Лес у тропинки сгущался и тянулся к дому, будто пытаясь укусить. Это место Льву не нравилось. На всякий случай он разбежался и прыжком пересек опасный отрезок, обернулся — одна из веток выгнулась и тянулась к нему, но уже не могла схватить.

Перед домом было еще одно поле, из грязи, на нем он заметил похожий на черепаху комок с большой спиной и головой, присел рядом на корточки. Подумав, приделал черепахе лапку.

В лесу что-то хрустнуло. Мальчик вздрогнул и повернул голову. Ветка на углу дома шевелила пальцами, но к нему не приближалась. Он перевел взгляд на лес по ту сторону дороги, звук шел будто оттуда: не то шелест, не то шепот — и почему-то вызывал смутное беспокойство, желание уйти. Лев поморщился и стал приклеивать черепахе вторую лапку. Голоса родителей доносились как через воду, солнце спряталось за облака, стало заметно холоднее. Вдруг на мальчика опустилась тень.

Лев встревоженно поднял голову и сразу успокоился. Это были всего лишь дети.

Прямо над ним стояла девочка невероятной красоты, в розовом платье и длинных белых перчатках до локтя. Темные кудри свисали почти до пояса, глаза были синие-синие, а щеки и губы — красные. Чуть поодаль взрослый мальчик держался за ручку кукольной коляски с огромными колесами, немного раскачивался и смотрел в сторону.

— Тебя зовут Лев, правда? — улыбнулась девочка.

Мальчик за ее спиной неразборчиво замычал. Он смотрел в лес совершенно пустым взглядом, Лев посмотрел тоже, но не увидел ничего интересного, одни кусты.

— Павлик у нас идиот, не обращай внимания, — пояснила девочка. — Я слышала, что твои родители ссорятся, тебе, наверное, это не нравится. Меня бы очень расстроило, если бы мои родители ругались.

Ее лицо выглядело участливым и доброжелательным.

— Да, — ответил Лев.

Он по-прежнему сидел на земле и, затаив дыхание, смотрел на красивую девочку. Та подняла руку и убрала локон с лица. Лев увидел, что на кончиках пальцев ее перчатки обожжены.

— Это так грустно, — покачала головой девочка. — Они совсем о тебе не думают. Вот я бы никогда не стала ругаться и пугать малыша. Я забочусь о своих детях. Тшш, Каролина, все в порядке, не плачь.

Она наклонилась к молчащей коляске и сильно ее тряхнула. Голоса родителей стали еле слышными. Лев подумал, что необычная девочка создает вокруг себя купол не хуже планшета.

— Впрочем, — продолжила девочка, — я бы много чего не стала делать. Например, я бы не стала открывать гостиницу на чужой земле. Это просто неприлично. Купили наше поле, не спросив разрешения, начали стройку, ни с кем не обсудив. А теперь оказалось, что им все мало, они хотят больше и больше чужой земли. Ты как считаешь, это допустимое поведение?

— Не знаю, — сказал Лев и задумался. По правде сказать, он не очень понимал, что имеет в виду девочка.

— Я считаю, что недопустимое. Совершенно недопустимое, такие соседи нам не нужны.

Павлик снова замычал и стал раскачиваться сильнее. Лев заметил пузырящуюся слюну в уголке его рта и темные разводы на лице. Он и сам не понимал, почему этот мальчик вызывал желание смотреть на него не отрываясь.

— Не смотри на Павлика, смотри на меня.

Голоса родителей выключились, и остался только шум леса. Девочка наклонилась ко Льву, ее лицо было белое, как перчатки. Он почувствовал неприятный запах и поморщился.

— Ах, толкую о приличиях, а сама представиться забыла. — Она всплеснула руками и покачала головой. — Меня зовут Синдерелла.

Она приподняла края гигантской розовой юбки и присела. Движение воздуха снова принесло запах. Лев поморщился. Девочка широко улыбнулась, показав желтоватые зубы с красными следами помады, протянула руку в белой перчатке и помогла ему встать на ноги.

— Ну что, — сказала она, — ты хочешь вернуться обратно послушать, как ссорятся родители, или увидеть волшебный замок?

