотрите на меня, пожалуйста. Я здесь стою и тоже хочу понять.

— Я дракон, — сказал Рейнар.

Она ждала продолжения.

Его не последовало.

— Вы… настоящий дракон?

— Да. Могу принять второй облик.

— Я поняла. Мне просто нужно это представить.

Терен отвёл лицо, очевидно стараясь не улыбнуться.

Эстелия смотрела на Рейнара.

В столице она знала семьи, где в старых родах встречалась кровь оборотней. Слышала истории о северных драконах. Видела гербы с крыльями и знала, что некоторые из легенд были не легендами.

Но Рейнар ни разу не упоминал о себе ничего подобного.

Да и выглядел…

Она остановила эту мысль.

Как, по её представлению, должен выглядеть мужчина, способный превратиться в дракона?

— И когда вы собирались сообщить?

— Не думал, что придётся. Обычно сам об этом не рассказываю.

— А мы с вами столько дней рядом работаем.

— Для проверки это не было нужно.

— Проверкой вы очень удобно объясняете и разговоры, и молчание.

— Сейчас обойтись молчанием уже не получится.

— Из-за западного склона?

— Потому что я могу попасть на западный склон сверху.

Эстелия посмотрела на узкую нишу.

Потом снова на него.

— Вы действительно можете туда долететь?

— До выступа долечу.

— Ночью?

— В такую ночь смогу.

— И добраться до плиты обходного канала?

— Если решётка ведёт туда, куда мы думаем.

Она открыла рот.

Закрыла.

Пожалуй, сегодняшняя ночь уже достигла той степени нелепости, когда очередной сюрприз ничего принципиально не менял.

— Хорошо. Тогда будем пробовать.

Рейнар приподнял брови.

— Вы так спокойно это приняли?

— Я ещё не приняла. Я просто пока занята водой.

Терен засмеялся.

Эстелия продолжила:

— Летите. Если вернёте нам воду, я вам даже седьмую голову прощу.

— У меня одна голова.

— Значит, договариваться будет легче.

Рейнар посмотрел на неё несколько секунд.

— Останетесь здесь?

— Нет, наверх пойду.

— Эстелия.

— Я вернусь к гостям. Завтра бал. Даже если воду не удастся вернуть, мне нужно решить, что говорить людям утром.

Он кивнул.

— Так будет лучше. Я вернусь, как осмотрю выход.

— Вы сейчас так по-человечески это сказали, что я опять почти забыла.

— Вот и хорошо. Предпочитаю, чтобы со мной говорили по-прежнему.

Рейнар превратился во дворе.

Эстелия не собиралась смотреть.

Она сказала себе это дважды.

Потом всё равно вышла.

Терен утверждал, что для превращения нужно пространство, поэтому они отошли за конюшню, на пустой участок между стеной и лесом.

Бран, Олдер и Нейра тоже оказались там.

Марта отказалась покидать кухню.

Тесса пришла только потому, что, по её словам, «если уж в моём возрасте рядом с домом превращается герцог, я имею право хотя бы взглянуть».

Рейнар снял сюртук и передал Терену.

Эстелия немедленно отвела глаза.

Это было смешно.

Через несколько секунд человек исчезал, а она вдруг решила соблюдать светские приличия.

Воздух изменился первым.

Пахнуло сухим жаром и холодным ветром одновременно.

Земля под ногами едва заметно дрогнула.

Эстелия всё-таки посмотрела.

Тёмный силуэт развернулся там, где только что стоял мужчина.

Не мгновенно.

Но настолько быстро, что глаз не успевал понять отдельные движения.

Плечи стали шире.

Спина вытянулась.

Из темноты раскрылись огромные крылья.

Чёрная чешуя ловила свет фонарей не блеском, а глубокими металлическими отблесками. Длинная шея поднялась выше крыши конюшни. Серые глаза остались узнаваемыми.

Вот это оказалось самым странным.

Эстелия узнала Рейнара.

Не по голосу.

Не по одежде.

По взгляду.

Тесса рядом очень спокойно сказала:

— Ну конечно.

Эстелия повернулась к ней.

— Что значит «конечно»?

— Теперь понятно, почему он занимает столько места, даже когда стоит молча.

Олдер закашлялся, скрывая смех.

Дракон повернул голову в их сторону.

Тесса выпрямилась.

— Стою молча. Восхищаюсь.

Эстелия не выдержала.

Рассмеялась.

Напряжение последних минут отступило настолько неожиданно, что стало легче дышать.

Рейнар расправил крылья.

Терен подошёл ближе.

— Западный выступ. Ниже сломанной башни. Решётка должна быть под нависающей плитой.

Дракон коротко наклонил голову.

Потом оттолкнулся от земли.

Первый удар крыльев поднял сухие листья и пыль.