Он покачал головой, глядя на меня с каким-то искренним благоговением.
– В общем, я не знаю, кто вы такие и что у вас за организация. Да будь ты хоть личным представителем всех девяти кругов ада – вы за эти три дня сделали для меня лично и для всех жителей области столько хорошего, что я даже не представляю, как мне за это расплачиваться.
Я слушала его эмоциональный монолог с нескрываемой улыбкой, а на моменте про летающего из окна зама мэра так и вовсе тихонько рассмеялась.
– Алексей Вадимович, нам ничего не нужно. Ну, по крайней мере, ничего материального – это точно, – я посмотрела ему в глаза. – Но у меня будет к вам одна просьба. В скором времени я пропаду где-то на пару недель. Может, чуть больше. Я вам перед этим обязательно позвоню. Сможете приглядеть за моей мамой и бабушкой? А то на душе как-то неспокойно их одних оставлять.
Он широко развёл руками, словно обнимая весь мир:
– Да конечно, Жень! Вообще без проблем. Обещаю, патрульные будут как на параде строго раз в час у тебя под окнами квартиры проходить. Не переживай, всё будет чётко.
После этого он тяжело опёрся и присел на прохладный капот моего «Логана» рядом со мной. Металл под его весом слегка прогнулся. Лицо капитана в один миг посерьёзнело, голос потерял весёлые нотки, став профессионально сухим:
– Но ты и сама, Жень, будь осторожнее. Во-первых, федералы сейчас будут тут носом землю рыть. Начнут тянуть за ниточки по всем найденным уликам и чисто теоретически могут как-то косвенно выйти на тебя. Я-то точно могила, от меня никто ничего не узнает, но они свою работу знают очень хорошо. И второе: хоть этих уродов мы и взяли, и даже зама мэра прихватили, но дальше цепочка пока никуда не привела. А там, выше него, точно есть люди, я в этом уверен. И они сейчас тоже начнут активно рыть землю, ища тех, кто им так нефигово насрал в бане.
– Хорошо, Алексей Вадимович. Я вас поняла, буду предельно осторожна, – серьёзно кивнула я.
Он грузно встал с капота, повернулся ко мне и опять сгрёб в свои широкие медвежьи объятия. Приподнял над землёй, как пушинку, аккуратно поставил обратно и твёрдо произнёс:
– Женька, если что-то будет нужно – звони в любое время дня и ночи.
После этого он решительно развернулся и пошёл к своей машине. Открыв дверцу «Кашкая», он на прощание махнул мне рукой, сел за руль, плавно развернулся на пустой трассе и поехал обратно в сторону города, оставив меня одну на фоне заката возле леса.
Я постояла возле машины ещё несколько мгновений, вдыхая свежий вечерний воздух, а затем села за руль. Развернувшись, поехала домой к маме. Минут через тридцать я уже парковалась возле подъезда.
Я поднялась на свой этаж и щёлкнув замком, открыла дверь квартиры. Стоило только переступить порог, как в нос тут же ударили умопомрачительные ароматы домашней еды. Мама хлопотала на кухне.
– Ма-а-ам, я дома! – громко крикнула я, разуваясь в прихожей.
Заскочив в ванную помыть руки, я прошла на кухню и с наслаждением плюхнулась на стул. Мама крутилась возле горячей плиты, нарезая огурцы на разделочной доске.
– Мам, а что ты там такого вкусного делаешь?
Она обернулась и тепло улыбнулась: – Курицу в духовке с картошкой. И салат из огурцов и помидоров нарезаю.
От одних только этих слов в животе требовательно заурчало, напоминая мне, что чизкейк и кофе – это вообще ни разу не нормальный приём пищи.
– Мам... В общем, я встретилась с Фроловым. Он рассказал, что тех уродов, которые всё это сделали… с домом бабушки, и с тобой вчера – их повязали. Оказалось, они там много в чём были замешаны. Скорее всего, тебя на днях вызовут в отдел для дачи показаний. И он уверен, что с бабушкиным домом теперь всё решится хорошо и быстро.
Мама резко повернулась ко мне, её глаза радостно округлились: – Правда?! Их всё-таки поймали? А все только и делают, что наговаривают на нашу полицию! Ты посмотри – за сутки нашли и поймали! Даже гордость берёт за работу наших стражей порядка.
– Да, и правда... Я сама удивилась, что так быстро. Сказала я, с трудом сдерживая улыбку.
Если бы она только знала, какие именно стражи порядка их поймали.
