— А путь обратно? — спросила я.

Он посмотрел на древнюю надпись.

— Текст говорит только о том, что принятие ключей завершает переход и закрывает возможность вернуться к прежней жизни. Здесь не сказано, что отказ автоматически отправит вас обратно.

Вот это было важно. Очень важно. Передо мной не стояли две двери с понятными надписями: «остаться» и «вернуться». Одна дверь была настоящей. Я видела её последствия вокруг себя: сухие каналы, потухшие источники, людей наверху, курорт, за который уже отвечала. Вторая существовала только как возможность. Возможно, путь назад был. Возможно, его можно было найти через неделю, через год или никогда. Возможно, я уже однажды прошла по нему только в одну сторону.

— Значит, если я не приму ключи, я всё равно могу остаться здесь навсегда, — сказала я.

— Да.

— Только с надеждой, что когда-нибудь найду дорогу обратно.

— Да.

Брина посмотрела на меня.

— А источники?

Тейр ответил не сразу.

— Если мы правы и вода удерживается именно этой системой, без открытия ключей они останутся закрыты. По крайней мере, пока не обнаружится другой механизм.

— То есть курорт остановится.

— Да.

— И утром Хелвик получит основание исполнить своё распоряжение, — добавила я.

— Тоже да.

Брина выругалась очень тихо и выразительно. Я даже не стала делать замечание. В нескольких шагах от нас на стене продолжало светиться моё имя. Непривычное зрелище уже почти не пугало. Оно раздражало своей уверенностью. Камень определился раньше меня.

— Оставьте меня одну, — сказала я.

Брина сразу нахмурилась.

— Здесь?

— Здесь.

— Госпожа…

— Я не буду ничего трогать.

Она посмотрела на мою руку, потом на центральный камень.

— Вы уже один раз так говорили.

— Нет. В прошлый раз я вообще ничего не обещала.

— Это ещё хуже.

Тейр молчал. Я повернулась к нему.

— Мне нужно подумать без свидетелей.

— Хорошо.

Никаких вопросов. Никакого «сколько времени». Никакого «решение очевидно». Он просто принял то, что я сказала. Брина приняла хуже.

— Наверху Хелвик.

— Знаю.

— Скоро рассвет.

— Знаю.

— Гости.

— Тоже помню.

— Тогда хотя бы не сидите здесь до полудня.

Я почти улыбнулась.

— Постараюсь учесть.

— И если камни начнут светиться…

— Позову.

— Как?

Мы втроём посмотрели на коридор. Брина была права. Кричать отсюда можно было долго. Тейр снял с пояса небольшой металлический жетон и положил на каменный выступ рядом со мной.

— Нажмите на центр.

— Что произойдёт?

— Я почувствую.

— Где бы вы ни находились?

— В пределах владения.

Я взглянула на него.

— Очень удобная вещь.

— Иногда.

— И давно она у вас?

— Давно.

— А раньше предложить не могли?

— Вы бы взяли?

Я подумала.

— Нет.

— Поэтому не предлагал.

Брина закатила глаза.

— Я действительно оставляю вас двоих всего на несколько минут, а вы уже успеваете спорить.

— Мы не спорим, — сказала я.

— Это у вас, видимо, форма отдыха.

Она первой направилась к лестнице. Тейр задержался.

— Лавена.

— Да?

Он явно хотел сказать что-то ещё. Я ждала. Потом он только произнёс:

— Решение должно быть вашим.

— Я знаю.

— Даже если оно мне не понравится.

Эта фраза заставила меня поднять глаза. В его лице не было обычной иронии.

— А какое вам не понравится?

— Это уже попытка повлиять.

— Удобный способ уйти от ответа.

— На этот раз сознательный.

Он развернулся. Я остановила:

— Тейр.

Он обернулся.

— Спасибо.

На секунду его выражение смягчилось.

— За что?

— За то, что не решили вместо меня.

Он ничего не сказал. Просто ушёл следом за Бриной. Через несколько минут их шаги исчезли. Я осталась одна под Семью Источниками. В прежней жизни тишина редко была настоящей. Даже ночью гостиница продолжала жить: работали системы вентиляции, где-то закрывались двери, по коридорам двигался персонал, за стенами шумел город. Всегда существовал фон, к которому привыкаешь настолько, что замечаешь только его отсутствие. Здесь таким фоном была вода. Первые дни я не понимала, насколько быстро привыкла к ней.

