— А что по срокам? Месяц, как обычно? — спрашивает Кира, включая автопарковщик. Машина тихонько жужжит, пристраиваясь к бордюру.

Мы, оказывается, уже приехали к клубу. Я и не заметила.

— Давайте три. До конца лета. Всё-таки Щеглов — крепкий орешек. Его не возьмёшь одним взглядом и улыбкой. Тут стратегия нужна.

— Что, уже сдулась? — хихикает Катя, толкая меня локтем в бок.

— Да сейчас, — фыркаю я, открывая дверь машины. — Влюбится в меня как миленький!

Бедная моя головушка — с утра бо-бо. Последний бокал шампанского вчера был явно лишний. Но валяться в кровати и болеть мне некогда — график плотный, миссия важная. Надо придумывать план по влюблению в себя Вани. Раньше начну — раньше кончу. А я на выпускной, может, хочу уже на машинке прикатить. А это значит, что нельзя терять ни денечка.

Завтракаю с родителями. В очередной раз завожу с папой разговор о покупке машины для меня — и в очередной раз он меня мягко, но уверенно посылает в далекое пешее приключение. И зачем только, спрашивается, по его мнению, я получала права, если водить мне не даёт? Между прочим, в отличие от Киры, права мне не купили — я сама сдавала. Теорию с первого раза, вождение со второго, но всё честно, без связей и подсказок. И почему же тогда нет? Кто их поймёт, этих родителей… Ну и ладно. Сама себе выиграю на машину.

Захожу в свою комнату, надеваю коротенькие джинсовые шортики, топик и высокие босоножки на танкетке, укладываю волосы, подкрашиваю тушью ресницы и тинтом губы.

Перевожу на общий наш игровой счёт пять тысяч — такие правила: деньги переводим сразу. Я свои собирала долго и нудно: откладывала с тех, что папа даёт на расходы, попросила всех на восемнадцатилетие дарить мне исключительно деньги, не покупала себе те вещи, которые хотела. Даже айфон у меня старой модели, а не последний, как у девочек, — зато свои, честно накопленные.

Захожу в наш чат Queens, пишу: «Старт». Вызываю такси, еду к Ване в автомастерскую. Сама даже не понимаю, что буду делать и как его в себя влюблять. Плана нет. Вариантов ноль. Но я же Малика Кафарова — я что-нибудь придумаю. Должна придумать. Обязательно.

Пока еду в такси, закрываю глаза и думаю, думаю, думаю…

Ваня Щеглов. Что я вообще о нём знаю?

Ничего, кроме того, что в его голове, кроме схем двигателя, особо ничего нет. Живёт он своими машинами — это его стихия, его вселенная, его религия.

Служил в армии — отсюда, видимо, эта его прямота, суровость и привычка говорить коротко и по делу.

Грубоватый, не особо разговорчивый. Любит задумчиво помолчать и уйти в себя — такой сам себе на уме, и не поймёшь, что в его голове творится.

Наверное, он хороший друг. Раз мой брат с ним столько лет дружит — а брат у меня разборчивый, просто так с кем попало не свяжется.

Ещё Ваня дружит с Яном Мазуром. Только вообще не пойму, о чём их дружба. Ян — хохотун, балагур, душа компании. А Ваня… улыбаться, кажется, и не умеет. Точно. Я же никогда и улыбки его не видела — только эту его фирменную серьёзную мину. Странный, в общем, он.

Внешность: ну, такое, на любителя — типа моих подруг, которые от него в восторге. «Мужик», — говорят они. На первый взгляд это может и интересным показаться — типа диковинкой на фоне наших упакованных мажористых друзей. Но по факту… Ни комплиментов, ни цветов, никакой романтики с таким ты не дождёшься.

Коротко стриженный, практически налысо. Одна рука забита татухами. Бе-е-е. А может, и не только рука — мне совсем это не интересно.

Стиль: футболки, спортивки, иногда джинсы. В общем, Ваня совсем и абсолютно не в моём вкусе. Вот совсем не моё.

Но… раз уж я ввязалась в эту авантюру, надо найти к нему подход. Где-то же у него есть слабое место? Должен быть какой-то ключик. Может, он любит собак? Или сладкое? Или, может, ему нравится, когда с ним спорят? Или… Да я даже не знаю, с чего начать!

Такси тормозит у автомастерской. Глубокий вдох. «Ну, Малика, — шепчу себе, — пора показать, на что ты способна. Игра началась!»

На входе мне снова улыбается вчерашний улыбака.

