Мы остаемся в объятиях друг друга, глядя друг другу в глаза, пытаясь отдышаться. Я не знаю, что только что произошло, но этот сексуальный контакт с ним ощущался иначе — более интимным, — и мне кажется, что все вот-вот изменится.

Глава 11. РАЗРЕШИТЕ ВМЕШАТЬСЯ?

Марго

Переодевшись в квартире Александра, я снова спускаюсь по лестнице. Надеюсь, на этот раз мы все-таки доберемся до мероприятия. Бросаю взгляд на телефон, прежде чем убрать его в клатч. Мы уже сильно опаздываем.

Когда я встречаю Александра в холле, он берет меня за руку. Тепло его пальцев, переплетенных с моими, кажется таким интимным. Я не знаю, что, черт возьми, произошло между нами в том лимузине, но сейчас мне очевиднее прежнего: сохранять между нами сугубо деловые отношения невозможно. Когда мы вместе, происходит что-то. Между нами — притяжение, связь, которую я не понимаю, и уверена, Александр тоже это чувствует. Иначе он бы не позволил себе жениться на мне и не нажил бы столько проблем. Он слишком умен для этого, и потому я знаю: когда дело касается меня, решения принимает не мозг за этим красивым лицом.

Я смотрю на наши руки, пока мы идем к ожидающему лимузину. Меня так и подмывает спросить, он просто притворяется, демонстрируя нежность на публику, или держит меня за руку, потому что хочет этого, — но я не спрашиваю. Не хочу знать ответ. Если он скажет, что это только игра, будет больно.

В лимузине я жду, что Александр отпустит меня, но он не отпускает. Мы едем на гала-вечер бок о бок, все еще держась за руки, как счастливая женатая пара.

Когда мы подъезжаем к зданию, где проходит мероприятие, Александр поворачивается ко мне с дьявольской усмешкой.

— Готова попробовать еще раз? Или настроена на второй раунд?

Румянец заливает мои щеки. Как бы мне ни хотелось еще одного раунда с ним, я понимаю: на это просто нет времени. Сегодняшний вечер посвящен тому, чтобы убедить членов совета директоров «Кинг Корпорейшн»: Александр более чем способен управлять империей, которую оставил ему отец.

— Как бы мне этого ни хотелось, у нас есть работа, — говорю я. — Но я принимаю твое приглашение на второй раунд.

Улыбка Александра становится шире.

— Уверена? Не хотелось бы вызывать ревность твоего бойфренда на батарейках.

Я усмехаюсь, поняв, что он имеет в виду мой вибратор.

— Не волнуйся. Боб хочет только, чтобы я была довольна. Он, наверное, наслаждается отпуском.

— Бобу придется уйти. Ты же знаешь, я ревнивый. Не люблю делиться, особенно когда дело касается тебя, — Александр тянется и проводит рукой между моих ног, затем большим пальцем касается моих трусиков. — И эта киска только моя.

От его слов меня пробирает дрожь. Никогда раньше меня так не присваивали, и должна признать, это чертовски заводит.

— Сегодня ночью я хочу тебя в своей постели, — Александр наклоняется и касается моих губ своими. — Но сначала нам нужно уладить кое-какие дела внутри. Готова?

— Погнали.

Несколько задержавшихся папарацци щелкают фото Александра и меня, когда мы выходим из машины. Все они жаждут заполучить наш снимок для светских сплетен.

— Мистер Кинг, правда, что вы поженились? — кричит какой-то полный лысеющий мужик с камерой, но Александр даже не удостаивает его взглядом.

Конечно, я и раньше попадала в светскую хронику, но никто никогда не жаждал знать так много о моей личной жизни. Странно, что людям вообще есть до этого дело, но с Александром все иначе. Он в поле зрения публики с тех пор, как десять лет назад, унаследовав компанию отца, был назван самым молодым миллиардером в мире. Людей завораживают красивые молодые люди с баснословным состоянием.

Александр хранит молчание, пока мы не входим в здание.

— Уверен, мы будем часто с этим сталкиваться, пока шок от нашей женитьбы не утихнет. Как только они найдут другую громкую историю, про нас забудут, — он протягивает мне локоть, и я беру его под руку. — Идем. Давай уже разделаемся с этим подхалимажем. Чем быстрее мы уберемся от этих напыщенных придурков, тем лучше.