Теперь её не было. Я села на ступень, где недавно сидела Брина, и посмотрела на семь закрытых знаков. Можно было составить таблицу. Я почти рассмеялась от этой мысли. Два варианта. Преимущества. Риски. Последствия. В прежней жизни я принимала решения на миллионы именно так. Когда нужно было открыть новый корпус, отказаться от нерентабельного направления, сократить затраты или согласиться на реконструкцию, эмоции откладывались в сторону и начинались цифры.

Но как записать в графе «стоимость» целый мир? Я закрыла глаза. Моя квартира вспоминалась удивительно ясно. Не потому, что была роскошной или особенно любимой. Просто моей. Ключи я обычно бросала в небольшую чашу у двери. На кухне всегда лежало что-нибудь, купленное по дороге и обещанное себе «на потом». На подоконнике стоял цветок, который выживал вопреки моему графику. По утрам я иногда пила кофе стоя, потому что снова опаздывала раньше, чем успевала это признать.

Дорога на работу. Лифт. Кабинет. Знакомые лица сотрудников. Люди, которые наверняка искали меня после исчезновения. Я не знала, что они решили. Несчастный случай? Пропажа? Смерть? Мне стало тяжело от мысли, что для них история оборвалась без объяснения. Я не попрощалась. Ни с одним человеком. Не закрыла дела. Не передала работу. Не выключила собственную жизнь так аккуратно, как привыкла закрывать гостиницу после сложного сезона. Она просто закончилась на полуслове.

И всё это время я почти не позволяла себе по-настоящему думать об этом. Сначала был развод. Потом документы. Тридцать дней. Дорога. Брина. Развалины. Тейр с имперской печатью. Первые гости. Ориан у ворот. Старые счета. Столица. Открытие. Хелвик. Я всегда умела спасаться работой. Оказалось, даже между мирами. Когда возникает проблема, которую невозможно принять, можно найти проблему поменьше. Посчитать расходы. Проверить комнату. Починить окно. Разобраться с гостями.

Узнать, кто украл деньги двенадцать лет назад. Всё что угодно, лишь бы не сидеть в тишине и не спрашивать себя: хочешь ли ты назад? Теперь вопрос всё-таки догнал меня. Я открыла глаза. Если бы передо мной действительно открылась дверь в прежний мир прямо сейчас, вошла бы я? Ответ не появился мгновенно. И это испугало сильнее всего. Ещё неделю назад я не сомневалась бы. Наверное. Я ведь там жила почти тридцать семь лет.

Там всё было понятным. Законы. Деньги. Работа. Технологии. Моя биография. Моё собственное лицо. Там мне не приходилось каждое утро вспоминать, что руки, которыми я застёгиваю платье, когда-то принадлежали другой женщине. Не приходилось бояться, что знакомый прежней Лавены посмотрит слишком внимательно и заметит несоответствие. Не существовало источников, способных вывести на поверхность чужую внутреннюю ложь. Не существовало Хелвика Роана. Драконов тоже не существовало, хотя после знакомства с двумя конкретными представителями я пока не решила, считать это преимуществом или потерей.

Я невольно улыбнулась. Потом улыбка исчезла. Потому что вместе с прежним миром вспомнилось другое. Сколько раз я говорила себе, что начну жить, когда закончится очередной сложный период. После сезона. После проверки. После ремонта. После смены собственника. После того, как вытащу ещё один объект из убытков. В моей жизни всегда находился чей-то проект, который нуждался во мне больше, чем я сама. Я умела делать красивыми места, где отдыхали другие люди.

Умела создавать им ощущение дома. Умела встречать чужие праздники, свадьбы, годовщины, семейные поездки. А потом возвращалась в свою квартиру и радовалась, если до сна оставалось достаточно времени, чтобы не проснуться сразу от будильника. Это не означало, что прежняя жизнь была плохой. Я любила её. Она была моей. Только теперь, глядя на древние камни другого мира, я впервые позволила себе признать: я не была в ней особенно счастлива.