— Замок, — обрадовался Лев.

— Я так и думала, — просияла Синдерелла. — Тогда пойдем.

Лев обернулся в сторону поля, к родителям, но их закрывал дом. Он подумал крикнуть, что пойдет гулять, но понял, что звук не покинет купола девочки.

— Родителям говорить ничего не нужно, я их уже предупредила, они не против, если мы немного поиграем, — прочитала его мысли девочка и улыбнулась еще шире.

Движением брови она скомандовала Павлику развернуть коляску, тот подчинился.

Почему-то Лев вспомнил, как однажды поднимался с родителями по лестнице и вдруг в соседнюю квартиру распахнулась дверь. Запахло так, что его чуть не стошнило. «Жуть», — сказала мама и закрыла ему нос рукой. От девочки пахло не так сильно, как из квартиры соседки, можно и потерпеть.

Наконец нашел время написать продолжение истории Астафьевых. Спасибо всем за комментарии и сообщения в личку, очень мотивирует! Не буду повторяться, кто не читал первую часть — перечитайте.

Итак, существует множество версий произошедшего в усадьбе, как бытовых, так и мистических. Сегодня я расскажу самую популярную теорию того времени, хотя лично я считаю, что она далека от истины:

граф Астафьев убил детей и жену, а затем бежал за границу.

В те годы не существовало понятия «серийный убийца», но по сути графа подозревали именно в этом. Почему? Гибель детей при загадочных обстоятельствах (утонул, упал с лошади, застрелен на охоте) толком не расследовалась, граф с его деньгами и возможностями мог перевернуть землю, чтобы найти убийцу, однако, судя по сохранившимся свидетельствам, он не сделал… ничего. Будто не был заинтересован докопаться до истины.

Значит ли это, что Астафьев знал, кто убивает его детей?

Адепты версии о маньяке считали, что у графа мог быть мотив: он знал, что дети на самом деле не его. В высших кругах общества обсуждалось, что графиня могла изменять супругу со своим родным братом. Эта сплетня была основана на том, что все дети Астафьевых были, как сказали бы сейчас, с особенностями: старшие — чахлые, болезненные и будто недоразвитые, младшие — умственно отсталые. Как такое возможно, что все пятеро детей чем-то больны, — задавались люди вопросом. И самое простое объяснение заключалось в том, что они родились в результате кровосмешения.

Что, если Астафьев узнал об изменах супруги и начал убивать детей по одному, чтобы помучить неверную жену, а затем прикончил ее саму и бежал за границу? В пользу этой версии говорит то, что якобы графа видели в Стамбуле пару лет спустя после таинственного исчезновения, он в одиночку шел по улице, а когда знакомый его окликнул, поднял ворот пальто, ускорил шаг и скрылся в переулках. Свидетель всего один, возможно, он просто набирал очки на «жареной» теме исчезновения семьи Астафьевых, но если это правда, то получается, что граф не исчез, а бежал. Куда при этом делись его супруга и слуги — неизвестно, но очевидно, граф прекрасно знал, что с ними стало.

Лично мне кажется, что эта версия придумана из страха перед паранормальным и в усадьбе произошло нечто куда более страшное, но тем не менее я не мог о ней не рассказать.

Из комментариев

Селена: Маньяком был не граф, а его жена. Убиты дети разных возрастов, разными способами, все из одной семьи, сексуального мотива, судя по всему, не было. Это не похоже на мужчину-маньяка. Графиня была психопаткой и убивала своих детей. Если в ее прошлом покопаться, наверняка найдутся погибшие при странных обстоятельствах младшие братья и сестры.

Владимир: Тогда почему убийства не расследовались? Графа не волновало, что происходит у него дома?

Селена: Прикрывал супругу. Убийство старшего сына стало последней каплей, он расправился с женой и бежал.

Ни о какой окупаемости земли речи больше не шло, по сути они купили себе очень дорогое хобби, хотя нет, не себе — Леше, и хорошо, если они хотя бы смогут жить на доходы от глэмпинга, в чем лично она сильно сомневалась. Всего этого Аня не сказала, потому что не хотела разругаться окончательно, выпалила, что ей пора готовить обед, развернулась и ушла.