Я не могу сдержать смех. Его прямолинейность на самом деле забавна, когда я не злюсь на него за подобные высказывания.

Бальный зал кишит сливками манхэттенского общества, снующими в своих маленьких группках. В углу играет джаз-бэнд, несколько пар танцуют, остальные либо сплетничают, либо обсуждают деловые вопросы. Несколько голов поворачиваются в нашу сторону, и никто не пропускает тот факт, что я вишу на руке Александра.

Мужчины в зале одобрительно кивают, словно оценивая выбор Александра в качестве аксессуара на вечер, но женщины — совсем другая история. Выражения их лиц варьируются от жалости до презрения. Полагаю, те, кто выглядит так, будто хотят ударить меня в лицо, — женщины, с которыми Александр спал и которые никак не могут его забыть.

— Мне кажется, все на нас смотрят, — шепчу я.

Александр поглаживает легкую щетину.

— Разъяренный улей, помнишь? Здесь нам нужно продавать это лучше всего, — он смотрит на меня сверху вниз. — Сейчас я тебя поцелую. Лучше сделать это сразу. Пусть знают, кто мы друг другу, как тогда в офисе.

Он прав. Это избавит меня от необходимости миллион раз объяснять наш статус в ближайший час.

Я киваю.

— Хорошо.

Александр осторожно берет меня за подбородок большим и указательным пальцами.

— Обратный отсчет до того, как ты окажешься в моей постели, начался.

Искренняя улыбка расплывается по моему лицу.

— С нетерпением жду.

Он наклоняется и прижимается губами к моим губам, и вес всех глаз в зале, осуждающих нас, ложится на мои плечи. Поцелуй длится недолго и похож скорее на нежный чмок, но этого достаточно, чтобы показать всем в этом зале: между нами что-то абсолютно точно есть.

Александр отстраняется.

— Давай обработаем публику.

Именно этим мы и занимаемся. Следующий час мы проводим, общаясь с одними из богатейших людей Нью-Йорка. Большинство членов совета, кажется, довольны нашим браком. Все, кроме одного.

Высокая стройная блондинка в возрасте подходит к нам с улыбкой, но я сразу вижу: она неискренняя. Это наигранное дружелюбие ради Александра — она наклоняется и целует его в обе щеки.

— Александр, дорогой, как приятно тебя видеть.

Осанка Александра заметно меняется. Из расслабленной становится напряженной. Эта женщина явно заставляет его быть начеку.

Ее взгляд мгновенно переключается на меня, когда она отпускает Александра.

— Представишь меня своей спутнице?

Его ноздри раздуваются, когда он глубоко вдыхает.

— Камилла, это Марго Бьюкенен — моя жена.

Темно-зеленые глаза Камиллы расширяются.

— Твоя жена? Ого, — она переводит внимание на меня и протягивает руку. — Прошу простить мое удивление. Когда Александр встречался с моей дочерью Джесс, он никогда не казался человеком, готовым к серьезным отношениям. Мне трудно представить Александра женатым.

Я сглатываю ком в горле. Я не ожидала встретить сегодня кого-то из прошлого Александра, особенно ту, чья дочь, как говорят, разбила ему сердце. Трудно осознавать, что мужчина, которому я начинаю открываться и к которому что-то чувствую, когда-то был сильно влюблен в другую. Меня бесит, что эта женщина существует и, вероятно, имела отношения с тем непринужденным Александром, которого я иногда вижу. И, по словам Ямады, именно из-за Джесс Александр так относится к женщинам.

Мне хочется отомстить этой девушке за то, что она сделала больно Александру, хотя я ее совсем не знаю.

Я поворачиваюсь и прижимаюсь к Александру, кладя правую руку ему на грудь, обращаясь к Камилле.

— Я постоянно слышу, что мой Александр был тем еще ловеласом, но уверяю вас, он изменился, — я перевожу взгляд на улыбающегося Александра. — Он полностью завладел моим сердцем, а я — его. Мы друг у друга — все.

— Как мило для вас, — в ее голосе звучат жесткие нотки. — Надеюсь, так и останется.