Остаток вечера прошёл в уютной, домашней суете. Я помогла маме закончить с готовкой, мы сытно поужинали, болтая о всяких мелочах. После этого я сходила в душ и, едва коснувшись головой подушки, уснула.
Утром я проснулась с твёрдым ощущением, что на часах уже обед. С трудом разлепив глаза, потянулась за телефоном – на экране светилось всего 10:20. Приятно потянувшись до хруста в спине, я, наконец, вылезла из-под одеяла и отправилась в ванную.
Сегодня по планам была поездка к бабуле, как я ей вчера и обещала. А ещё нужно было аккуратно намекнуть маме, что пора присматривать новое помещение для ателье. Это отличный способ занять ей голову. Я подумала, что это хорошо отвлечёт её от стресса, тем более когда финансовый вопрос закрыт. Заниматься чем угодно в разы приятнее, когда тебе не нужно ломать голову, где взять на это деньги.
Освежившись под душем, я зашла на кухню. Мама сидела за столом с кружкой чая в руках, который, судя по отсутствию пара, уже давно остыл. У неё был тот самый потерянный взгляд, который бывает у трудоголиков, внезапно отправленных в отпуск, – когда человек телом отдыхает, но мозг отчаянно ищет, чем бы себя занять и что поделать.
Я тихо отодвинула стул и села напротив.
– Мам, ты чего тут сидишь с потерянным взглядом? Всё же хорошо вроде.
– Да, Жень... Просто не привыкла я вот так дома без дела сидеть, места себе не нахожу. Она тяжело вздохнула, наконец оторвав взгляд от кружки.
– С другой стороны, за эти дни столько всего произошло. По идее, сейчас у меня должна быть гора проблем, которые я даже не представляю, как бы я решала. А всё как-то само собой решается. Я вроде и понимаю, что радоваться надо, а как-то не получается. Тревожно на душе.
– Мам, ну что ты! Это же отлично, когда проблемы решаются сами по себе, – я накрыла её ладонь своей. – Ты лучше направь энергию в полезное русло. Начинай искать новое помещение! Прикинь, какое оборудование и материалы нужно закупить. Давай так: я сейчас скатаюсь по своим делам, потом заеду к бабуле, а вечером посмотрим, что ты там выбрала. И уже потом поедем покупать всё необходимое.
Слова подействовали. В маминых глазах наконец-то блеснула та самая деловая искра, и она заметно оживилась.
– Хорошо, Жень. Ты права, нечего раскисать. Спасибо тебе.
Оставив маму на кухне за столом, я быстро оделась и вышла во двор. Решила, что куплю бабушке ещё свежих фруктов, сама их дома помою и порежу на дольки, чтобы ей было удобнее, как говорила медсестра.
Пройдя пару дворов, я добралась до знакомого магазинчика. Большая вывеска «ОВОЩИ И ФРУКТЫ» говорила сама за себя. Внутри это был типичный, но очень уютный магазин в одно помещение. В воздухе стоял сладковатый запах спелых яблок и цитрусов.
Вдоль стен были полки с плотными рядами деревянных лотков, в которых всеми возможными цветами лежали фрукты и овощи. В углу ютился небольшой прилавок с весами и терминалом, за которым сидела женщина лет пятидесяти. За её спиной тихо гудел холодильник с напитками, а сбоку на крючке висела пухлая стопка фасовочных пакетов.
– Добрый день, – поздоровалась я.
Продавщица молча, но приветливо кивнула.
Я подошла к лоткам, оторвала от рулона обычный прозрачный пакетик и нагрузила в него несколько зелёных, крепких яблок покрупнее. В следующий пакет отправились три сочные китайские груши. Затем я добавила пару апельсинов побольше, крупную гроздь зелёного винограда и несколько нектаринов.
Вернувшись домой, я развернула бурную деятельность. Тщательно перемыла все фрукты под холодной водой. Яблоки и груши нарезала ровными, аккуратными дольками, попутно вырезая жёсткие сердцевинки. Апельсины почистила от кожуры и тоже разделила, нектарины аккуратно избавила от косточек и разделила каждый на половинки.
Порывшись в шкафчиках, я нашла пару удобных пластиковых контейнеров с плотными крышками, сложила туда фрукты и закинула всё в рюкзак. Закончив со сборами, я подхватила свой рюкзак с контейнерами, вышла из дома и села в свой «Логан». Прибавив громкость магнитолы посильнее, я выскочила на трассу.