— Приветик, — бросаю ему с лёгкой улыбкой.

— Приве-е-ет, — тянет удивлённо, приподнимая брови.

— А где ваш босс? — спрашиваю, перекинув эффектно волосы через плечо.

— Босс? — удивляется он, хлопая глазами.

— Иван… как его там… Анатольевич?

— Антонович. Вон он, — кивает в глубину бокса.

Прохожу вглубь помещения. Вижу какую-то машину и спину Вани — он под капотом что-то там колдует, полностью поглощённый процессом.

— Приветик! — подхожу ближе и стараюсь звучать максимально жизнерадостно.

— Мхм, — бурчит он, даже не оторвавшись от работы.

— Как дела?

— Мхм.

Да блин. Ваня такой Ваня. Разговор очень глубокий и содержательный. Стою как дура возле него, чувствуя себя лишней.

К улыбаке подходит вчерашний товарищ, с которым они нас с девочками встречали. Оба стоят, переговариваются и улыбаются. Весело им… А мне вот не очень.

— Вань? — пытаюсь снова привлечь его внимание.

— М?

— Что это за тачка?

Он отрывается наконец от капота, поднимает голову, смотрит на меня и выдаёт:

— О, мелкая. Здорово!

Да неужели? Заметил-таки. В ситуации с Ваней это уже победа.

— Здорово-здорово! — улыбаюсь ему, накручивая локон на палец.

— Это Dodge Challenger — культовый американский автомобиль класса мускул-кар, — начинает Ваня и тут же пускается в рассказ: про год выпуска, про «лошадей» под капотом, про какой-то чип-тюнинг, про расход топлива на трассе, про особенности подвески… Про то, как предыдущий хозяин всё запорол, а теперь он это «восстанавливает как надо».

Для меня это всё сплошной белый шум. Но я киваю с умным лицом, будто вникаю в каждую деталь. Мне же офигеть как важна эта информация… Но теперь я хотя бы знаю, как можно оторвать Ваню от машины. Уже что-то.

Передача «за рулём» наконец-то заканчивается.

— А ты что тут вообще делаешь? — спрашивает Ваня, вытирая руки тряпкой.

«И что же я тут делаю?..» — мысленно спотыкаюсь.

Он смотрит на мои шорты — снова как отец или Марат. Никакого мужского интереса. Ну да, у меня же ноги были бы колёса — было бы интереснее, это я понимаю.

— Ты, кстати, по заднице сейчас получишь! — вдруг выдаёт Ваня.

Мои брови ползут на лоб.

— С чего это вдруг?

— За «иди в жопу» вчерашнее.

— Ой, Вань, кто старое помянет… — отмахиваюсь. А самой страшновато — не хотела бы я по попе получить такой лапищей.

— Я к тебе вообще-то по делу!

— По какому? — хмурится, продолжая вытирать руки.

— Кстати, ты же вроде хозяин всей этой… богадельни? А чего с тачкой ковыряешься ты, а не твои миньоны?

— Во-первых, это не богадельня, а автомастерская широкого профиля, — строго поправляет Ваня, бросая тряпку на верстак. — Во-вторых, я не ковыряюсь — я контролирую процесс и лично довожу до ума особо интересные экземпляры. Ребята у меня толковые, но некоторые вещи лучше делать самому.

Честно? После двух его монологов я уже, кажется, перехотела машину. Всё, чего я хочу сейчас, — бежать из этой небогадельни, сверкая каблуками. И я бы так и сделала. Но! Я ни за что не проиграю первый раз в своей жизни. Кира и Катя меня засмеют. А я этого не допущу. Мне нужна только победа.

Поэтому вдыхаю поглубже, снова надеваю улыбку обольстительницы и красотки Малики:

— Вань, ты так интересно рассказываешь! Так бы слушала и слушала тебя весь день.

Ваня удивлённо смотрит на меня, явно не ожидая такого поворота.

— Правда, очень интересно, — продолжаю, стараясь звучать искренне. — Если бы не моё дело, я бы слушала тебя до завтра.

— Мелкая, чего подлизываешься? Не расскажу я Мару про твои тусовки и кукольную одежду, — хмыкает он.

— Какую одежду? — не понимаю.

— Ну вот эту, — кивает на мои ноги. — Топик вчерашний и трусы сегодняшние. Ты что, у кукол своих их тыришь?

Стою онемевшая. «Тыришь»? Как же прекрасна его речь… Ну, настоящий мужик, не то что наши тюбики. Прям мечта, да?.. Уф-ф-ф. Сил мне, пожалуйста.